Мэгги Стивотер – Призови сокола (страница 76)

Ронан обнаружил в себе не тревогу, не грусть, не волнение – только мертвую, спокойную пустоту. «Кончено», – подумал он. Он посмотрел на темную улицу за спиной – там никого не было. Потом он толкнул дверь. Хеннесси ковыляла за ним.

Внутри они обнаружили разгром. Не просто разгром – всё было намеренно разрушено. Ронану пришлось перешагнуть через микроволновку, которую бросили посреди прихожей. Картины, сброшенные со стен, валялись на лестнице, как будто их застрелили во время бегства. Ящики стола кто-то вытащил и разбил об стену. Свет везде горел.

Ронан снова обратился к себе в поисках чувств. Те еще не вернулись. Тогда он сказал Бензопиле:

– Ищи.

Птица молча снялась с места, облетела лампу и вспорхнула вверх по лестнице.

Последнее, что Мэтью сказал ему, – это что он обманщик.

Ронан закрыл входную дверь и пошел по комнатам первого этажа; Хеннесси, как не в себе, следовала за ним. Комнаты были неузнаваемы. Ронан не сразу понял, что некоторых вещей недостает – ламп, статуэток, предметов мебели. А кое-что, как микроволновка, лежало не на своих местах.

В кушетке он увидел дырки от пуль.

Он

ничего

не чувствовал

– Мэтью, – негромко позвал Ронан. – Диклан.

На первом этаже было пусто. Ронан понял, что ему не хочется идти наверх. Внутри по-прежнему царила неясная тишина, чувства отсутствовали, но, кроме того, Ронан отстраненно думал: если они лежат там, наверху, это – последняя минута, перед тем как образ их мертвых тел прибавится к остальным.

– Керау, – позвала сверху Бензопила.

«Так. Иди».

Ронан поднялся. На верху лестницы он обнаружил слова, написанные на стене, где раньше висели семейные фотографии.

ПЕРЕСТАНЬ ГРЕЗИТЬ

Цветные носки Мэтью необъяснимо валялись в центре комнаты. Изображенные на них бигли уставились на Ронана. Тот уставился на них.

Из спальни донесся шорох. Было непонятно, откуда он исходил. Но звучал он деловито.

– Ронан? – шепнула Хеннесси.

Ее голос звучал непривычно.

– Оставайся внизу, – шепотом отозвался Ронан. Он знал, что и его голос звучит незнакомо.

– Керау, – настоятельно повторила в спальне Бензопила.

Ронан рискнул.

– Диклан? Мэтью?

– Ронан! Мы тут, наверху!

Голос Мэтью и все чувства, которые Ронан не испытывал последние пять минут, нахлынули на него одновременно.

Ему пришлось на мгновение присесть возле носков и уцепиться за ковер, обычно безупречно чистый, а теперь весь в брызгах засохшей краски. «Боже, боже, боже». Это была одновременно благодарственная молитва и просьба.

– Ты прислал сюда этих чудовищ? – спросил Диклан.

Да, да, он.

Туман рассеялся; Ронан сумел выпрямиться и двинуться дальше, в спальню.

Ее наполняли солнечные псы. Их всеприсутствие не имело никакого смысла, если думать о них как о своре собак, зато имело несомненный смысл, если думать о них как об облаке дыма. Они, как газ, расширялись сообразно размерам помещения. Они обтекали Ронана, разинув жаркие пасти, пока он заглядывал во все комнаты.

– Где вы, ребята?

– Здесь, наверху, – недовольно отозвался Диклан.

Ронан поднял голову. Голос исходил из-за маленькой дверцы в потолке, которая вела на чердак.

– Какого черта вы все еще там сидите?

– Твои звери пытались убить и нас, – сообщил Мэтью; впрочем, его голос звучал довольно бодро.

Дверца чердака скрипнула. Внезапно все солнечные псы собрались у ног Ронана. Громоздясь друг на друга, они пытались выстроить пирамиду, чтобы дотянуться до потолка, и за короткое время достигли внушительных результатов.

– Эй, эй, перестаньте, – велел Ронан. – Лежать!

Но псы не слушали.

– Ронан, – предостерегающим тоном произнес Диклан.

– Подождите, подождите, – сказал Ронан, пытаясь разобраться.

Ему на память пришли слова Линденмера. Он нашел спортивную бутылку с водой, закатившуюся под кровать. «Потуши их водой», – сказал Линденмер. Бутылки явно было мало, чтобы залить всех псов, но, по крайней мере, ее хватило бы для проверки.

Однако, к удивлению Ронана, всё произошло иначе.

Он открыл бутылку.

И внезапно солнечные псы влились в нее.

Только что комната была полна ими; движущиеся призрачные тела покрывали пол. В следующую секунду бутылка потемнела, и ее содержимое закружилось, а затем вновь стало прозрачным. Единственным доказательством, что солнечные псы по-прежнему там, служил маленький темный завиток, который не растворился до конца, как капля нефти.

Ронан закрутил крышку.

– Все чисто. Хеннесси, все чисто!

С чердака спустились его братья – сначала Мэтью, затем Диклан. Потом Джордан.

Она бросилась через комнату и обняла Хеннесси так бурно, что та пошатнулась и схватилась за косяк.

– Я думала, ты погибла, – слабо произнесла Джордан.

– Они мертвы, – прошептала Хеннесси. – Они все мертвы.

Мэтью подошел к Ронану и позволил обнять себя за голову, как в детстве. Ронан крепко прижал его к себе.

– Прости, что соврал, – сказал он брату.

Диклан и Ронан посмотрели друг на друга поверх золотых кудрей Мэтью. И в этом взгляде Ронан прочел то, на что и так намекал разгромленный дом: дело скверное.

Диклан сказал:

– Если бы не твои звери, нас бы убили. Они…

Ронан потряс бутылку с водой.

– Они здесь? – уточнил Диклан.

Ронан протянул ее Мэтью, который высвободился из его объятий, сел на постель и принялся изучать содержимое.

– Держи, пацан, и не говори, что я никогда ничего тебе не дарил.

Диклан выхватил у Мэтью бутылку.

– Это же все равно что дать пистолет ребенку. Ты знаешь, на что они способны? Ты их вообще видел, прежде чем отправил сюда?

Ронан покачал головой.