Мег Розофф – Боба нет (страница 36)
Я должна поговорить с ним, решила она. Раз он не желает меня видеть, я сама поеду к нему. Мне терять нечего.
Адрес у нее был, ничто не мешало ей заглянуть в его дом. На самом деле причин не посещать Боба не существовало никогда, если не считать, как поняла теперь Люси, ее страха перед тем, что она может там увидеть.
Передвигаться по городу стало в эти дни трудно, она прошла, сколько удалось, пешком, а потом выбрала приемлемо честного с виду водного таксиста, чтобы проделать остаток пути с ним. У него имелся даже подвесной моторчик, за который Люси согласилась заплатить дополнительно.
– В том районе какое-то несчастье произошло, – сказал он, не изменив выражения лица, и замолчал.
Несчастье? Какое несчастье? Когда они доехали до места, солнце уже село, однако небо над померкнувшим городом еще оставалось светлым. И уже за полмили стало ясно – что-то не так. Отблески вращавшихся фонарей, красных и синих, проносились по темной воде и стенам домов; навстречу Люси плыли лодки полицейских и спасателей, полные укутанных в серебристые одеяла раненых. Маленькому такси приходилось вилять то влево, то вправо. Воду в конце улицы Боба покрывали темные пятна, и, когда Люси опустила в нее руку, та вышла наружу красной. Люси в ужасе отшатнулась от борта.
– Что случилось? – спросила она, и какая-то пораженная горем женщина ответила ей, что на улице Боба взорвался, как подозревают, газ, обрушив целое здание. Повсюду плавали обломки – большие куски мебели висели под самой поверхностью воды, салфеточки и простыни кувыркались в ней, преследуя лодку, норовя намотаться на маленький винт ее мотора. Водитель Люси извлек из воды бамбуковый пруток для занавески и отталкивал им этот сор.
Люси замутило. А что, если это здание, в котором жил Боб? Может быть, он потому и не показывался?
Она взглянула на оставленную взрывом страшную прореху между домами, потом посмотрела вдоль улицы. Девятый, десятый, одиннадцатый… верно, здесь стоял дом номер двенадцать. Сердце мучительно заухало, ей захотелось завыть от ужаса, но тут она увидела следующее здание и облегченно вздохнула. Номер двенадцать. Как странно. А тот дом, что разрушен взрывом? Одиннадцать с половиной?
– Эй? – взмахом руки она велела лодочнику подплыть к двенадцатому дому и крикнула в открытое окно. В общем-то, заявиться к кому-либо без предварительного уведомления – в самый разгар катастрофы, да еще и наводнения, – не так-то просто. Но Люси позвала погромче: – Эй!
И верно, появление гостьи было настолько неправдоподобным, что поначалу Боб решил – она ему привиделась. Замкнувшись в своем собственном мире, он усердно трудился над проблемой китов. Сердце его ныло, а решения он так пока и не нашел. Чтобы перекрыть наружный шум, он зажимал ладонями уши. Ну кто там еще? Почему они не могут оставить его в покое?
Из гостиной выходили на улицу три окна, четвертое справа принадлежало спальне Боба, пятое – то, что слева, – кухне. Кабинет и спальня мистера Б находились в тыльной части квартиры. Гостиная, в которую заглядывала Люси, ничьей в отдельности не была. То ли это место? Сероватые стены, ничем не примечательная обстановка – все очень похоже на демонстрационную квартиру. Люси вгляделась поверх стоявшей на среднем плане современной мебели (белая Г-образная софа, стеклянный столик, кресла с хромированными рамами) и различила еще одну комнату. Нет, наверняка не то. Боб жить в такой квартире не стал бы. У него должны быть книги. Африканские маски, гравюры с изображением животных. Всякие интересные реликвии, собранные во время путешествий. Люси оглядела фасад здания. Судя по всему, квартира на втором этаже только одна. Возможно ли? Она хотела постучать в окно, однако лодку отнесло от стены вправо.
Увидеть что-либо в
А затем она увидела Боба. Пришибленного, нечесаного. Люси присела в лодке на корточки, вцепилась в подоконник и смотрела, как он расхаживает по комнате взад-вперед. Время от времени Боб останавливался, чтобы подергать себя за волосы или прижать ладони к ушам. Сквозь стекло до нее доносились издаваемые им странные звуки, нечто среднее между рычанием и стоном.
Люси моргала, глядя на него, борясь с приступами тошноты.
Когда она окликнула его в третий раз, Боб взглянул на нее. Люси попыталась улыбнуться, однако он показался ей сбитым с толку, подавленным. Похожим на сумасшедшего.
– Боб? – ей приходилось кричать, иначе он ничего не услышал бы сквозь стекло.
Судя по всему, он ее не узнал.
– Боб? Как ты? Почему ты не… – продолжить она не смогла. Боб смотрел на нее пустыми, одичалыми глазами. Нет. Не на нее, сквозь нее.
От колоссальности совершенной ею ошибки у Люси перехватило горло, и ей захотелось сию же минуту очутиться где угодно, только не здесь.
– Пожалуйста, – сказала она таксисту. – Пожалуйста! Развернитесь и увезите меня отсюда.
Лодка начала отходить от дома, и тут Боб, похоже, наконец-то узнал Люси. Он подскочил к окну, распахнул его, протянул к ней руки.
Она, задрожав, отпрянула.
– Люси! – голос его был хрипл, ненатурален. – Что ты тут делаешь?
О Исусе! Он закрыл ладонями лицо. Мало ему Эстель. И мамаши. Теперь еще и Люси приперлась. Нет, не то чтобы он не любил ее больше, конечно, любил, – но уж больно неподходящее она выбрала время. Хуже чем неподходящее. Если он не разберется с китами, мистер Б не избавит его от матери и Эстель. А пока эта парочка толчется рядом, ни на какое счастье с Люси и рассчитывать нечего.
Боб постарался заново сосредоточиться на Люси, которую он любил, на той, с которой собирался провести вечность. И не смог. Чувства его как-то переменились. Не так, как предсказывал мистер Б, нет… но, право же, он страшно занят. А здесь, на собственной его территории, она выглядела большей докукой, чем кто бы то ни было.
– Послушай! – Он кричал, хоть и не замечая того. – Послушай, сейчас я тебя принять не могу. Все ужасно запуталось. Мне нужно что-то сделать с китами, с рыбой, да вообще с океанами. Спасти их. Идея-то у меня есть, но не очень надежная, и опять же, я уже давно, давно не творил ничего настолько большого, понимаешь? Миллионы лет.
И он захохотал – жутко и дико.
О мой Бог, подумала Люси. Поначалу ей еще казалось возможным, что бедственное состояние Боба как-то связано с несчастным случаем, а то и с его работой в консалтинге. Но какой же консалтинг может потребовать, чтобы человек спасал «океаны вообще»?
Боб замахал рукой, словно отгоняя ее.
– Я не могу объяснить, ты все равно не поймешь. – Он выкатил глаза и замотал головой вперед-назад. – Это касается всей планеты и все такое. Часть моей повседневной работы. И опять же, ты разве не знала?
Он умолк, но тут же буйно захохотал.
– Я отдыхаю только в день седьмой!
Психопат, подумала Люси. Буйнопомешанный. Первым делом ей захотелось расплакаться, однако инстинкт более сильный сказал, что оставаться здесь небезопасно.
Она снова повернулась к таксисту и сказала:
– Поплыли.
Боб продолжал реготать. О ней он, похоже, просто забыл. Теперь он еще и руками размахивал. И бормотал что-то на языке, который звучал как иностранный или как смесь языков, а глаза его стали бессмысленными.
Она отдала свою девственность сумасшедшему. И сейчас очень хотела вернуть ее.
42
У Лауры Давенпорт было неспокойно на душе. Ей потребовалась едва ли не вечность, чтобы убедить себя в необходимости поговорить с Люси об увиденном ею странном молодом человеке. Да только, решившись наконец-то на это, она никак не могла до Люси дозвониться.
Люси редко уходила из дома в такую рань – ну, может быть, ее погода вынудила? Лаура оставила дочери сообщение, прождала час, а потом позвонила ей на работу. Однако девушка, ответившая по телефону зоопарка, ничего о местонахождении Люси не знала.
– Наверное, из-за погоды добраться не смогла? Она же, типа, полный кошмар?
И, словно в подтверждение этого, в трубке грянул гром.
– Но у нее и домашний телефон не отвечает. И мобильный.
– Жаль, что не могу вам помочь? – судя по интонации девушки, она пожала плечами. Совсем молоденькая. – Мы тут с животными разобраться пытаемся. Хотя, между нами, я уверена, что дождь, типа, почти закончился?
Как ни тревожно было Лауре, это утверждение ее поразило.
– Откуда вам это известно?
– Таро? Я разложила их утром, все, типа, говорит о скорых переменах?
Лаура медленно положила трубку. Какой странный разговор. Впрочем, она выбросила его из головы, надела плащ и выгребла из стоявшей у входной двери китайской чаши ключи от машины. Мотор пофыркал-пофыркал, но все же завелся, и она, промчавшись полмили, уткнулась в непреодолимый поток. Хорошо еще, полиция поставила здесь заграждение, иначе она так в него и влетела бы. Затормозив в последний момент, Лаура взяла телефон.
– Бернард, ох, как хорошо, что ты снял трубку. Я не могу поймать Люси, нигде, и у меня ужасные предчувствия. Я знаю, ты завален работой и просить тебя просто свинство, но мне правда же необходимо добраться до нее.