Мэдлин Хантер – Герцог-упрямец (страница 35)

Робертс широко улыбнулся и развернул лошадь. Брентворт тотчас же пустил коня рысью. Усилием воли он заставил себя не видеть языки пламени, взметнувшиеся в ночное небо.

Карета то поднималась на холмы, то опускалась в долины. Девина, охваченная волнением, смотрела в окно. Однажды она приезжала сюда с отцом и сейчас была уверена, что узнает дорогу и низенькие коттеджи, видневшиеся за полями.

Дорога расширилась, когда они начали подниматься на невысокий холм. А затем она увидела расположенный внизу Тейхилл и руины древней башни на подъезде к основному зданию. Оно бы выглядело красивым, даже весьма впечатляющим со своими каменными четырьмя этажами, да только половина его тоже лежала в руинах.

Пожар, как рассказала им в гостинице служанка. Сильный пожар, случившийся однажды ночью, такой яростный, что камни потрескались, а все, что находилось внутри, разметало по окрестностям. Только благодаря героическим усилиям слуг пожар не перекинулся на восточную часть жилища, но даже там дым погубил бо́льшую часть меблировки.

Вытянув шею, Девина высунула голову в окошко. Впереди молча ехал Брентворт. Вчера вечером они поссорились; она говорила, что обязательно хочет осмотреть дом, и утверждала, что он отказывается везти ее туда, так как не желает признавать, что бросил дом после пожара в плачевном состоянии.

«Девина, для вас там нет ничего полезного», – говорил Брентворт.

Может быть, и так, но она все равно хотела осмотреть дом. В конце концов, он принадлежал ей! Или будет принадлежать. Неужели Брентворт и впрямь считал, что она, приехав сюда, даже не взглянет на дом своих предков?

Сталь и лед – вот во что он превратился, когда она прицепилась к нему с этим требованием. Выскочил из-за стола, не съев и половины ужина. А сегодня утром слуга принес ей записку, в которой говорилось, что в десять утра они выезжают, чтобы посетить поместье.

Девина любовалась домом, который видела до сих пор лишь однажды, когда тайком пробралась сюда со своим отцом. Впрочем, в строении этом не было ничего особенного – просто массивное сооружение из серых камней, возвышавшееся над лишенной растительности землей. В прошлый раз она видела где-то здесь сад. Было бы очень хорошо, если бы его не забросили…

Дорога перешла в подъездную дорожку и повернула к дому. Девина переместилась к другому окну, чтобы все как следует разглядеть. Вскоре стали видны разрушения, причиненные огнем. Нет крыши, а почерневшие камни и расщепленные деревянные балки торчали во все стороны. Тут так и не навели порядок. Брентворт оставил дом в ужасном виде…

И все же у Девины потеплело на сердце от одного вида этого дома. Душа ее исполнилась умиротворения. Теперь она окончательно поняла, что это место – ее дом.

Мистер Напьер отворил дверцу кареты, когда та остановилась. Когда Девина выбралась наружу, Брентворт передал кучеру поводья своего коня и указал на рослого блондина, появившегося на пороге дома.

– Это мистер Робертс, – сказал герцог. – Он тут управляющий, заботится о поместье.

– Судя по всему, не так уж и заботится, – проворчала Девина. – Сгоревшая часть дома брошена на произвол судьбы.

– Разумеется, он выполняет мои распоряжения.

– Значит, виноваты вы, Брентворт.

Герцог пристально посмотрел на девушку, однако промолчал.

– Почему вы бросили дом в таком состоянии, Брентворт? Когда я обвиняла вас в небрежении, то даже не догадывалась, что все гораздо хуже, чем мне думалось…

– Таков мой выбор. Это все, что вам, мисс Маккаллум, нужно знать. Собственность моя, и я сделал именно такой выбор. А теперь… зайдем внутрь. Я уверен, что вы настаиваете на осмотре, поэтому согласен на него с самого начала.

Герцог представил ей мистера Робертса, и тот Девине понравился – настоящий шотландец, улыбчивый к тому же. И он, как ни странно, смотрел на Брентворта безо всякого подобострастия, смотрел так, как смотрят на добрых друзей.

– Мистер Робертс, мисс Маккаллум хотела бы осмотреть дом, – сказал Брентворт.

– Я буду очень рад лично провести ее по всем комнатам, – ответил управляющий. – А кухарка уже приготовила кое-какие закуски. Но, может быть, ваша светлость желает присоединиться к нам для осмотра дома?

Брентворт уже успел сделать несколько шагов в сторону, но тут же остановился.

– Да, пожалуй, я присоединюсь, – кивнул он.

А Робертс, повернувшись к девушке, проговорил:

– Разумеется, в ту сторону мы не пойдем, мисс Маккаллум. – Он указал на разрушенное крыло, перед входом в которое висела тяжелая штора. – Мы начнем с библиотеки на этой стороне.

Вчера войти в дом было чертовски тяжело, но сегодня Эрик обнаружил, что не так уж и против. Когда он ехал сюда верхом чуть впереди кареты, то ужасно нервничал. Нервничал, и когда спешивался во дворе, но потом, когда вошел внутрь, вдруг почувствовал какое-то странное облегчение.

Вчера, поздоровавшись со слугами, он предпочел не задерживаться тут надолго и уж точно не прошел по каждой комнате. Зато прошел сегодня, вместе с Робертсом и Девиной. Зашел в библиотеку, обставленную новой мебелью, за которую заплатил, но которую ни разу не видел. Зашел и в утреннюю гостиную, залитую ярким светом, – здесь он когда-то съел множество поздних завтраков, во время которых уже предвкушал нечто большее… Побывал он и в верхней гостиной, теперь обставленной в средневековом стиле, подходившем дому куда больше, чем прежний классицизм. И при этом – никаких жутких видений. Может, он напрасно так долго боялся этого места? И неужели новой мебели достаточно, чтобы притупить воспоминания? Или же это время сотворило чудо и отпустило ему грехи?

Они остановились возле окна у верхней гостиной, и Девина, посмотрев наружу, сказала:

– Там, вдалеке, я вижу фермы. Это все арендаторы?

– Верно, – ответил Робертс. – А длинное приземистое строение чуть ближе к нам – конюшня.

– А сад тут есть?

– Есть, но он совсем одичал. Совершенно запущенный. Но зато есть небольшой огородик.

Они перешли в бальный зал, и Девина, то и дело смотревшая по сторонам, засыпала Робертса вопросами. Улыбка оживила ее лицо, и глаза блестели от возбуждения. Она рассматривала зал так, словно уже владела этим домом.

Затем они прошли по картинной галерее, протянувшейся вдоль бального зала по фасадной части дома. Эрик никогда не пытался выяснить, имелись ли здесь по-настоящему выдающиеся картины. Впрочем, он в этом очень сомневался. Ведь бароны, прежде владевшие поместьем, были отнюдь не Аргайлами[2]. Разумеется, на стенах висели и портреты прежних хозяев.

Девина сделала вид, что рассматривает пейзажи и картины с мифологическими сюжетами, но Эрик заметил, как она, прищурившись, разглядывала лица на портретах. Поэтому и он, в конце концов, заинтересовался ими. Особенно – одной баронессой в самом конце ряда. Эрик пристально посмотрел на портрет, затем – на Девину, уже зашагавшую дальше. Она его взгляда не заметила; ему же показалось, что между Девиной и дамой на портрете имелось некоторое сходство. Едва заметное, но все же… Впрочем, художникам доверять нельзя, они вечно все изменяют, желая польстить своим покровителям.

– Мисс, может, желаете пойти наверх? – осведомился управляющий.

– О да, конечно же. Я должна увидеть тут все, даже кухню.

И она увидела все. А затем Робертс проводил их в столовую, чтобы они отведали приготовленные для них закуски. Как и ожидалось, кухарка превзошла все возможные ожидания и пожелания.

– Слишком много еды, – прошептала Девина, окинув взглядом стол – перед ними поставили еще одно блюдо. – По-моему, еще рано для такой обильной трапезы.

– Буду благодарен, если вы съедите хоть немного, – отозвался герцог. – Кухарка, должно быть, ужасно рада, что готовила для меня.

– Да, конечно, попробую немного, если все здесь окажется таким же восхитительным, как этот суп. Почему вы довольствуетесь гостиничным варевом, если можете питаться вот так?

– Потому что предпочел остановиться в гостинице.

Рука Девины замерла с ложкой у рта.

– Но почему? Разве тут не лучше, чем в гостинице? Эта часть дома просто очаровательна.

Герцог молча пожал плечами, а девушка продолжила:

– Конечно, другая часть дома… – Она положила себе на тарелку кусок фазана. – Полагаю, теперь, после стольких лет дождей и плохой погоды, там уже ничего не спасти. Придется все отстраивать заново. – Она откусила кусочек, и на ее лице появилось выражение полного одобрения. – Так что же там случилось?

Эрик тяжело вздохнул. Вот поэтому он и не хотел, чтобы она сюда приходила.

– Та часть дома сгорела, и вы уже знаете об этом.

– Но как, почему?..

– Пожар. И об этом вы также знаете.

– Но как же так получилось?.. – пробормотала Девина.

Эрик снова вздохнул.

– Хотите услышать подробный отчет?

– Да, хочу. И пока все не расскажете, не получите ни кусочка этого восхитительного фазана.

– Так вот, однажды ночью в западном крыле начался пожар. Почему он возник – понятия не имею. – Ложь. Но будь он проклят, если расскажет ей все подробности.

– Что ж, такое случается. Я думала, может, дело в молнии. Редкое здание уцелеет, если молния попадет прямо в него.

– Той ночью не было грозы. – Какая жалость, что он не додумался соврать про молнию.

– Очень плохо, что вы не попытались привести в порядок сгоревшее крыло. Вас нельзя винить за пожар, но вот за…

– Думаете, это обесценивает ваше предполагаемое наследство? – перебил герцог.