Меган Эббот – Как ты смеешь (страница 41)

– Мы просто хотим подтвердить кое-какие детали происшествия, случившегося ночью в прошлый вторник, – произносит она.

Ее волосы туго затянуты в хвост, и этим она напоминает тренера. В уголке губ у нее ямочка. Она не улыбается, но у нее дружелюбный тон.

И я вдруг расслабляюсь, как будто сижу в кабинете у замдиректора школы и рассказываю о чем-то, что мне известно, но не имеет ко мне никакого отношения. Главное – не сболтнуть лишнего. Тогда никто ничего не сможет тебе сделать.

Она начинает с общих вопросов. Это больше похоже на обычную беседу. Что мне больше всего нравится в школе? Давно я в команде поддержки? А эти наши трюки – разве они не опасные?

Я практически не замечаю того, как она переходит к делу. Так гладко это у нее получается.

– Так значит, вы с тренером Френч общались и вне школы?

Странный вопрос. Мне сначала даже кажется, что я что-то не расслышала.

– Она же мой тренер, – отвечаю я.

– А в ночь с понедельника на вторник на прошлой неделе ты виделась с тренером Френч?

Я не знаю, что ответить. Я не знаю, что Колетт им рассказала.

– На прошлой неделе? – спрашиваю я. – Не знаю.

– Попробуй вспомнить, ладно? В прошлый понедельник ты была у нее дома?

Вторая часть ее вопроса как подарок. У нее дома. Если тренер им что и наплела, то наверняка сказала, что мы были у нее.

– Да, кажется, – отвечаю я. – Иногда я ей помогаю с дочкой.

– Работаешь няней? Сидишь с ребенком, когда миссис Френч уходит?

– Нет, нет, – как можно спокойнее отвечаю я. Какая я ей няня, она в своем уме? – Я не сижу с детьми.

– Значит, ты просто помогаешь время от времени?

Я смотрю на нее – на ее бледные губы и слишком тонко выщипанные брови.

– Я просто часто там бываю, – отвечаю я. – Тренер помогает мне разучивать станты. Мне нравится бывать у них дома.

– Значит, в понедельник вечером ты была с тренером и ее мужем у них дома?

И ее мужем.

– Да, – отвечаю я. Ведь наверняка тренер сказала им то же самое, и ради общего блага наши версии должны совпадать.

– А ты знакома с сержантом?

– Видела его в школе.

– Они с тренером Френч были друзьями?

– Не знаю, – отвечаю я. – Мне она ничего не рассказывала.

– И ты никогда их вдвоем не видела?

– Нет.

Понятия не имею, в какую лужу я вступила и вступила ли вообще.

– Значит, тебе нравится бывать у тренера дома? Просто проводить там время, – она пристально смотрит на меня, а я не могу оторвать взгляд от волоска, торчащего над ее правой бровью, с которой она явно перестаралась.

Как можно было его не заметить? Пропустить такую важную мелочь. Это же все равно что не увидеть, как во время выступления у кого-то в команде противника соскользнула нога.

Этот волосок придает мне сил.

Я же заместитель шерифа Хэнлон, невозмутимый лейтенант. А я и забыла, как приятно играть свою старую роль.

– Да, мэм. Я так вам и сказала.

Я откидываюсь на спинку кресла, вытягиваю ноги и поправляю хвостик.

– У них дома нормальная обстановка? Они с мужем ладили?

– Да, – отвечаю я.

– Как тебе показалось, они счастливы в браке?

Смотрю на нее, склонив голову, как собака. Как будто не понимаю, что это значит. Счастливы в браке? Да кто обращает внимание на такие вещи?

– Да, конечно, – отвечаю я, и мой голос переключается в другой режим. Так я разговариваю с людьми, которые вообще ничего не понимают, но думают почему-то, что я у них как на ладони, что им все на свете известно про таких девочек, как я.

– Нам всем нравится тренер, – говорю я. – Она очень приятная женщина.

И добавляю:

– Иногда она нам показывает асаны. Йога – это так прикольно! Вообще, она супер. У нас в понедельник финальный матч. Приходите, посмотрите.

И я наклоняюсь ближе, как будто собираюсь поведать ей тайну.

– Если мы круто выступим, то в следующем году поедем на региональный турнир.

– Возможно, у нас будут еще вопросы, – говорит детектив, провожая меня до двери.

– Хорошо, – отвечаю я, – нет проблем.

В действительности я никогда не говорю «нет проблем».

Проходя мимо полицейских, мимо детективов, я слегка задираю футболку – как будто хочу проветрить свой вспотевший живот.

Пусть все увидят мой пресс. Какой он плоский.

Я всем демонстрирую, что не боюсь, что я не какая-нибудь там глупенькая чирлидерша, не какая-нибудь тощая шестнадцатилетка, у которой ума меньше, чем у курицы.

Пусть видят, что я – не кто-нибудь там.

А главное, пусть не видят, кто я на самом деле.

Глава 27

Вернувшись домой, вытаскиваю телефон из-под матраса.

Семь голосовых сообщений и шестнадцать эсэмэс от тренерши. И все примерно об одном: «Сразу же позвони. Позвони НЕМЕДЛЕННО».

Конечно, я позвоню. Но только сначала растянусь немножко, как она нас учила.

Кошка-корова. Поза щенка. Поза треугольника.

Пусть подождет.

Включаю душ и долго стою под горячими струями.

Потом сушу волосы феном, не спеша вытягивая каждую прядку. Мой мозг между тем напряженно работает.

Откуда-то из глубин памяти всплывает старый чирлидерский девиз: «Приходит время, когда нужно прислушаться к себе».

Фразочка вполне в духе Рыбины, то есть старой тренерши Темплтон. Такие цитаты распечатывают из интернета или пишут курсивом внизу схемы с расстановкой фигур на поле.

Можно подумать, что прислушаться к себе – проще простого. Как будто там можно что-то услышать. Как будто внутри тебя сидит мудрец, рождающий одну умную мысль за другой.

Я провожу пальцами по экрану, по страничке нашей команды в «Фейсбуке» и альбому с фотографиями последних трех лет. Три года смертельных прыжков и цветных ленточек.