Мэг Кэбот – Дело не в размере (страница 42)

– Ты не ответила на мои звонки. – Джордан опустил шарф, и я смогла разглядеть его рот, потом поднял лыжные очки, закрывавшие глаза. – Мне очень нужно с тобой поговорить. Папа взял лимузин, такси не вызвать из-за того, что все мосты завалены снегом. И мне пришлось встать на лыжи, чтобы добраться к тебе с Пятой авеню.

– Джордан, ты мог бы приехать на метро.

– Метро? В такое время суток? Да там полно грабителей!

Я покачала головой. Снег прекратился, но было ужасно холодно. У меня в тоненьких нейлоновых колготках успели замерзнуть ноги.

– Джордан, – нетерпеливо сказала я, – что ты от меня хочешь?

– Я… у меня послезавтра свадьба, – ответил Джордан.

– Все правильно. Ты хочешь сказать, что пришел, чтобы мне об этом напомнить и еще раз попросить меня прийти? Так вот, я не пойду.

– Нет, – сказал Джордан.

Насколько мне было видно в тусклом свете фонарей, выглядел он не ахти как.

– Хизер, я послезавтра женюсь.

– Знаю, – проговорила я.

Потом вдруг до меня дошло, зачем он пришел.

К тому же он был еще и пьян.

– О нет. – Я помахала перед его носом ладонью в перчатке. – Нет. Ты не сделаешь этого. У меня нет времени. Я кое с кем встречаюсь.

– С кем? – Глаза Джордана подозрительно заблестели. – Ты сегодня какая-то… нарядная. Хизер, у тебя есть бойфренд?

– Боже! – К счастью, мой голос не разнесся по всей улице.

Шестьдесят сантиметров снега, покрывших автомобили и облака, летящие так низко, что в них розоватым светом отражались огни города, приглушали все звуки.

– Джордан, если ты передумал на ней жениться, скажи это ей, а не мне. Мне плевать, что ты делаешь. Мы расстались, помнишь? Кстати, ты бросил меня ради нее.

– Людям свойственно ошибаться, – пробормотал Джордан.

– Нет, Джордан. Наш разрыв не был ошибкой. Нам нужно было расстаться. Мы правильно сделали, что расстались. Мы не подходим друг другу.

– Но я все еще люблю тебя, – настаивал он.

– Конечно, любишь. Так же, как и я тебя. По-братски. Именно поэтому мы и расстались. Потому что родственники не… Это противоестественно.

– Это не было противоестественным, когда мы… – Он кивнул на входную дверь дома Купера.

– Конечно, – съязвила я. – Поэтому-то ты так стремительно сбежал тогда. Именно потому, что это не было противоестественным.

– Не было, – не сдавался Джордан. – Немного странно, и все.

– Вот именно. Джордан, ты хочешь быть со мной, потому что хорошо меня знаешь. Это просто. Мы так долго были вместе, мы практически вместе выросли. Но это не причина, чтобы так и оставалось. Должна быть страсть. А у нас ее не было. По-моему, у вас с Таней с этим как раз все в порядке.

– Да, – с горечью проговорил Джордан. – Она так и пышет страстью. Я уже с трудом это выношу.

Это было совсем не то, что мне хотелось бы услышать о невесте бывшего жениха. Даже, если я его воспринимала теперь как брата. Почти.

– Надевай лыжи и поезжай обратно, – сказала я. – Прими аспирин и ложись в кровать. Утром ты все будешь воспринимать не в таком мрачном свете. Обещаю.

– Куда ты собралась? – мрачно осведомился Джордан.

– Мне нужно на вечеринку. – Я открыла сумочку, чтобы проверить, захватила ли новую помаду и свежий баллончик со жгучим перцем.

Замечательно, ничего не забыла.

– Что значит нужно? – спросил Джордан, скользя на лыжах рядом со мной, пока я осторожно переступала ногами по скользкому тротуару. – По работе или еще зачем-нибудь?

– По работе, – ответила я.

– А-а.

Джордан дошел со мной до угла. Показались огни светофора, регулирующего на дороге движение, которое начисто отсутствовало. Даже Реджи в такую погоду не вышел на работу. Ветер из парка напомнил о себе, и все вдруг предстало передо мной совсем в другом свете. Как хорошо было бы оказаться сейчас под теплым одеялом с последним романом Норы Робертс в руках, а не стоять на углу улицы с моим бывшим женихом.

– Ладно, – сказал он, наконец. – Тогда прощай.

– Пока, Джордан, – сказала я, испытав сильное облегчение от того, что он ушел.

Он медленно покатился в направлении пятой авеню, а я поплелась через парк, на чем свет ругая себя за то, что не надела джинсы. Я бы не выглядела столь сногсшибательно. Зато мне было бы значительно теплее.

Идти через парк было самоубийством. Я недолго любовалась снежными красотами. Дорожки были убраны, но плохо. Свежий снег успел их завалить. Сапоги, которые я надела, не были водонепроницаемыми, они предназначались только для помещений, предпочтительно с камином, перед которым лежит медвежья шкура. Так было показано на фотографии в каталоге.

Знаю, что мне дешевле было бы их купить в обувном магазине на Восьмой улице, а не по Интернету. Но так гораздо безопаснее. По компьютеру меня никто не узнает.

Я так надеялась, что, когда подойду к Вейверли-холлу, Гевина там не окажется, и я спокойно смогу вернуться домой.

Но он был здесь. Он стоял и дрожал под пронзительным арктическим ветром, дующим со стороны парка. Когда я, семеня на высоких шпильках, подошла к нему, он сказал:

– За тобой должок, женщина. Я всю задницу отморозил.

– Вечно у тебя с ней всякие приключения, – сказала я, подойдя ближе.

Я поскользнулась, и мне пришлось схватиться за его плечо. Он посмотрел вниз, на мои ноги и присвистнул.

– Господи, пампушка, да ты сегодня просто хоть куда!

Я дала ему подзатыльник.

– Смотри вперед, Гевин. Мы здесь по делу. Нечего меня кадрить. И не называй меня пампушкой.

– Я и не думал, – возразил он. – Кадр… кадрить тебя, как ты сказала.

– Пошли. – Я покраснела.

До меня наконец дошло, что я делаю – и совсем не из-за мини-юбки, а из-за того, что вовлекла во все это Гевина. Разве так должен вести себя ответственный администратор, когда встречается со студентами в разгар ночи перед вечеринкой? Гевин уже продемонстрировал свою несознательность, неумеренно поглощая алкоголь. Разве мое намерение пойти с ним не противоречит его наказанию? Разве я могу исполнять роль искусительницы? Да, черт побери!

– Слушай, Гевин, – сказала я, когда мы шли через внутренний дворик.

На кустарниках у входа предметов женского белья видно не было: их засыпало снегом. С верхнего этажа доносилась оглушающая музыка.

– Наверное, это не слишком хорошая идея. Я не хочу вовлекать тебя в неприятности…

– О чем ты? – спросил Гевин и по-джентльменски толкнул дверь. – Каким же образом я могу попасть в неприятности?

– Ну… – протянула я.

Мощное облако теплого воздуха, вырвавшегося из двери, окутало нас.

– Я насчет алкоголя.

Гевин поежился.

– Женщина, я никогда больше ничего в рот не возьму. Думаешь, мне не хватило тогда?

– Заходите и закройте за собой дверь, – сказал охранник.

Мы поспешно проскочили внутрь.

– Это правильно, – прошептана я, пока мы отряхивали ноги от снега. – Но если Стив с Дагом действительно замешаны в том, что случилось с Линдси, они крайне опасны.

– Совершенно верно. Вот почему тебе тоже не стоит пить то, что открыла не ты сама. Я глаз не сведу с твоего стакана.