Мехтап Фырат – Полярная звезда (страница 70)
На вопрос Гекче Кан еще ближе притянул ее к себе и сочно поцеловал в щеку.
– Хи, конечно, – ответил Кан, прижавшись щекой к щеке Гекче. Она вырвалась из его объятий и встала прямо перед ним.
– Хорошо, Кан.
– Слушай, только не говори «хорошо»!
Гекче стала одеваться.
– Хорошо, Кан. Для начала мы устроим свидание.
Кан, казалось, совсем не поверил в это, а Гекче прошептала что-то на ухо Огузу, а затем указала на нас.
– Ты просто шутишь.
– Нет, я не шучу.
Я видела, что она говорит серьезно. Кан, бросив взгляд на окружающих, отставил стакан в сторону и вдруг начал восторженно кричать:
– Аллах! Диджей, играй, сделай одолжение и останься со мной на ночь. Я счастлив, ребята!
Кан подошел к диджею и затанцевал в безумии, а Огуз встал со своего места и подошел к Гекче.
– Девочка, что ты наделала?
– Не смотри на этого идиота. Завтра утром он забудет, что делал. Кроме того, вспомнит ли он мои слова?
Гекче и Огуз продолжали разговаривать, но я не могла слышать, о чем они болтают из-за громко игравшей музыки. Когда я потянулась за стаканом Сенем, стоявшим на столе, Огуз помешал мне, ударив по руке.
Когда Гекче помахала нам рукой и направилась к двери, я увидела, что Гехан ждет ее там. Как быстро пролетело время. Вот только я не знала, кто отвезет нас домой. Мы не попросили об этом Седата. Когда я начала искать глазами Сенем, меня внезапно подняли в воздух чьи-то руки.
– Потанцуй со мной.
Голос Огуза прозвучал довольно приятно, но мне сейчас было не до этого.
– Не буду, – ответила я, собираясь снова рухнуть на кресло, но он помешал мне и потянул меня в сторону, где танцевали другие.
– Не волнуйся. Я лучше, чем Демир.
Когда музыка сменилась, тон голоса Огуза стал саркастичным.
– Тебе обязательно язвить? – спросила я, а он положил одну руку мне на талию, а другой рукой притянул ближе к себе.
Я не знала, говорила ли я это, потому что была пьяна, или потому, что устала молчать, но Огуз улыбался так, что казалось, будто это не Огуз, а кто-то другой. Когда я увидела, как на его щеках появились ямочки, мне захотелось коснуться их.
– Ты слишком много говоришь, – прошептал он мне на ухо, обнимая меня за талию и прижимаясь ко мне. Я хотела отступить, хотела, чтобы этот танец закончился.
– О, а ты такой эгоист! Ты весь пропитан эгоизмом.
Смех Огуза едва не оглушил, и я чуть не упала, но он предотвратил это, удержав меня.
– Да, да, я знаю, ты уже говорила.
Он не стеснялся напоминать мне об этом при каждом удобном случае. Огуз всегда напоминал мне о нашей первой ссоре, о том, как я впервые оскорбила его.
– Слушай, откуда эгоист знает, кто он?
– Как человек, который пил только пиво, умудрился так напиться?
– Слушай, может, так было задумано. – Я пожала плечами и начала раскачиваться на месте. Огуз раскачивался вместе со мной. Или мне так казалось.
– Да, я вижу.
Все передо мной вдруг начало затуманиваться. Я моргала, но не могла избавиться от этого ощущения. Вдруг стало очень жарко, шумно и пестро. Моя голова кружилась, и мир вокруг меня тоже начал кружиться. Огуз кружился вместе со мной.
– Почему ты дрожишь, Огуз, почему все вокруг кружится?
Я начала тереть лоб, чтобы унять боль в голове, но это не помогло.
– Вообще-то, красавица, я сейчас стою на месте.
– Ты врешь. Зачем?
Мой голос становился все ниже и ниже.
– Тебе плохо.
– Мне нужно протрезветь. Я ни за что не пойду домой в таком виде.
– Думаю, я знаю, как это сделать.
Я хотела увидеть хоть намек на то, что задумал Огуз, но все так плыло, что я даже не могла разобрать черт его лица. Прежде чем я успела понять, что происходит, Огуз наклонился ко мне. Когда он поднял меня за ноги, я оказалась на его плече.
– Огуз, опусти меня сейчас же! – закричала я, делая вид, что прихожу в себя. Огуз не послушался.
– Ты только что назвала меня придурком, помнишь? И козлом тоже. И давай еще не будем забывать об эгоисте.
– Нет, это не так! Да поразит тебя Коран!
Я попыталась ударить его, но он никак не отреагировал и продолжил куда-то нести меня.
– Сейчас ты придешь в себя, Ниса.
Он нес меня в направлении сада.
– Кан, вода в бассейне холодная, не так ли?
Когда он выкрикнул это, я ударила его по спине сильнее, чтобы заставить опустить меня, но это не помогло.
– Я почистил его сегодня утром. Вода ледяная, – отозвался Кан, высунувшись из окна на верхнем этаже, и я, нахмурившись, посмотрела на него.
– О чем вы говорите? – закричала я, но меня никто не слушал.
– Супер.
– Опусти меня сейчас же, Огуз! Все смотрят на нас! Я не умею плавать! Огуз, с кем я говорю?
Те, кто вышел в сад, с любопытством наблюдали за нами. Я поняла, что ситуация принимает еще более унизительный оборот, когда Огуз ударил меня по бедру. Мне захотелось провалиться сквозь землю.
– Ты готова?
Я покачала головой, хотя знала, что он не видит этого.
Он подошел ближе к краю бассейна.
– Огуз, если ты сделаешь это…
Не успела я закончить фразу, как оказалась в холодной воде. На мгновение мне показалось, что я тону, потому что не умела плавать, но ноги коснулись мелких плиток бассейна, и мне удалось удержаться. Я старалась сохранить ровное дыхание. Может быть, я и не тонула, но рот, нос и уши были полны воды. И мне было очень холодно. Я словно провалилась в глыбу льда.
Пока я трясла головой и пыталась избавиться от воды в ушах, Огуз плеснул водой мне в лицо.
Мои зубы дрожали, когда я закричала:
– Ты действительно придурок, Огуз!
Но он продолжил брызгать в меня водой.
Убрав прилипшие ко лбу волосы, я посмотрела на Огуза и снова ощутила то же, что и во время танца. Я видела на его месте Демира. Мне хотелось оказаться рядом с ним, прикоснуться к нему.