Меган Куинн – (Не)идеальный момент (страница 19)

– Спасибо, но я, пожалуй, откажусь.

– То есть сегодня вечером ты собираешься дуться… обижаться, чтобы сорвать свидание, да?

– Если ты все это время будешь смотреть на меня задрав нос, то нет. Не уверен, что смогу пошевелиться, если твой осуждающий взгляд будет направлен в мою сторону.

– Осуждающий? Ни капли осуждения.

– Ха! – Он хохочет. – Лия, ты осуждала Берди сегодня утром, когда увидела в ее анкете, что ей нравится смотреть романтические комедии.

– Э-э-э, раньше и ты посмеивался над теми, кто их смотрит. По-видимому, благодаря своим невесткам ты поменял свое мнение. Вопрос на самом деле состоит в том, знаю ли я тебя вообще, Брейкер?

– Это ты мне скажи.

Он держит руль одной рукой, вторая лежит на подлокотнике, и на одно мгновение я думаю о том, как он будет возить Берди. Положит ли он ладонь ей на бедро? Переплетут ли они пальцы? Поднесет ли он их сплетенные пальцы к своим губам и нежно поцелует идеальную кожу на ее костяшках, смазанных кремом для рук? Не могла представить, что Брейкер сделает что-то из того, что я нафантазировала, но как выяснилось, я никогда и не знала его с этой стороны. За все годы, что мы знакомы, я никогда не видела его с женщиной.

– Назови, чего я больше всего боюсь?

– Нам нет нужды этим заниматься, – вздыхаю я.

– Нет, нужно. – Он тычет меня в ногу. – Ну же, мой самый сильный страх? Ты единственная, кто об этом знает.

– Что дом загорится, а ты не сможешь вовремя спасти из огня памятные вещи из фильма «Властелин колец» с автографами звезд. Ты боишься их потерять.

Он поморщился и похлопал себя по сердцу.

– Я до сих пор думаю об этом. Моя очередь. Ты задаешь мне вопрос о себе.

– Зачем мы этим занимаемся?

– Чтобы доказать тебе, что мы знаем друг друга лучше, чем любой другой человек из нашего окружения, и что это навсегда останется неизменным. Так что давай, задавай мне вопрос.

– Хорошо. Мое самое нелюбимое воспоминание из детства?

– День, когда у тебя впервые начались месячные. Ты была у подруги с ночевкой, и у тебя начались месячные посреди ночи на спальном мешке, который ты одолжила у подруги. Вместо того, чтобы помочь, она высмеяла тебя, потому что ты испачкала ее спальный мешок, а потом тебе пришлось ждать, пока мама заберет тебя. Кортни – настоящая сука, которая, надеюсь, будет гореть в аду.

Услышав его замечание, я расплываюсь в улыбке.

– Ей не следовало дразнить меня из-за пятна, это точно.

– Ну да, надеюсь, провидение послало ей большую, болючую мозоль на подошву. Эта болячка доставляет максимальный дискомфорт.

– Остается только надеяться.

– Хорошо, а какое мое не самое любимое воспоминание из детства? – спрашивает он.

Это легко. Я помню день, когда мы говорили об этом. Это был наш выпускной год в колледже. Мы пошли на вечеринку братства, но в итоге проболтали всю ночь на крыльце. Мы немного выпили, но не настолько, чтобы вести бессвязные речи. Тогда-то он и рассказал мне о том дне, когда умер его папа.

– Когда умер твой отец, – мягко отвечаю я. – И как ты жалеешь, что не сказал ему, что любишь его больше, чем он мог бы себе представить. Как ты сожалеешь о том, что нечасто признавался ему в любви. Я помню, как будто это было вчера, потому что я учла твой опыт и после этого при каждой удобной возможности говорила своим родителям о том, как сильно я их люблю.

Он медленно кивает.

– И ты единственный человек, который это знает. Я никогда не говорил своим братьям. Никогда не говорил ни одной живой душе об этом. Поэтому я могу не говорить о таких мелочах, как девушки, с которыми я сплю или встречаюсь, потому что это никоим образом не скажется на нашей с тобой дружбе. Это не касается по-настоящему важных вещей, поняла? Я рассказываю тебе только о значимых событиях.

– Почему ты пытаешься вывести меня на эмоции?

– Я не пытаюсь. – Он протягивает руку и берет мою ладонь. – Просто хочу донести до тебя простую вещь: что бы ни случилось, ты всегда останешься той, кто знает меня лучше всех, и на это есть причина. Ты – мой лучший друг, Лия. Ничто не может встать между ними. Я не позволю этому случиться. А теперь едем в центр города на двойное свидание.

– Ты по-настоящему хороший парень. Тебе ведь это известно, Брейкер?

– Стараюсь. – Он расплывается в широченной улыбке. – А теперь позволь мне включить тебе новую песню, под которую я теперь дурачусь.

– Боже мой, не говори «дурачусь». Это не про тебя.

– Кто сказал? – спросил он с притворной обидой.

– Я.

– А кто решил, что ты имеешь больший вес?

– Я.

– Эх, справедливо.

Он небрежно пожимает плечами. Я смеюсь, когда он включает свою новую любимую песню. Брейкер прав. Ничто не может встать между нами. Абсолютно ничто.

Глава пятая

Фотография Берди была бледной копией оригинала.

Ни капли сходства.

Она сногсшибательна.

И милая. Я немного опасался, что она будет красивой, но заносчивой. Или лишенной индивидуальности. Но это совсем не так. Она кажется очень трезво мыслящей и застенчивой. По крайней мере, именно это я уловил, пока мы ждали, когда нас посадят за наш столик.

Когда мы пришли в ресторан, Брайан уже был здесь и разговаривал по телефону, но как только мы подошли, оторвался от экрана, крепко обнял Лию и отвесил ей комплимент по поводу того, как прекрасно она выглядит. И он прав. Не хочу говорить об этом, потому что это прозвучит банально, но когда она открыла дверь в свою квартиру, у меня перехватило дыхание. Я всегда считал Лию потрясающей, но стоило увидеть ее в этом платье, как я четко это осознал. Разумеется, я тут же подавил мою чисто мужскую реакцию на ее внешний вид, потому что это не принесло бы мне ничего хорошего. Понял это еще в колледже, когда впервые увидел ее разодевшейся на свидание. Я был настолько ошеломлен, что начал влюбляться.

И быстро догадался, что это плохая идея, учитывая, как сильно я дорожил нашей дружбой, поэтому засунул все чувства поглубже, и мне удалось от них отгородиться. Время от времени они поднимаются во мне, но я-то знаю, как будет лучше для нас обоих. Сегодняшний вечер – не исключение. Берди тоже потрясающая, но видно, что она немало поработала над своей внешностью. С другой стороны, Лия красива от природы. У нее проницательный взгляд бездонных, цвета болотного мха глаз и очаровательные веснушки.

Как только Брайан перестал лобызать Лию – за чем было довольно неприятно наблюдать, Берди вышла вперед и поразила меня своей скромностью. Брайан представил нас, и мы перекинулись с ней парой фраз, пока администратор указывал нам наши места.

Теперь мы сидим за столом – четыре стула вокруг квадратного стола. Берди находится по одну сторону от меня, а Лия – по другую.

– Ты уже бывал здесь? – интересуется Брайан.

– Думаю, нет, – отвечаю я. – А ты, Берди?

Она качает головой:

– Это, наверное, самое шикарное место, где мне доводилось бывать.

– Ну, вагю[17] здесь отменная, если вы любители стейков, – советует Брайан, заглядывая в меню. – И пожалуйста, не стесняйтесь, заказывайте все, что вам нравится. Ужин за мой счет.

– О, в этом нет необходимости, – заверяю его я.

Брайан отрывает глаза от меню. Он натянуто улыбается.

– Это была моя идея. Поэтому угощение на мне.

Она прослеживается в его взгляде. Неуверенность в себе. Он знает, чего я стою – легко смотреть на всех задрав нос, и все же он чувствует необходимость доказать, что может быть наравне со мной. Здесь нечего доказывать, так как не может быть и речи о соревновании. Поэтому я просто оставляю все как есть. Если он хочет заплатить за мой ужин, флаг ему в руки.

– Ну, спасибо. Очень мило с твоей стороны, Брайан, – вежливо киваю я и краем глаза вижу, как Лия хихикает, прикрывшись меню. Она всегда смеется над моей манерой высокопарно говорить. Она считает уморительным, когда я перестаю язвить, а вместо этого веду себя как хороший мальчик. Лия утверждает, что со стороны я похож на ребенка, приехавшего погостить к своим дедушке и бабушке. При них дети всегда ведут себя наилучшим образом, следят за своими манерами и никогда не говорят ничего такого, что могло бы вызвать неудовольствие пожилых родственников.

После того, как официант принимает наш заказ, я решаю познакомиться с Берди поближе. Кстати, она заказала салат с заправкой на гарнир, без сухариков, лука и сыра. То есть, по сути, только салат и мясо. Разве она не знает, что сухарики – это самое лучшее, что есть в этом блюде?

– Так откуда ты? – интересуюсь я.

– Родом из Теннесси, но последние десять лет живу в Лос-Анджелесе. Я училась здесь в школе, и мне так понравилось, что я решила остаться.

– Нельзя вот так взять и покинуть Калифорнию, особенно когда пожил здесь. Изучала маркетинг в колледже?

Она кивает и убирает волосы за ухо.

– Изучала. И в магистратуре. У меня всегда хорошо получалось наплести с три короба, чтобы что-то кому-то продать.

Я качаю головой.

– Чтобы работать в вашей сфере, нужен творческий склад ума. Когда мы с братьями только начали строить свой бизнес, нам пришлось хорошенько потрудиться над маркетинговой составляющей. Причем Хаксли, мой старший брат, решил, что я отлично справлюсь с задачей по разработке брендинговой стратегии. – Подношу стакан с водой к губам, отпивая. – Скажем так, не все прошло гладко.