Мефодий Отсюдов – Записки из бронзового века (страница 23)

– И чего это мы тут делаем? А? – было написано у него на лице.

– Кто, мы? Ничего! Мы тут, это, плюшками балуемся. Тряпки жжём, смеёмся и похабень всякую на земле рисуем, – выпучив глаза, отмазался я. – Ничего такого, честное слово, гражданин начальник. Вот, сами посмотрите, – тыкал я ногой в своё художество.

Шут его знает, чего ряженный там рассмотрел, только посерьёзнело его лицо.

– Это что за секретные символы? Ты у нас светило украсть решил? – вопрошал он. – И зачем в центре солнца отпечаток стопы? Подчинить его себе хочешь?

Не шаман, а натуральный особист из третьесортного кино про Великую Отечественную войну. Может, они совсем и не такие были, но такими их режиссеры изображали.

Ещё бы чуть-чуть и истыкали бы меня копьями без суда и следствия. Да Кво на выручку пришёл. Он что-то там лопотать начал про видения, предков и троюродного дедушку внучатой племянницы, что явился ему этой ночью.

– А как он нарисовал и показал, что и куда ставится, я сразу же понял, – заикаясь от страха, отмазывал субподрядчик своего нанимателя. – Товарищ прокурор, в смысле, шаман, не серчайте. К вечеру я постараюсь сделать, что он хочет. А потом мы это вождю покажем. А если солнцеликому понравится, скажем, что это вы нас надоумили, перенаправив нам послание духов. А если не понравится вождю, скажем, что сами инициативу проявили. Дураки, чего с нас взять.

Прям так и задвинул. Честное слово!

– Чиновник растёт, – кивнул я на юного помогатора.

– Чего? – не въехали окружающие.

– Кандидат ты в депутаты, говорю! Кончай демагогию разводить, работать пора. Одно начальство кругом, плюнуть не в кого, – разозлился я и начал всякие витиеватые действия руками проводить.

Типа, зарядку делаю.

Заклинания подействовали – толмач застыл как статуй. А инициативная группа из числа последователей Павлика Морозова засуетилась и под шумок на улицу свалила.

Типа, не при делах они.

Кво же на задницу плюхнулся, язык вывалил и со всем усердием принялся веточки ивовые перебирать.

Работает, типа.

Шаман только минут через пять в себя пришёл, когда пацанёнок наконец то разобрался с материалом и начал внешний круг изделия номер один плести. Поплевал толмач ему под ноги, пошептал что-то, отвесил мотивирующую затрещину и был таков.

Я плести не умел. Пришлось делать то, что у меня хорошо получалось – разговоры разговаривать, байки и политические анекдоты переиначенные на местные реалии травить.

Не про нашу власть, естественно, а про вражескую.

С анекдотами сплошная импровизация была, но зашла она на ура. Сначала Кво ржал, потом и у входа смешки послышались. А когда каркас первого снегоступа был почти готов, у входа было уже не протолкнуться.

Всё племя собралось послушать про недалёкого вождя Леонида Ильича и бравых воинов – Петьку и Василия Ивановича.

Хотел про Вовочку задвинуть, да жрать захотелось. А на голодный желудок, лично я, ни работать, ни звиздеть до сих пор не научился. Кво же плёл, как заведённый. Я его позвал для приличия на перекур, но пацанёнок отмахнулся, и пальцы ещё быстрее замелькали.

Сработал он на славу. И даже в срок уложился.

На закате вождь с сотоварищами в лагерь вернулся, а тут и довольный Кво на свежий воздух выполз. А в руках у него были две натуральные крышки от корзин из ивовых веточек сплетённые. Даже с креплениями для ног.

Сенсации не случилось. Вождь повертел в руках моё изобретение и скептически хмыкнул.

– И чего с этим делать? Корзины накрывать или на голове носить? – недоумевал он.

– Когда много снега будет, ноги вот сюда вставляешь, – показал я на плетённые дужки. – И по снегу бежишь аки по травке. Ну, чуть-чуть помедленнее, может.

После этих слов в вожде проснулся Станиславский. У него на морде было написано: “Не верю!”.

– Показывай, – предчувствуя моё фиаско, приказал кланлидер.

Как и следовало ожидать, первый блин вышел комом – презентация снегоступов, собравшая всё племя, с треском провалилась. В них не то, что бежать, идти по слегка припорошенной земле тяжело было.

– Это тестовый образец, дайте время на доработку! – отмазывался я, снимая эти произведения искусства с ног под дружный гогот племени.

Надо мной ржали все! А громче всех главнюк веселился.

– Да идите вы, – буркнул я и потопал в сторону своей землянки.

Кво и Иво вздохнули и пошли за мной.

Аппетит пропал, ему на смену пришла злоба. А после пятиминутной матершиной тирады нас постигло просветление! И как это не обидно было, а идея пришла в не затуманенную лишними знаниями голову Кво. Точнее, он, наконец то, просёк фишку.

Битый час он пытал меня на тему, чего и как работает и зачем оно тут нужно, а потом разобрал творчество косячника-субподрядчика и начал всё с нуля.

В этот раз получались не круги, а овалы. Да и крепления для ног мастер как то по-хитрому выводил. Я попытался было с советами поприставать, научить подельника уму разуму. Да где там. Отмахнулся он от меня.

– Утром посмотришь, – буркнул он. – Иди, не мешай.

Так меня и подвинули в новаторстве. Надулся я аки девица красная, набил пузо и на боковую отправился. Типа, утро вечера мудренее.

Растолкали меня ни свет ни заря.

– Духи услышали нас. Большой снег всю ночь шёл, очень много нападало! А я дело закончил, – лыбился Кво, пихая мне под нос две продолговатые и слегка загнутые штуки, сплетённых из веток.

Сон как рукой сняло. Схватил я прототип первых в этом мире (я на это искренне надеялся) снегоступов и двинул на свежий воздух.

С испытаниями тянуть было смерти подобно. Племя ещё не пробудилось. Все, кто в нас не верил сладко сопели в две дырочки в своих норах и сны досматривали. А значит, есть шанс обгадиться незаметно.

Нацепил я творение этого мастера и …

– И почему я до этого сам не додумался, – чуть не плакал я, тряся ногами.

Снегоступы сидели как влитые.

Попробовал сначала пройти по свежему снежку, его, кстати, сантиметров двадцать за ночь выпало, и офанарел во второй раз. Изобретение работало! Оно реально работало, когда аккуратно ступаешь.

Попробовал пробежать. Снег проминался, но не критично. На радостях я с Кво соревнование даже замутил. Хотя он и быстрее, и ловчее меня по всем параметрам был.

Но это летом и по степи.

– Работает, работает! – пугал я едва пробудившихся аборигенов своими воплями, вбегая на стоянку в новеньких снегоступах.

После десятиминутного марафона по заснеженной степи, Кво отстал от меня конкретно. Даже и не знаю, займёт ли он второе место в этом забеге.

Местные моему успеху явно порадовались. С такими мордами из землянок повылетали. Кто в чём спал, в том и вылез на мороз. А вот про копья не забыли.

– О великий вождь, спасибо тебе за науку, – рассыпался я в деферамбах перед ничего не понимающим кланлидером.

– А ты чего орёш то? – первым вышел из ступора шаман. У него морда тоже недовольная была. – Носится тут, как олень в седалище раненый, орет что-то.

– А то и ору, что работает! Ты на ноги мои посмотри и на Кво взгляни, – лыбился я, тыкая в подельника. С того восьмой пот сходил, язык на плече болтался.

– Кво, он тебя обогнал? – не поверил шаман.

– Да, – потупил глаза паренёк.

– Нашёл с кем тягаться, со мной давай, – оскалился один из охотников. Он самым быстрым тут считался. Типа, удирающего оленя обгоняет, и животина от этого так огорчается, что сама на копьё нанизывается.

Свистят, ясен пень. Но нам это только на руку.

– Да без проблем. Сейчас перекурю, водички попью. Отдохну малость, короче. А потом побежим до той горы и обратно. Кто последний – тот лох, – расхрабрился я.

И пока аборигены переваривали новое для них слово, пытаясь понять лох – это почётно или стрёмно, я двинул в сторону землянки, ставшей мне домом.

Старт празднику спорта был дан ровно в полдень. Сам шаман нам отмашку давал, точнее копьем меня в задницу тыкнул, сигнализируя, что пора.

Надо ли говорить, что местного легкоатлета я обогнал с огромным трудом. Соперник тупо выдохся на обратном пути и еле-еле ноги волочил.

Я его только на финишной прямой догнал. Ну как догнал…

– Его на допинг проверить нужно! Я в МОК жалобу напишу! Он читы пользует, – возмущался я после финиша, пытаясь утихомирить рвущееся из груди сердце.