Мехтильда Глейзер – Книжные странники [Die Buchspringer] (страница 36)
– Вопрос уже решен, но тебе надо в замок, – тяжело дыша, сказала она. – Твои родители несколько часов подряд терроризируют нас звонками.
– Что? – вырвалось у Уилла. Он мигом пришел в себя.
– Видимо, узнали, что случилось с Холмсом, и хотят, чтобы ты переехал к ним на материк, – объяснил Глен. – Говорят, если ты больше не прыгаешь…
– Правда?
Лицо Уилла потемнело.
– Не волнуйся, мой отец вне себя. Он уже сказал твоим родителям, что думает обо всем этом, – попыталась успокоить его Бетси.
Однако Уилл, кажется, только больше разозлился.
– Пошли, – проворчал он. – Поговорю с ними.
Он спустился с холма, Бетси – следом.
Глен тем временем собрал термос и чайник и отправился в Тайную библиотеку.
Оставшись в одиночестве посередине каменного кольца, я прижимала к груди мягкую красную обложку «Книги джунглей». Чем ближе Бетси и Уилл подходили к замку Макалистеров, тем меньше становились их силуэты. Дувший в лицо ветер касался моих губ, но был гораздо холоднее, чем поцелуй Уилла. Если, конечно, Уилл целовал меня. Я представила, как долговязая девочка с рыжим хвостиком и ослиной головой бежит по темному лесу и встречает юношу, но тот околдован соком магического цветка и ее не замечает.
Макалистеры всегда гордись своим боевым прошлым. На стенах парадного зала висели ряды доспехов, шлемов и кольчуг, а под ними – мечи и палицы вперемежку с батальными картинами. Повсюду виднелись изображения дракона Макалистеров, в его взгляде таилась угроза. Клан когда-то славился своей кровожадностью, и лорд, восседая во главе стола в тронном зале, до сих пор любил подчеркнуть это, если хотел кого-нибудь напугать. Но его брат Арран Макалистер с женой Лизой не могли видеть, сколь величественным жестом он держит телефонную трубку.
Уилл торопливо пересек зал и молча вырвал трубку из рук лорда.
– Мама? Папа? Как дела? – спросил он.
– Уилл! – всхлипнула его мать на другом конце провода. – Как ты?
– Хорошо. Все в порядке.
– Правда?
– Мама очень волнуется за тебя, – вклинился в разговор отец. Видимо, они говорили по громкой связи. – Мы слышали, что произошло.
Судя по голосу, отец как будто постарел за несколько недель, прошедших с их последнего разговора. Или это Уиллу только показалось? Он в который раз вспомнил, что много времени не видел родителей. Декабрь давно прошел, а Уилл навещает мать с отцом раз в год, на Рождество. На два дня. Больше он не выдерживает: тяжело оставаться в семье, которую потерял.
– Уилл, ты слышишь? – спросил отец.
Мама тихо плакала.
Уилл вздохнул.
– Я в порядке, – заверил он отца. – Что это вы вдруг?
Отец откашлялся.
– В общем, мы-то хотим, чтобы ты переехал к нам на материк. Теперь Шерлока нет, и нам страшно за тебя. Кто знает, что еще случится. Ну, вернешься к нам в реальность, а?
Уилл снова вздохнул. Родители годами убеждали его уехать с острова. Но этого он не сделает никогда.
– Книги – моя реальность. Я не могу оставить их в беде. Сколько раз вам объяснять? А с Холмсом просто произошел…
– Никакой не несчастный случай, – перебил Уилла отец.
Он ни секунды не верил в случайность смерти Шерлока. Но его удивило, что родители думают так же.
– Откуда вы вообще об этом узнали? – спросил Уилл.
– Да ведь нам Брок написал. Он иногда пишет письма, если ему одиноко, – объяснила мама.
– Брок не умеет писать.
– Да. Но… я послала тебе копию его письма. Уже с неделю. Разве ты не получил?
– Вот как, – пробормотал Уилл. – Нет… я… э-э-э… да… письма здесь иногда теряются.
Лорд попытался притвориться, будто ничего не понимает, но было видно: он точно знает, о чем идет речь. Уилл сверкнул глазами.
– Ах да, вот оно. Письмо нечаянно доставили Риду, – сказал он в трубку, размахивая рукой прямо перед носом лорда.
Тот зафыркал, но, порывшись в бумагах на столе, протянул Уиллу мятый листок. При этом пробормотал что-то про дела и свое право, как главы клана, получать семейную корреспонденцию.
Уилл не слушал. Он развернул бумагу и понял, о чем говорила мама. Брок действительно написал им, то есть отправил свой детский рисунок, сделанный цветными карандашами. Юноша похолодел и уставился на лист бумаги. На миг он забыл, что родители все еще на связи. Забыл о лорде, восседавшем в своем кресле-каталке. Он забыл даже Эми и их встречу во «Сне в летнюю ночь».
В центре рисунка был изображен Холмс. Он лежал в лужи крови, вытекшей из раны в его груди. В воздухе над ним висел кинжал, а на заднем плане стояли жители острова. Уилл узнал самого себя, он стоит в центре на коленях, слезы капают на труп. Слева, рука об руку, стоят Эми и ее мама. За ними Глен, Клайд и Дезмонд в своих рясах. Все трое натянули на головы капюшоны и прижались друг к другу, словно опасаясь чего-то. Но Дезмонд выглядит посмелее, он тянет руку к кинжалу, как будто хочет его перехватить. Справа от Уилла шушукаются леди Мэйред и Бетси, за ними с суровым выражением лица сидит лорд в инвалидном кресле, на горизонте приплясывает какой-то худой человечек, а в руке у него хлеб с джемом. Джемом цвета крови Холмса. В самом углу картины виднеется чья-то спина: человек в голубом комбинезоне, заляпанном чем-то красным, указывает пальцем на присутствующих, будто пересчитывая их.
Уилл кашлянул.
Все не так. Они с Эми нашли труп одни, рядом не было никого. Или кто-то был? Что видел Брок?
– Уилл? – послышался голос мамы.
Уилл кашлянул.
– На Штормсее развертывается что-то опасное. Тебе нужно уехать оттуда, слышишь? Приезжай к нам.
Уилл все не отводил взгляда от рисунка.
– Нет, – тихо сказал он.
– Пожалуйста! – умоляла его мать. – Подумай еще.
Уилл закрыл глаза. Он уже давно принял решение. Еще ребенком. Тогда к нему пришло осознание того, что он нужен литературе.
– Простите меня.
Он положил трубку, не дожидаясь ответа.
– Молодцом, – пробормотал лорд, когда Уилл передал ему трубку. – Ты – настоящий Макалистер.
Уилл пожал плечами, свернул рисунок Брока, положил в карман и ушел из замка. Широко шагая, он торопился на болото.
Уже стало так темно, что Уилл мог разглядеть только смутные очертания своей хижины вдалеке. Она ждала хозяина, притаившись в ложбине. Юноша чувствовал, что здесь его настоящий дом. Подходя, Уилл спрашивал себя, отчего родителям так сложно понять это, как вдруг заметил тень, скользнувшую в кусты неподалеку. Рыжий хвостик показался знакомым.
– Эми?
Я обернулась и увидела рядом Уилла. Поспешно приложила палец к губам.
Уилл вскинул брови.
–
Я показала на распахнутую настежь дверь его хижины. Внутри было заметно какое-то движение. Оголодавший ребенок, кажется, угощался запасами Уилла. Я заметила малышку в парке Ленноксов и пришла за ней сюда.
Уилл тоже спрятался за моим кустом:
– Что она там делает?
– Я думаю, делает бутерброды.
– У меня дома не осталось никакой еды, – покачал головой юноша.
– Что же тогда? – удивилась я.
– Понятия не имею. Но горю желанием узнать, – пробормотал Уилл.