Мэдлин Хантер – Любовь не купишь (страница 4)

– Он знает, где ему быть. Я приведу ее позже. – Он собрался уходить, но остановился. – Сиэг, завтра ты должен узнать для меня имя одного человека. Он рыцарь, и его семья с севера. Влиятельная семья.

– Не густо. Есть десятки…

– Он недавно покинул Вестминстер. Вчера или чуть раньше.

– Ну, это уже легче.

– Мне нужно его имя, Сиэг. И все, что сможешь узнать о нем.

Глава 2

Кристиана провела мучительную ночь, отчаянно пытаясь найти выход из создавшегося положения. Наступило утро, но она так ничего и не придумала, разве что написать Стивену, подкупить королевского курьера для доставки письма на север и молиться, чтобы оно дошло вовремя. Однако обручение было назначено через неделю. За это время Стивен никак не может успеть получить письмо и приехать за ней.

Единственным выходом оставался разговор с самим королем. Она решила, что не станет категорически отказываться от брака, но сообщит ему, что он ей не по душе. Возможно, ей удастся хотя бы убедить его отложить обручение.

Набравшись смелости, она покинула покои, которые делила с Изабель и Джоан, также находившимися под бдительным оком Идонии, и направилась в зал, где король принимал просителей. Войдя в приемную, Кристиана увидела, что та уже полна народа. Она сообщила свое имя секретарю, сидевшему у двери, надеясь, что ее положение во дворце поможет ей оказаться в числе первых.

Вдоль стены стояли скамьи. Рыцарь в латах уступил ей место, и она присела, дожидаясь своей очереди. Стоявшие загородили ее от входа.

Пока она сидела и обдумывала, как бы ей начать разговор, дверь в зал отворилась. Вошел паж, а за ним – ее брат Мор-ван. Затем она увидела, как он скрылся в покоях короля.

Значит, сейчас король сообщит ему о своих планах. Что скажет ее гордый брат? Какова будет его реакция?

Ответ не заставил себя ждать. Буквально через несколько минут стало ясно, что разговор идет на повышенных тонах. Значит, Эдуард вышел из себя, потому что Морван в минуты страшного гнева бывал холоден и сдержан.

Нужно немедленно уходить. Раз король гневается, нет никакого смысла с ним говорить. Да и Морвану не стоит видеть ее здесь.

Она уже поднималась, когда он стремительно вышел от короля. Его темные глаза сверкали, красивое лицо пылало яростью. Он направился к выходу с решимостью человека, готового к сражению.

Как же ей покинуть приемную, не рискуя столкнуться с братом?

Она поспешно осмотрелась. Еще одна дверь вела в коридорчик, связывающий приемную с личными покоями. Ходили слухи, что таким путем проникали к королю тайные гости, дипломаты и иногда даже женщины. И хотя официально этот путь никогда не считался запретным, все понимали, что быть обнаруженным в коридорчике – значит навлечь на себя неприятности. Даже королева им не пользовалась.

Но у Кристианы не было выхода. Слегка приоткрыв не слишком заметную дверь, она проскользнула в образовавшуюся щель. Коридор тянулся вдоль внешней стены замка, и она торопливо направилась в дальний его конец.

Внезапно позади нее раздался звук. Кристиана заметалась в поисках убежища и укрылась в небольшом алькове, где вжалась в стену, молясь, чтобы ее не обнаружили. Услышав шорох удалявшихся шагов, она с облегчением вздохнула.

Но тут, к ее ужасу, звук шагов донесся до нее с другой стороны. Замерев, она со страхом ожидала, что ее вот-вот обнаружат.

Невысокий седобородый мужчина средних лет торопливо проследовал мимо нее. Он не заметил Кристиану, его взгляд был устремлен куда-то вперед.

– Прошу прощения. Подождите, – услышала она его громкий шепот.

Далее в беседе участвовали двое. Мужчины говорили тихо, но она слышала каждое слово. Разговор шел на парижском диалекте, который она изучала по настоянию короля, а не на дурном французском, обычно используемом придворными.

– Если вас здесь обнаружат, вам не поздоровится.

– Приходится рисковать. Мне необходимо выяснить, правда ли то, что я слышал о вас.

– И что же такого вы слышали?

– Что вы можете нам помочь.

– Вы обратились не по адресу.

– Вряд ли. Я следовал за вами. Как мне сообщили, у вас есть доступ.

– Повторяю: вы обратились не по адресу.

– По крайней мере выслушайте меня.

– Нет.

Голоса стали удаляться.

– Вы не пожалеете, – продолжал уговаривать седобородый.

– Вам нечем заинтересовать меня.

– Откуда вы знаете, если даже не выслушали?

– Вы совершили глупость, придя сюда, а я не имею дел с глупцами.

Голоса и шаги становились все глуше. Кристиана дождалась, пока они окончательно не затихли, и, подхватив юбки, помчалась в свои покои.

Она сидела на постели, обдумывая, как ей подойти к королю завтра, когда в комнату ворвался все еще пребывающий в ярости Морван.

Кристиане крайне редко приходилось наблюдать его в таком состоянии, и сейчас главное было удержать его от необдуманного поступка. Успокаивая брата, она испытывала угрызения совести – ведь во всем виновата она сама. А Морван винил исключительно короля и торговца.

– Этот торговец даже не счел нужным прежде поговорить со мной! – негодовал Морван. – Он обратился прямо к королю! Наглость вообще присуща их сословию, но подобное поведение – это уж чересчур!

– Возможно, он не знал, как у нас принято поступать, – попыталась успокоить его Кристиана. Если бы брат снова стал спокойным и рассудительным, они могли бы обдумать ситуацию вместе и непременно нашли бы какой-то выход.

– Так принято везде, сестра.

– Что толку обсуждать это, когда король уже согласился?

– Да, Эдуард дал согласие. – Морван внезапно прекратил метаться по комнате и застыл, устремив взгляд на камин. – Это плохой знак, Кристиана. Это означает, что король действительно забыл.

Кристиана почувствовала щемящую жалость. Подойдя к брату, она обняла его, сразу выбросив из головы собственные горести и разочарования. Она так эгоистично заботилась о себе, что не подумала о куда более важных последствиях этого брака.

Мимолетные смутные воспоминания прошлой жизни пронеслись в ее усталой голове. Воспоминания о Харклоу и о счастье. Картины войны и смерти. Ощущения мучительного голода и неотступного страха. И наконец, ярко и отчетливо перед ее мысленным взором предстал Морван, уже высокий в свои десять лет, отважно шагающий через ворота замка, чтобы сдаться врагу. Он был совершенно уверен, что его убьют. С годами Кристиана все больше убеждалась, что сам Господь, должно быть, внушил тому шотландскому лорду мысль пощадить ее брата, чтобы она не осталась совершенно одна в этом мире.

Они бежали из Харклоу и явились к молодому королю Эдуарду. Когда они рассказали ему о смерти Хью Фицуорина и потере владений, Эдуард обвинил себя в том, что не пришел на помощь своему другу и стороннику. Эдуард поклялся Морвану и их умиравшей матери, что отомстит за них и вернет им родовые владения.

Это было одиннадцать лет назад. Долгое время Морван считал, что, когда он станет рыцарем, король выполнит свою клятву. С тех пор минуло уже два года, но король, казалось, не собирался вторгаться за шотландские границы. Все его внимание было сосредоточено на Франции.

А уж нынешнее намерение выдать Кристиану за этого купца означало, что король никогда не станет помогать Морвану вернуть Харклоу. Древние благородные корни семьи Фицуорин вскоре будут забыты.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что семья Перси не считала ее удачной партией. Но любовь Стивена, конечно, преодолеет эти мелочные соображения. А когда они поженятся, то его родные, как надеялась Кристиана, помогут Морвану вернуть утраченное.

Это тоже в ее глазах склоняло чашу весов в пользу Стивена. Кристиана считала, что бремя борьбы за честь их семьи не должно полностью ложиться на плечи ее брата, и хотела выйти замуж за человека, который окажет ему поддержку.

Морван поднял голову.

– Король сказал, что помолвка назначена на субботу. Я не понимаю этой спешки.

Не могла же она признаться своему старшему брату, что причина спешки заключается в том, чтобы не дать вмешаться ее возлюбленному. И возможно, чтобы Морван не успел узнать, что произошло между ними, и вызвать Стивена на поединок. Король Эдуард, вероятно, старался избежать конфликта с семьей Перси.

Попытки Кристианы успокоить брата не увенчались успехом. Его ярость нисколько не утихла.

– Не тревожься, сестра, я сам займусь твоим «женихом».

Дэвид стоял у двери своей лавки, наблюдая, как два его молодых помощника, Майкл и Роджер, несут шелка и меха. Из окошка длинного, нарядно украшенного экипажа за этим зрелищем наблюдала принцесса Изабель.

Сегодняшний приезд леди Идонии, леди Джоан и принцессы Изабель позабавил его и привел учеников в благоговейный трепет. Дамы прибыли якобы, чтобы выбрать ткань для туалета, который Изабель наденет на помолвку Кристианы, но раньше принцесса никогда не была его покупательницей. Новость о предстоящем обручении уже распространилась по Вестминстеру, и Дэвид не сомневался, что вскоре еще многие приедут посмотреть на него.

К их разочарованию, он появился, когда они уже готовились отбыть домой. Его интересы теперь не ограничивались стенами одной этой лавки, и он частенько оставлял его на Эндрю. Он улыбнулся, вспомнив, как миниатюрная леди Идония решительно загородила Изабель от Сиэга, словно опасаясь домогательств викинга.

Мальчики уложили свертки в карету, последний раз украдкой взглянув на знатных посетительниц и их сопровождающих.