Меган Бренди – Притворяйся, пока не сломаешь его (ЛП) (страница 49)

Остаток дня я как зомби, и, к счастью, мы смотрим фильм по химии, так что говорить не обязательно. Я пропускаю занятие по танцам после школы впервые за все четыре года, потому что пошла нахуй эта Миранда, и направляюсь домой.

Через несколько минут я принимаю душ и лежу на кровати, порча весь остальной день своими мыслями.

Легкий стук в дверь пару часов спустя заставляет меня приподняться на локте. Мама открывает дверь и входит, ее губы скривились в неприятной улыбке.

На данный момент я уже эмоционально истощена. Я готова к ее словам, какими бы они ни были, возможно, еще раз скажет, что уезжает, но когда беспокойство морщит ее лоб настолько, насколько позволяет ботокс, моя нижняя губа начинает дрожать.

— Деми… — она шепчет так тихо, что я почти не слышу ее.

Она не видела меня такой… Никогда.

Она подходит ближе, и я ломаюсь. Я плачу без всякой реальной причины, кроме страха перед тем, что еще даже не произошло.

К моему еще большему удивлению, мама не говорит, зачем пришла сюда, а вместо этого садится на край моей кровати. Она не говорит, не прикасается ко мне, как это сделала бы нормальная мать, но и не уходит.

Она сидит там, когда я засыпаю, но ее нет, когда я просыпаюсь. Этого было достаточно.

Я встаю на ноги и иду к шкафу, чтобы взять какую-нибудь одежду. Я не тороплюсь. Не хочу сегодня рано идти в школу.

Как я позволила себе дойти до этого? Я не знаю, но уверена в одном — я должна дать себе немного пространства.

Мне нужно дистанцироваться от Нико, потому что…

Мы — ничто.

Мы фальшивые, как улыбка, которую я надену сегодня.

Теперь я даже сама себе вру.

Как только я собралась, я беру свой телефон и рюкзак и спускаюсь вниз, и там, рядом с немного растаявшим кофе со льдом, лежит записка.

Сегодня подготовка к финалу.

Но мое внимание сосредоточено не на словах, а на маленькой таблетке, лежащей на бумаге.

И я беру ее.

========== Глава 21 ==========

Деми

Я оставила свой телефон дома и пошла на все занятия, не сказав никому ни слова на протяжении дня, но потом, когда пришло время химии, мои нервы были выше крыши. Поэтому вместо того, чтобы идти на урок, я поднялась к директору, и впервые воспользовалась пропуском, потом пошла в библиотеку и занималась там.

К счастью, на последнем уроке я помогаю учителю, так что мне разрешают уходить за пять минут до звонка, но я решаю улизнуть еще раньше, чтобы уехать, пока меня никто не заметил.

Я знаю девочек, и они почувствуют, что что-то не так, как только увидят меня, а я не могу объяснить, что происходит, не выдав нашу с Нико тайну, и я не готова к этому. Поэтому, чтобы убить время и убедиться, что они не смогут меня найти, я еду в кафе на другом конце города и опять учусь, пока глаза не начинают гореть.

Уже почти половина седьмого, когда я смотрю на часы, и я знаю, что девочки звонили мне, как минимум раз десять, потому что сегодня вечером будет игра.

За исключением нескольких выездных игр, я не пропускала ни разу. Мы с Карли всегда рядом, чтобы подбодрить их. Сегодня меня не будет. По крайней мере, не у всех на виду, зная, что Миранда будет там, пытаясь привлечь внимание.

Я тяжело выдохнула.

Последнее, что мне сейчас нужно, это злиться на своего тренера. Конечно, она страстно влюблена в Нико. Он восемнадцатилетний выпускник средней школы с телом звезды баскетбола. Тем не менее, я хочу сказать ей, чтобы она отвалила и нашла себе новую любовь. И если бы я не нуждалась в рекомендациях при поступлении в колледж, я бы даже не вернулась на тренировки.

Стряхнув с себя раздражение, я паркуюсь на заднем дворе школы, чтобы пройти длинный путь вокруг здания и проскользнуть в библиотеку. Я поднимаюсь по лестнице, которую показал мне Нико, на этот раз не подходя к краю крыши, а опустившись в кресло, в котором Нико сидел в тот день, когда мы были здесь вместе.

Я бросаю свой энергетик и смотрю на небо, когда солнце садиться, пока я жду начала игры. И действительно, как раз в тот момент, когда налетает ветер и летний ночной воздух, я едва слышу голос мистера Фримена, плывущий по полю, когда он приветствует всех.

К счастью, у меня отличное зрение, поэтому, когда я подхожу ближе, я могу разглядеть каждую майку.

Конечно, номер 24 трудно не заметить.

После того, как национальный гимн заканчивается, капитаны команд выходят на поле для подбрасывания монеты, а затем наступает время игры. Я остаюсь там, на краю крыши, мои глаза следят за каждым движением Нико. Потом наступает перерыв, и команда собирается в дальнем правом конце своей зоны.

Команды поддержки выходят, встречаясь в середине, прежде чем наши бегут на противоположную сторону, чтобы посмотреть, как выступает команда чужой школы. Я улыбаюсь, когда они слегка вертят попой, борясь с желанием захлопать. Моя радость недолговечна, разочарование занимает свое место, когда Миранда держит свою дурацкую камеру и идет к парням.

Они только начинают вставать и защелкивать шлемы, когда она приближается. Конечно, она идет вокруг группы, останавливаясь всего в нескольких футах от Нико.

И вот так просто я теряю терпение.

Перепрыгивая через две ступеньки, я поднимаюсь в студию. Свет выключен, но дверь открыта, так что я вхожу внутрь и несколько минут настраиваю звуковую систему. Как раз в тот момент, когда я хочу включить музыку, чей-то голос раздается сзади, и я подпрыгиваю.

Там стоит сторож, нахмурившись.

— Мисс Дэйвенпорт?

Я кротко улыбаюсь.

— Прости, Ян. Я хотела еще позаниматься, если ты не против.

Он кивает, поднимая плечо и оглядываясь вокруг.

— Ну, я еще не добрался до этой комнаты, и мне осталось пройти еще пятнадцать кабинетов, так что, почему бы и нет. Только не забудь оставить всё так, как было.

— Спасибо, — я улыбаюсь, поворачиваясь к стереосистеме, когда он уходит.

Я скидываю ботинки, бросаю рядом свитер и нажимаю кнопку «Пуск», поворачиваюсь лицом к зеркалу.

Нико

Я опускаю плечо, пробегая прямо через защитника. Какой-то придурок летит прямо в меня, и я со стоном падаю на газон. Я вскакиваю, оставляя мяч там, где он приземлился, и отталкиваю парня, который пытается похлопать меня по спине.

Именно тогда я замечаю карточку. Я подбегаю к ребятам и выплевываю защиту для зубов.

— Что, черт возьми, случилось?

— Персональный фол, — Трент поворачивается к Томпсону. — Мне плевать на твою ссору с этим парнем, оставь все как есть, — его взгляд быстро перелетает на меня. — Ты тоже остынь нахрен. Не вздумай взять еще один фол.

— Да пошел ты.

Он хмурится, но мы снова в строю. Я широко раскрыт, но Трент бросает мяч Алексу. Этот урод ловит его и несется вниз, к двадцатиярдовой линии. Он стукается плечом с Томпсоном, ухмыляется, пробегая мимо меня. На обратном пути он бросил взгляд на трибуны, и я делаю то же самое.

Карли сидит и, словно зная, что я смотрю на нее, поднимает руку. Деми по-прежнему нет. Но когда мои глаза скользят по трибунам, я замираю.

Мой отец сидит там, хлопая своими гребаными руками, одновременно качая головой.

— Ник!

Моя голова резко наклоняется вперед, и я торопливо возвращаюсь в толпу.

— Да что с тобой такое, черт возьми? — кричит Трент.

— Отдавай мне мяч, — выплевываю я, и он свирепо смотрит на меня.

— Нет, — отрезает он. — Приди в себя.

— Трент-

— Ты вспыльчив, явно чем-то недоволен. Я не собираюсь рисковать только потому, что ты хочешь устроить шоу.

— Мой отец здесь.

Трент смотрит мне в глаза и чертыхается.

— Доберись до гребаного мяча и перестань быть придурком, — рычит он, и мы спешим занять позицию, прежде чем будет объявлена задержка игры.

Я ловлю мяч, мои ноги касаются земли прямо перед тем, как меня атакуют, но пас был успешным, и это тачдаун. И поскольку во мне есть что-то извращенное, что я не могу контролировать, я смотрю на жалкое подобие человека на трибунах, говоря себе, что все, что я хочу сделать, это доказать ему, что он был неправ. И мне противно, что какая-то часть меня все еще хочет угодить ему.