Меган Марч – Удача Дьявола (страница 14)

— Ты согласилась не задавать вопросов, — произносит Фордж. Я перебила его, показав средний палец.

— Подожди, пока тебе не придётся заключать сделку, доведённым до отчаяния, чтобы согласиться на без-вопросов-условия.

Сказав это, я использую свои невероятные способности завершать разговор, обхожу своего огромного обнажённого мужа и направляюсь к двери.

— И надень на себя, чёрт возьми, что-нибудь, пока не распугал всех этим зверем.

Я захлопываю за собой дверь, блокируя смех, который преследует меня в коридоре.

— Мы прилетели на вертолёте! Никогда в жизни не думала увидеть вертолёт, когда можно было добраться на катере.

Голос Аланны полон трепета и волнения, когда я обнимаю её, позволив пройти всё ещё кипевшему во мне небольшому количеству горечи.

— Он забрал нас прямо на набережной, — говорит Аланна, — и все, наверное, подумали, что мы знаменитости.

— Как долетели? — спрашиваю я.

— Удивительно. Он обещал устроить нам экскурсию и облететь всю Ибицу на обратном пути.

Я освобождаюсь из её объятий.

— Я так рада, что тебе понравилось.

Лицо Аланны становится серьёзным, когда она переводит взгляд с меня на белую виллу позади.

— Итак, ты собираешься рассказать мне, как, чёрт возьми, вышла замуж за Джерико Форджа, когда улетела на самолете с Бастиеном де Виром?

Как только она произносит имя Бастиена, я оглянулась, чтобы убедиться, что никто её не услышал.

— Давай не будем говорить о нём. Он здесь тот, кого ты бы назвала персоной нон грата.

Одна седая бровь Аланны поднимается.

— Я оказалась права. Фордж — ревнивец, и когда увидел тебя с Бастиеном, понял, что не собирается позволять этому испорченному ребёнку трастового фонда отобрать тебя, поэтому он вмешался, чтобы забрать тебя себе, а потом спас твою младшую сестру, потому что не мог стоять в стороне от давившей на тебя сложившейся ситуации. — Аланна звучит так, будто только что выдала сюжет одного из любовных романов, которые она пачками проглатывает каждый день.

— Да. Точно. Как ты догадалась? — говорю я ярким и жизнерадостным голосом.

Выражение её лица становится чертовски скептическим.

— Думаешь, я поверю в это?

— Как насчёт того, чтобы мы все притворились, что твоя история — правда, и когда-нибудь, очень, очень нескоро, когда я буду очень богатой разведёнкой, я расскажу тебе, что на самом деле произошло.

— Мне не нравится этот план. Насколько я поняла за последние восемнадцать часов, в этом каким-то образом виновата Саммер.

Никто никогда не мог обвинить Аланну в заторможенности или тупости. Поэтому я должна была ожидать, что она уже допросила Саммер и сделала свои собственные выводы.

Я встречаю знакомый взгляд Аланны и говорю ей как можно больше правды.

— Я не вправе обсуждать детали. Расскажу тебе больше, когда смогу.

Она кивает в понимании, наблюдая за возвращением сестры после того, как она окунула ногу в бассейн. Мы обе впиваемся в неё острым взглядом.

— Что? Что я такого сделала?

К моему большому удивлению глубокий голос отвечает на её вопрос.

— Давай начнём с того, что ты притворяешься своей сестрой, чтобы попасть в подпольные покерные игры. Чего больше не повторится, правда, мисс Баптист? — Фордж останавливается перед длинным столом, накрытым для завтрака во внутреннем дворике. Я наблюдаю за лицом своей сестры.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не делала этого.

— Господи, отличный способ сделать завтрак супернеловким прямо с порога, дорогой брат. — Тон Саммер полон сарказма.

— Саммер! — голос Аланны резкий от волнения. — Ты же говорила мне, что работаешь стажером на модных показах.

Сестра откидывает свои светлые волосы через плечо в её фирменном защитном жесте.

— Это не значит, что Инди не нарушала все чёртовы правила в мире, чтобы попасть на игры в покер, когда только начинала.

Я поднимаю палец, но Фордж говорит первым:

— Дело не в Инди. Она может делать всё, что захочет, чёрт возьми. Дело в тебе, выдающей себя за другого человека и попадающей в ситуации, которые заставляют твою мать и сестру беспокоиться. Ты больше не будешь этим заниматься, правда, Саммер? — Фордж сталкивается с моей сестрой. Нет ни единого намёка, что его жёсткая поза допустит спор.

Саммер выпячивает бедро и опускает на него руку.

— Инди, ты серьёзно собираешься позволить ему так со мной разговаривать?

На мгновение я притворяюсь, что обдумываю, а потом киваю, как болванчик.

— Да, конечно. Он прав. Ты облажалась. И что ещё хуже — ты притворялась мной, когда сжульничала и тебя поймали. Ты хоть на секунду подумала, как это отразится на моей репутации, которой ты торговалась, чтобы войти в игру?

Голова Саммер дёргается назад.

— Какого чёрта ты несешь? Я никогда не обманывала! И если бы я это сделала, точно бы не попалась, потому что ты научила меня всему. Я даже не сыграла в игру!

Над нами нависает молчание, пока мы обдумываем признание Саммер.

Пульс бьётся в ушах, когда понимаю, что они развели меня.

— Они солгали, — шепчу я. — Похитители… они солгали мне.

Не знаю, почему так потрясена. Не то чтобы похитители были источниками правды и честности, но это всё меняет. Тем более, Бастиен утверждал, что похищение было подстроено, и Фордж стоял за этим.

Я оборачиваюсь и смотрю на Форджа, который тоже с удивлением глядел на Саммер.

— Ты знал…

Фордж сжал губы.

— Мы обсудим это позже. — Он смотрит на Саммер. — Тебе нужно записать всё, что помнишь с момента, когда ты узнала об игре, в которую пыталась сыграть, и до того момента, как ты села в мой вертолёт. Поняла?

Саммер кивает. В её светлых голубых глазах наконец-то показывается страх. Моя стойкая, наглая сестра могла сейчас дать нам зацепку, чтобы помочь выяснить, что, чёрт возьми, здесь происходит. Если Фордж не подстроил похищение… это означает, что Бастиен должен был быть замешан.

Я собираюсь всё выяснить, а потом задушить его голыми руками.

— Итак, как насчёт бранча? — говорю я, придавая голосу бодрости.

18

Фордж

— Входи, — зову я. Через несколько часов кто-то стучится в дверь моего кабинета.

Деревянная дверь распахивается, и входит Инди. Её бедра виляют в повседневном коротком зелёном сарафане, который подчёркивает каждый изгиб её тела. На ногах одеты кроссовки Адидас. Похоже, этим утром её сестра привезла ей одежду. Часть меня раздражена. Я бы с радостью держал её голой или одетой в мою одежду как можно дольше. Потом уже не удержался бы и привёз для неё что-нибудь.

Ага. Я облажался.

— Мы упустили ранее очень важную часть нашего разговора, — говорит Инди. Она звучит несколько резко, даже с насмешкой.

Хотя, этот особый тон она оставляет для меня. Должно быть, я ебанутый на всю голову, потому что у меня от него стояк.

— И что же это за часть? — спрашиваю я, притворяясь скучающим, когда откидываюсь на спинку стула, положив лодыжку на колено.

— Мне нужен аванс на те сто семьдесят пять миллионов, которые ты мне должен. — Она приподнимает подбородок, словно вынуждает меня допросить её.

Именно это я и собираюсь сделать.