Мэг Лин – Противоположности отталкиваются (страница 4)

- Так вот, пока меня не перебили (еле сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть), я говорил, что мы тоже не избалованные дети богатых родителей.

Облегченно вздыхаю, достаю плеер... Нет, что не так, кто-то еще смотрит. Опять поднимаю голову и ловлю на себе взгляд Доминика Дэвиса. Мне стало нечем дышать, ладони вспотели, и даже немного закружилась голова. Это очень странно, ведь никогда раньше чей-то взгляд не вызывал у меня такой реакции, да я и не верила, что такое вообще возможно. Он замечает наушники, и, готова поклясться, вот-вот улыбнется. Но еще секунда и переводит взгляд на кого-то другого. Все игрушка уже неинтересная, пора бы и честь знать.

Первый час лекции о бизнесе проходит под песни из мюзикла «Собор парижской богоматери». Я стараюсь не слушать речи Дэвиса, неинтересно. Честно говоря, экономика, бизнес - это не мое. Да я соображаю во всех этих бесконечных схемах и цифрах, но будущее свое с ними связывать не хочу. А чего хочу? Ничего. Пока ничего. Учусь, мне удобно, особо не заморачиваюсь. Работаю в ночном клубе посменно, с этим мне папин друг помог. Деньги есть, друзья есть... Проблемы тоже есть, куда без них, но сейчас у меня всё стабильно, от этого комфортно и спокойно. Слышу звонок на перерыв, встаю. Опять что-то не так. Все сидят, я одна встала. Мили тянет меня за рукав.

- Ник, мы без перерыва, он итак раньше уйдет на совещание. Садись быстро!

А я не могу сесть, ведь весь наш дружный коллектив вновь устремил на меня свой молчаливый взор.

- Мисс Ухмылка (хихикают), вы что-то хотели сказать? - Коул с нескрываемым раздражением повернулся в мою сторону. Его брат, со скучающим видом уселся сзади на стул и взирает на эту сцену, очевидно, с целью хоть как-то развлечься. Снова потеют ладони. Я беру в кулак всё свое самообладание.

- Да. Мне нужно выйти.

- У вас кончился плейлист? - ровный, бархатный тембр звучит оттуда, где сидит Доминик. Карие глаза смотрят насмешливо. Внимание, подтрунивание - очень плохое сочетание. Медленно, очень медленно гнев разгорается внутри меня.

- Да. Вы хотите мне свой предложить?

Мы тоже наблюдать умеем, господин голливудская звезда. Я в ужасе сама от себя, но остановиться уже не в состоянии. Однако, он даже бровью не повел на мою не слишком почтительную реплику, только спокойно и грациозно поднял руку и вынул из уха свой наушник, как будто нет ничего естественнее в том, чем слушать музыку, когда выступаешь перед публикой. Ну и покрасовалась, ну и сказала, что собственно толку? Доминик молчит, хотя прекрасно понимает, что ответить что-то необходимо, иначе пауза затянется надолго. Но он продолжает буравить меня спокойным холодным взглядом, от которого хочется бежать, прыгнуть в окно, сквозь землю провалиться. Так проходит минуты две. Я по-прежнему стою, на ватных ногах, он по-прежнему сидит с непроницаемым лицом. В конце концов, ректор не выдерживает и решительным шагом направляется в мою сторону. Ну вот, сейчас выскажет.

- Мисс Третьякова, я попрошу вас ненадолго покинуть аудиторию, мне надо с вами переговорить.

Пока я вожусь, пытаясь вылезти через всю эту ухмылающе-осуждающую толпу, он останавливается возле Дэвисов и заискивающе говорит.

- Прошу прощения, мисс Третьякова бывает несдержанной.

- Всё в порядке - Коул говорит мягко - с кем не бывает.

Доминик спокоен и неподвижен. Интересно, что-нибудь может вывести его из себя, ну или хотя бы немного разозлить? Даже не ответил ничего, вот гад. Я гневно шествую мимо них, не поднимая головы.

- Мисс Третьякова - окликает меня бархатный тембр у самой двери - сдержанность - одно из наиболее важных качеств в любой девушке.

Выхожу, не поворачивая головы. Вот осел! Ректор хватает меня за руку и ведет подальше от кабинета, не желая, видимо, читать мне нравоучение у всех на слуху.

- Вероника Олеговна Третьякова, вы что себе позволяете? Вы хоть представляете, с кем вы разговариваете? - аж слюной брызжет от волнения.

А что я такого сделала, я положительно не понимаю? Я его оскорбила? Нет. Ответила любезностью на любезность, чего раздувать-то.

- Не вижу ничего страшного, профессор Гаррисон.

От удивления у него чуть глаза из орбит не выскочили. Мало того в аудитории его доводила и вот сейчас.

- Вы зайдете и извинитесь, мисс Третьякова, и, поверьте, если нет, последствия будут печальными.

Пришел мой черед удивляться.

- Вы выгоните меня только из-за того, что я поспорила с каким-то раздутым от важности бизнесменом?

Он смотрит на меня поверх очков. Все еще напряжен, но первоначального пылу заметно поубавилось. В принципе можно понять человека, столько времени добиваться приезда Коула в наш ВУЗ поделиться опытом, а тут какая-то мисс Третьякова демонстрирует свой характер.

- Нет, я вас не выгоню, как вы изволите выражаться, но наказание гарантирую - он тяжело вздыхает - Вероника, вы не хуже меня знаете, что жалобы на вас поступают с завидной регулярностью как от коллег по группе, так и от преподавателей. Нельзя меряться силами со всеми, кто сказал что-то, на ваш взгляд, обидное. Вам 23 года, пора бы взрослеть.

Я понимаю, что он прав, прав по всем пунктам. Удивительно, что до сих пор ни разу не грозился меня наказать, ведь Третьякова и драка это почти что синонимы. Помниться, я как-то набросилась на преподавателя прямо в аудитории, за то, что тот, как мне на тот момент показалось, хотел оскорбить. Оказалось, всё, что он говорил, меня даже не касалось. Тогда инцидент замяли, но на этот раз профессор настроен более, чем решительно. Надо уступить. Не думаю, что мама обрадуется досрочному возвращению без диплома, без денег, без возможности дальнейшего образования.

- Вы правы - ректор недоверчиво смотрит на меня - стоит извиниться.

- Вот и хорошо, мисс Третьякова. Пройдемте назад, вы все самое интересное пропустите.

Волнение… И чем ближе к кабинету, тем сильнее это чувство. Я даже представить боюсь, как будут смотреть оба брата, а вместе с ними и вся аудитория. Хотя на самом деле, если копнуть глубже, больше опаски вызывает взгляд всего одной пары карих глаз.

- Вероника, будьте любезны, не устраивать сцен, даже если вам что-то не понравиться. Университету очень важно внимание таких людей, как Дэвисы. Они наши потенциальные спонсоры.

- Хорошо, я постараюсь.

Мы заходим и профессор Гаррисон, как в детском садике, сообщает, что Вероника хотела бы что- то сказать.

- Я весь во внимании - Коул самодовольно улыбается.

Какая-то публичная порка получается. Перевожу взгляд на Доминика и застываю. Улыбается. Нагло, с явным высокомерием, глаза смотрят насмешливо, с долей... Презрения? Ах ты... Беру себя в руки.

- Прошу меня простить, я вела себя немного несдержанно.

Смотрю в светящиеся от любопытства и смеха глаза Коула, он явно одобряет весь этот спектакль.

- Хорошо, мисс, извинения принимаются.

Господи, да когда же это кончится.

- Садитесь на свое место, окажите нам честь.

Издевается. Просто шикарно. Блеск. День задался с самого утра.

Шествую, с покаянной головой, на место рядом с бурлящей от беспокойства Эмили, но судьба, видимо, выбрала этот день для своего развлечения. Мягкий голос Доминика останавливает на полпути.

- Простите, Вероника, уж очень мне любопытно, откуда вдруг такая сознательность?

Затылком буквально ощущаю тревогу Роя. Поднимаю на него глаза - так и есть, он переживает не на шутку. Беззвучно дает мне знак молчать, киваю, иду дальше.

- Ну, мисс, будьте любезны, удовлетворите мое любопытство - слышу нотки смеха.

Насмехается. Какой-то вшивый высокомерный актеришка надо мной смеется, нашел себе развлечение. Ну все, хотел ответа - всегда рада услужить. Я поворачиваюсь, смотрю в холодные черные глаза, изображая самую милую улыбку, на которую способна.

- Потому, что попросили. Вас это устроит или, может, попроще объяснить? - стою и дальше мило улыбаюсь, а у самой уже кулаки наготове.

Веселое настроение Доминика испарилось в секунду: он напрягся и слегка подался вперед, глаза угрожающе смотрят на мою скромную персону, давая понять, что пределы допустимого я точно перешла. Ух ты, разозлился! Надо же, у него есть какие-то человеческие эмоции. Однако, Коул, которому весь этот спектакль уже порядком надоел, решил вмешаться.

- Вполне устроит, спасибо. Сядьте мисс, мы очень далеко ушли от темы, я приехал семинар вести, а не пикировки ваши наблюдать - раздраженно заканчивает он.

Я гордо поворачиваюсь и иду на место, каждой клеточкой тела ощущая злобный, пронизывающий взгляд. Достаю плеер, смотрю на Дэвиса младшего и демонстративно поднимаю наушник вверх, мол, ваше здоровье мистер звезда, и преспокойно слушаю музыку. Он в бешенстве, прямо-таки весь кипит. Однако, надо отдать честь удивительному самообладанию, держится молодцом. Не дай Бог встретить его в этом состоянии где-нибудь на улице, беды не миновать. «Господи, до чего он хорош, когда злится. Невероятно сексуальный».

Мысль пролетела у меня в голове со скоростью света. Я даже осознать толком не смогла. Совсем сбрендила. Только что чуть ли не убить была готова, а теперь на тебе: сижу и слюни пускаю, как последняя идиотка. Но, вопреки своему же рассудку, поднимаю на него глаза. Из-за музыки не могу разобрать, что именно Доминик начал рассказывать, но тема эта его как будто волнует. Он активно жестикулирует руками и тихонько прохаживается взад-вперед. Красив, безусловно, просто обворожителен. При каждом движении видно как бугрятся под водолазкой мышцы, впечатляя своей мощью. Иногда он почти улыбается и безупречное лицо становиться мягче, как бы давая понять, что он всего лишь человек. Однако эмоции почему-то не затрагивают глаз: взгляд равнодушен и холоден. А руки, Господи, как бы мне хотелось ощутить их у себя на коже... «Третьякова, ты сумасшедшая! Выкинь этот бред из своей головы! Когда в последний раз ты вот так же думала, месяц после в постели провалялась».