Меган Куин – Эти три коротких слова (страница 86)

– Ты ходил в бар?

– Нет. Просто гулял. – Его взгляд встречается с моим. – Чувства – это такая хрень.

Он пытается пройти мимо, но я заставляю его притормозить.

Чувства? Это он о чем вообще?

– К кому ты испытываешь чувства? – Я ломаю голову, пытаясь вспомнить хотя бы одну девушку, о которой могла бы идти речь, но на ум мне ничего не приходит. Может, это потому, что Поузи ничего не рассказывал, а может, потому, что я настолько увлекся собственными заботами, что не обратил на это внимания. Точно сказать не могу.

Может, все вместе.

– Не заморачивайся. Просто глупая влюбленность. Я справлюсь. Забудь.

– Поузи…

– Серьезно, Илай. Забудь.

Мы почти никогда не называем друг друга по имени. Поузи не шутит – он действительно не хочет это обсуждать.

– Ладно. Но если тебе понадобится поговорить, помни – я рядом. Я знаю, что у меня у самого в последнее время проблемы, но ты мой друг и я всегда тебя поддержу.

– Я знаю, – говорит он. – Я это ценю. Ты обещаешь, что не собираешься выкинуть какую-нибудь глупость?

– Я собирался купить что-нибудь поесть, но теперь думаю, что идея была не из лучших. В вестибюле много народу?

– Самое настоящее столпотворение. Воспользуйся лучше торговым автоматом.

– Пожалуй, я так и сделаю. – Я похлопываю его по плечу. – Спасибо. Увидимся утром.

Я направляюсь к торговым автоматам, как вдруг Поузи меня окликает:

– Эй, Хорнсби?

– Да? – я оглядываюсь.

– У меня скверное предчувствие насчет завтра.

– Да… Нам всем не по себе.

Поузи медленно кивает и уходит.

Следующие пять минут я размышляю, чего бы мне купить в торговом автомате, и наконец останавливаюсь на бутылке воды – скучный выбор, знаю – и упаковке крендельков. Вернувшись в номер, я сбрасываю сандалии, ложусь на кровать и беру в руки телефон. Еще одно сообщение от Пенни.

Пенни: Прости, что пристаю. Я просто хочу убедиться, что у нас все в порядке.

Как я и думал, она переживает.

Но я не знаю, что ей ответить. Не знаю как себя вести. Все, что я могу делать – это изнывать от тоски по ней.

Но и молчать дальше я уже не могу, так что я быстро набираю ей ответ.

Илай: Извини, был занят подготовкой к завтрашней игре. Пытаюсь сосредоточиться.

Я чувствую себя виноватым. Раньше мы всегда болтали, когда я уезжал на игры. Но я полный придурок, и я окончательно в себе запутался, несмотря на все попытки разобраться в этом с помощью психотерапевта. Он, кстати, со мной согласен: пробовать что-то настолько новое с важным для тебя человеком – не лучшая идея.

Телефон жужжит.

Пенни: Конечно. Прости. Оставляю тебя в покое. Удачи в финале.

Я со стоном отбрасываю телефон в сторону и раздраженно вцепляюсь в волосы.

Почему все так сложно?

«Вероятно, потому, что у тебя комплекс брошенного ребенка и ты отказываешься пускать в свою жизнь людей, потому что боишься их потерять».

Да, звучит похоже на правду.

Глава 28

Блейкли: Ты скотина.

Тут я согласен.

Я полная скотина.

Прошлым вечером я резко оборвал попытки Пенни поболтать, и с тех самых пор не написал ей ни слова. Судя по всему, Пенни это расстроило.

Я начинаю набирать сообщение.

Илай: Я знаю.

Я подцепляю омлет вилкой, не сводя глаз с трех точек на экране: Блейкли пишет ответ.

Блейкли: Как ты можешь игнорировать ее в такое время? Ты совсем ненормальный, Хорнсби. И каждый раз, когда ты разбиваешь ей сердце, мне потом приходится собирать ее по кусочкам.

Я тру переносицу и тяжело вздыхаю.

Черт!

Илай: Это не то, что ты думаешь.

Блейкли: Ты не хочешь знать, ЧТО я про тебя думаю. Мне вообще не следовало оставлять вас вдвоем в том баре. Никогда себе не прощу.

Илай: В принципе, ты права.

Блейкли: Да что с тобой не так?

Илай: Сам пытаюсь понять.

Блейкли: Сделай мне одолжение, позвони ей хотя бы сегодня. Дальше делай что хочешь, но сегодня ей позвони.

Позвонить ей.

Услышать ее голос.

Позволить себе то, о чем я так сильно мечтаю… Нет. Нельзя.

Я откладываю телефон в сторону и доедаю омлет. Надо сосредоточиться на игре. Сегодня мы обязаны победить.

Нам нельзя проиграть. Если проиграем, то сезон для нас кончится. А если сезон для нас кончится, мне придется разбираться со своими чувствами к Пенни, а это то, чем я сейчас не хочу заниматься ни при каких обстоятельствах.

В раздевалке царит тревожная тишина. Мы молча готовимся к игре, которая начнется всего через час: проверяем экипировку, разминаемся, пытаемся настроиться на нужный лад.

В последний раз я говорил с Пенни вчера вечером, и я не могу перестать об этом думать. Может, мне стоило быть разговорчивее? Я вообще правильно поступил? Нужно было позвонить ей, как сказала Блейкли?

Пэйси заходит в раздевалку. В последнее время у него болят мышцы и связки, так что он старается проводить больше времени за растяжкой в тренажерном зале.

Вместо того, чтобы пойти к своему шкафчику, он садится рядом со мной и вытягивает ноги.

– Что ты сегодня приготовил для Пенни?

Чего?

– Приготовил? – спрашиваю я. – Ты о чем?

Пэйси медленно ко мне поворачивается.

– О Пенни, – говорит он.