Мелани Морлэнд – Контракт (страница 2)

Дверь открылась, и ассистентка ввалилась в кабинет в буквальном смысле слова. Я презрительно закатил глаза. Более неуклюжего создания я не встречал: она умудрялась спотыкаться даже о воздух. Я готов был биться об заклад, что на коленях она проводила больше времени, чем большинство женщин, с которыми я встречался. Я ждал, пока она с трудом поднимется, возьмет блокнот и найдет ручку. Ее лицо покраснело, руки дрожали.

– Да, мистер Ванрайан?

– Мой столик в «Финлис». На семь часов. Забронируйте. И будет лучше, если мой пиджак вернется вовремя.

– Я попросила срочное обслуживание. Это… за дополнительную плату.

Я вскинул брови.

– Уверен, что вы с готовностью оплатите чистку, учитывая тот факт, что пиджак перепачкался по вашей вине.

Ее лицо потемнело еще больше, но она не стала спорить.

– Я заберу его через час.

Я махнул рукой. Мне было все равно, когда она его заберет, главное, чтобы он вернулся ко мне до моего отъезда.

– Мистер Ванрайан?

– Что?

– Сегодня мне нужно уехать в четыре. У меня встреча. Я предупредила вас об этом в электронном письме на прошлой неделе. Вы его прочитали?

Барабаня пальцами по столу, я оглядел ее с головы до ног. Моя ассистентка – Кэтрин Эллиотт – извечная головная боль. Я делал все, чтобы от нее избавиться, но мне это так и не удалось. Что бы я ей ни поручил, она все выполняла. Безропотно справлялась с любым унизительным заданием. Забрать мои вещи из химчистки? Запросто. Убедиться, что в моей ванной комнате не закончились туалетные принадлежности и презервативы моих любимых брендов? Сделано. Расположить в алфавитном порядке мою гигантскую коллекцию компакт-дисков после того, как я решил перевезти ее в офис? Готово! Она даже упаковала каждый компакт-диск, когда я «передумал», организовала доставку, и они, как новенькие, вернулись домой. С ее губ не сорвалось ни слова. Послать цветы и открытку девушке, которую я бросил в этом месяце или на прошлой неделе? Раз плюнуть!

Она не пропустила ни одного рабочего дня и ни разу не опоздала. Она редко выходила из офиса, разве только по моим поручениям или чтобы забежать в комнату отдыха и проглотить там один из своих нелепых домашних бутербродов, так как есть за столом я ей запретил. У нее все было в безукоризненном порядке. Она грамотно вела календарь моих встреч, мои папки были оформлены именно в том цвете, который мне нравился, и следила за тем, чтобы меня не донимали многочисленные бывшие. Если верить слухам, она всем нравилась, помнила все дни рождения и пекла вкуснейшее печенье, которым иногда угощала коллег. Черт возьми, она была само совершенство.

Я ее не переваривал.

Она была всем, что я презирал в женщине. Маленькая и хрупкая, с темными волосами и голубыми глазами, она одевалась в простые костюмы и юбки – аккуратная, опрятная и начисто лишенная элегантности. Ее волосы всегда были собраны в пучок, она не носила украшений и, по моим наблюдениям, не пользовалась макияжем. Для этого у нее не хватало то ли привлекательности, то ли чувства собственного достоинства. Кроткой и робкой, ею было легко помыкать. Она не умела за себя заступиться, принимала все, что я на нее извергал, и отвечала всегда вежливо. Мне нравились сильные и энергичные женщины, а не тряпки вроде мисс Эллиотт.

Тем не менее, я надолго с ней застрял.

– Хорошо. Главное, не превращайте это в привычку, мисс Эллиотт.

На секунду мне показалось, что ее глаза вспыхнули, но она лишь кивнула.

– Я заберу ваш пиджак и оставлю его в шкафу. На два часа у вас назначена телеконференция, а в три тридцать вас ждут в зале заседаний. – Она указала на папки в углу моего стола. – Все ваши бумаги там.

– Как насчет моих издержек?

– Я закончу с ними и оставлю на подпись.

– Хорошо. Можете идти.

Она остановилась в дверях.

– Хорошего вечера, мистер Ванрайан.

Я не ответил.

2

Ричард

Брайан отхлебнул виски и посмотрел на меня поверх стакана.

– Я согласен, что это должно выгореть, Ричард. Но что ты хочешь, чтобы я с этим сделал?

– Я хочу другую работу. И ты мне ее подыщешь.

Он сухо рассмеялся и поставил стакан.

– Мы это уже обсуждали. С твоей квалификацией я могу устроить тебя на любую работу, какую захочешь, но только не здесь. В Виктории всего два крупных игрока, и на одного из них ты работаешь. Если, наконец, надумаешь переехать, дай знать. Для тебя найдется предложение в любом крупном городе, который ты будешь готов рассмотреть. Торонто сейчас процветает.

Я раздраженно фыркнул.

– Я не хочу переезжать. Мне нравится Виктория.

– Тебя здесь что-то держит?

Я забарабанил пальцами по столу, обдумывая его вопрос. Я понятия не имел, почему отказывался переезжать. Мне нравился город. Нравилась близость к воде, рестораны и театры, суета мегаполиса, хоть город был и невелик, и особенно климат. Но было что-то еще, что меня здесь держало, – что-то неосязаемое. Я знал, что могу переехать. Откровенно говоря, это было лучшее, что я мог сделать, но я этого не хотел.

– Нет, ничего конкретного. Просто хочу здесь остаться. Почему я не могу устроиться в «Гэвин Груп»? Им чертовски повезет, если они заполучат такого сотрудника. Мое портфолио говорит само за себя.

Брайан прокашлялся и постучал по стакану наманикюренным ногтем.

– Как и твой характер.

– Без него в рекламной индустрии никуда, Брайан.

– Я не это имею в виду, Ричард.

– А что, черт подери, ты имеешь в виду?

Прежде чем заговорить, Брайан жестом заказал еще выпить, поправил галстук и откинулся на спинку стула.

– Твоя репутация и имя говорят сами за себя. Ты знаешь, что во многих кругах тебя называют говнюком. По понятным причинам.

Я пожал плечами. Мне было плевать, как меня называют.

– «Гэвин Груп» – семейная компания. В отличие от «Андерсона», их управление основано на двух фундаментальных принципах: семья и честность. Они очень разборчивы, когда дело доходит до их клиентской базы.

Я фыркнул. Корпорация «Андерсон» была готова работать на любого. Они создавали любую рекламную кампанию, какой бы неприятной она ни оказалась для некоторых потребителей, – лишь бы заработать денег. Я знал это, и меня это не волновало. Я был в курсе, что «Гэвин Груп» гораздо более разборчива в плане клиентов, но я бы смог работать в этих границах. Дэвид ненавидел «Гэвин Груп»; если бы я ушел из «Андерсона» и начал работать там, он бы взбесился и предложил мне вернуться. Возможно, именно это он мне и предложит, когда узнает, что я ухожу. Я должен был этого добиться.

– Я сумею сдержаться и работать в рамках их требований.

– Дело не только в этом.

Я подождал, пока отойдет официант, который принес нам новую порцию напитков, и быстро окинул Брайана взглядом. Его лысина блестела в свете ламп, светло-голубые глаза мерцали. Он был расслаблен и спокоен, и его ничуть не беспокоила моя дилемма. Он вытянул длинные ноги и неторопливо их скрестил. И, покачивая одной ногой, взял свой стакан.

– А в чем еще?

– Грэм Гэвин – семьянин, и свой бизнес он ведет по тем же принципам. Он нанимает людей со схожим складом ума. Твою… личную жизнь он считает неприемлемой.

Я махнул рукой, точно зная, на что он намекает.

– Я бросил Эрику несколько месяцев назад.

Моя бывшая угодила в заголовки газет из-за проблем с наркотиками, когда в наркотическом опьянении рухнула с подиума во время показа мод. Но меня и без того утомила ее требовательность. Я попросил мисс Эллиотт отправить цветы в реабилитационный центр с запиской, в которой говорилось, что между нами все кончено, и заблокировал ее номер. На прошлой неделе, когда она попыталась со мной встретиться, я велел охранникам вывести ее из здания, или, вернее, поручил это мисс Эллиотт. Она с виноватым видом спустилась вниз, а когда через некоторое время вернулась, заверила меня, что Эрика меня больше не потревожит. Скатертью дорожка.

– Дело не только в Эрике, Ричард. Твоя репутация хорошо известна. Ты плейбой в нерабочее время и тиран в течение дня. Свое прозвище ты получил заслуженно. Ни то ни другое Грэма Гэвина не устраивает.

– Считай, что я изменился.

Брайан рассмеялся.

– Ричард, ты не понимаешь. Компания Грэма ориентирована на семью. Там работает моя девушка Эми. Я знаю, как у них все устроено. Я никогда не видел такой компании.

– Так расскажи мне.

– В деятельности компании задействована вся его семья. Там работают его жена и дети, и даже их супруги. Они устраивают пикники и ужины для сотрудников и их семей. Они хорошо платят, хорошо к ним относятся. Клиенты их любят. Устроиться туда сложно, так как мало кто оттуда уходит.

Я задумался над его словами. Ни для кого не секрет, как важна была для «Гэвин Груп» семья и сколь незначительной была текучесть кадров в компании. Дэвид ненавидел Грэма Гэвина и все, что он пропагандировал в деловом мире. Для него это был мир, в котором люди грызутся, как собаки, по таким правилам он и играл. Чем больше крови, тем лучше. Недавно из-за Гэвина у нас сорвались две крупные сделки, и Дэвид был в ярости. В тот день полетело много голов. Мне повезло, что это были не мои проекты.

– Значит, мне чертовски не повезло.

Он помедлил, посмотрел на меня и оглянулся через плечо.