Мэгги Стивотер – Похитители снов (страница 87)
Вокруг, поднятая драконьими крыльями, закружилась пыль.
Ронан в ярости заорал:
– Слезай, сука!
Кавински не отвечал.
А потом раздался «вух!», который он слышал во сне – мощный удар крыльев по воздуху.
Это было – как взрыв, выжигающий весь кислород в помещении.
Ронан обхватил Мэтью руками и нагнулся.
Через секунду огненный дракон врезался в Кавински. Сквозь него, вокруг него, окружив пламенем. Кавински упал. Не так, как падает человек от удара, а так, как будто он принял зеленую таблетку. Он рухнул на колени, затем мешком свалился с машины.
В нескольких шагах от него безжизненно упал наземь дракон.
Non mortem, somni fratrem.
На другой стороне поля один из «Мицубиси», еще дымящийся, с грохотом врезался в стенку. Ронан, даже не видя водителя, мог сказать, что это был Прокопенко. Спящий.
Значит, Кавински умер.
Но он умирал с тех пор, как Ронан с ним познакомился. Они оба умирали.
«Смерть – скучный побочный эффект».
Солнечные очки в белой оправе лежали на земле возле ног Ронана. Он не стал поднимать их. Он крепко прижал к себе Мэтью, пока не желая его отпускать. Мысленно Ронан перебирал эти сцены – брат, выкарабкивающийся из багажника, огонь, охвативший машину, падающий Кавински…
Он столько раз видел во сне, как с ним происходит что-то ужасное.
Над головой захлопал крыльями кошмар-альбинос. Мэтью и Ронан взглянули на него.
Тк-тк-тк.
Оба клюва щелкали. Это была жуткая тварь, совершенно невообразимая, но Ронану надоело бояться. Страха больше не осталось.
Мэтью, содрогнувшись, уткнулся лицом в плечо старшего брата, беззащитный, как ребенок. Он прошептал, едва выговаривая слова:
– Что это?
Ночной кошмар даже не подумал проверить, цел ли он. Он взглянул на своего создателя – и взмыл вверх, перевернувшись несколько раз на лету. Он устремился в ночь, неведомо куда.
– Всё хорошо, – сказал Ронан.
Мэтью поверил ему. А почему бы и нет? Ронан никогда не лгал. Он посмотрел поверх головы брата на Ганси и Блу, которые бежали к нему. Сирены завывали где-то рядом, красные и синие огни мигали в облаке пыле, напоминая стробоскоп в ночном клубе. Ронан до чертиков обрадовался, увидев рядом Ганси и Блу. Почему-то – хотя они приехали сюда вместе – ему казалось, что он очень долго был один, и вот наконец одиночество кончилось.
– Эта штука… один из папиных секретов? – шепотом спросил Мэтью.
– Ты сам увидишь, – ответил Ронан. – Потому что я расскажу тебе всё.
63
Серый Человек не мог придумать, как избавиться от охотников за сокровищами, не столкнувшись с братом.
Но это было немыслимо.
Серый Человек вспомнил карту, которую вытащила ему Мора. Десятка мечей. Максимум плохого. Он думал, что это значило покинуть Генриетту; но на самом деле, хотя уезжать ему и правда страшно не хотелось, это было еще не самое плохое, что могло случиться.
Худшим всегда был брат.
«Тебе придется быть храбрым», – сказала Мора.
«Я всегда храбрый».
«Еще храбрее».
Брат так долго преследовал его. Мучил, дразнил, находясь за сто миль, даже когда Серый Человек учился, тренировался, становился опаснее и опаснее. Он позволил брату лишить себя всего.
И что же в самом деле мешало ему столкнуться с братом теперь? Страх? Неужели брат был смертоноснее, чем Серый Человек? Неужели он правда мог отнять у него что-то еще?
Серый Человек вновь вспомнил улыбку Моры. Подумал про шум и хаос дома номер 300 на Фокс-Вэй, про веселую болтовню Блу, про сэндвич с тунцом в закусочной, про заколдованные синие горы, которые звали его домой.
Он хотел остаться.
Персефона похлопала его по колену. «Я знаю, что вы поступите правильно, мистер Грей».
Продолжая ехать, Серый Человек потянулся назад и вытащил свой серый чемодан. Держа руль одной рукой и то и дело переводя взгляд с чемодана на мокрую от дождя дорогу, он нашел любимый альбом «Кинкс».
И сунул диск в плеер.
Затем он достал пистолет, который прятал в кухонном шкафу в «Приятной долине». Проверил его, чтобы убедиться, что предусмотрительная Калла не вынула все патроны.
Не вынула.
Серый Человек съехал с шоссе.
Он решил остаться. Или хотя бы умереть, пытаясь это сделать.
В зеркальце заднего вида Серый Человек заметил, как две машины свернули вслед за ним. Впереди виднелись два тусклых придорожных кафе. Идеальный символ усталости – бодрствующие огни дальнобойной забегаловки. Он выбрал ту, что побольше.
Он уже мог разглядеть силуэт брата за рулем второй машины. Возраст не изменил очертания его подбородка и форму ушей. «Возраст, – подумал Серый Человек, – вообще не особенно изменил этого человека». И он почувствовал, как в животе заклубился страх.
«Кинкс» признавались, что больше не хотят блуждать.
Серый Человек подъехал к бензоколонке.
Он кое-что знал про автозаправки: ночью это было одновременно самое подходящее и неподходящее место для убийства. Потому что здесь, в бессонном ночном свете, Серый Человек становился уязвим. Даже если рядом не оказывалось других машин, на него смотрели две камеры видеонаблюдения. А кассир, следивший за экранами, был всего в одной секунде паники от того, чтобы нажать тревожную кнопку. Только самый легкомысленный убийца нанес бы удар жертве на бензоколонке. Убить здесь кого-то означало попасться.
Брат Серого Человека не попался бы. Он был опасен, но не потому что безрассуден. Как раз наоборот.
А охотники за сокровищами, скорее всего, вообще не были профессиональными киллерами. Просто громилы узкой специализации, умевшие вламываться в дома и обладавшие достаточной ловкостью, чтобы не сломать ценную вещь, которая попала к ним в руки.
Разумеется, брат Серого Человека не подъехал близко к заправке – он остановился в темноте у мусорного бака и стал ждать.
Вторая машина тоже притормозила, но Серый Человек опустил окно и помахал им. Чуть помедлив, они подъехали и стали бок о бок.
В машине сидели двое юных головорезов, оба усталые и раздраженные. Тот, что на пассажирском сиденье, держал на коленях разные приборы. Серый Человек взглянул на кучу конфетных оберток и бутылок из-под газировки, на одеяло, валявшееся на заднем сиденье. Значит, как минимум последние два-три дня они практически не выходили из машины. Серый Человек, в общем, даже не сердился на них за то, что они разгромили его номер в «Приятной долине». Возможно, на их месте он сам сделал бы то же самое – пока не набрался опыта. А может, и нет. Но, во всяком случае, они были не так плохи, как те двое, которых он оставил в лесу.
«Вот почему вы – лучший», – сказал Гринмантл.
Да. Серый Человек и правда был лучшим.
Разумеется, они не ожидали, что он остановится, а если и ожидали, то не думали, что он запросто облокотится на окно, под вопли «Кинкс»: «Не убивай себя!»
– Добрый вечер, – любезно сказал Серый Человек.
На заправке пахло чем-то, очень давно жареным.
– Эй, – сказал водитель неуверенно.
– Вижу, вы меня преследуете, – произнес Серый Человек.
– Эй! – запротестовал водитель.
Серый Человек вежливо поднял руку.
– Давайте не будем тратить время зря. У меня нет того, что вы ищете. Я солгал своему боссу. Сказал, что необычные показания связаны с известным вам объектом, поэтому он продолжал покрывать мои расходы, пока я его искал. А затем я сообщил, что забрал упомянутый объект и что ему придется раскошелиться. Как вы видите, это не сработало.