Медина Мирай – Истоки Нашей Реальности (страница 115)

– Ладно, ты победил, – всплеснул Мелл руками. – Музыка не дарит настоящее удовольствие, и пользы от нее нет.

Саша отодвинул поднос, вытер рот салфеткой, сложил ее и аккуратно положил точно в центр пустой сковородки. Затем он чуть отведал пирожного, но, ощутив, что не сможет расправиться с ним целиком, сделал пару глотков лимонада и сказал:

– Если на этом твои идеи заканчиваются, предлагаю собираться в зимний сад, пока совсем не стемнело.

– А что, пирожное не очень?

– Мне понравилось, но я переоценил свои возможности.

Мелл не стал возражать: приличные идеи для удовольствий у него закончились. Саша понял это по его смущенному взгляду.

– Я забронировал нам сад ровно в семь. Еще почти час.

– Забронировал?

– Да, так обычно и делают. Там будем только мы вдвоем.

Саша не знал, обрадовался он тому, что не будет посторонних людей, или же огорчился. К его удивлению, хотя они провели целый день вместе, он совсем не устал от общества Мелла. Некоторые разговоры временами заставляли его искренне улыбаться, чего он не мог припомнить ни с кем.

Они посидели еще десять минут, Мелл расплатился, оставив щедрые чаевые, и вместе друзья отправились в сад.

Смеркалось. В слиянии дня и ночи на горизонте рождался пламенеющий закат.

Снег жалобно хрустел под подошвами, и лица их тонули в парах от дыхания.

К тому моменту, как они дошли до небольшого домика, раза в два меньше пристроенного к нему зимнего сада, вечерний покров скрыл под собой все поселение, и холод стал пробираться сквозь верхнюю одежду.

На входе им предложили горячий травяной чай, чему они были весьма рады. Пока Мелл разговаривал с хозяйкой и расплачивался за время в саду, Саша осмотрелся. Звезды-светильники пылали над высокой стеклянной крышей с белым каркасом. Он раньше и не замечал, какие в этой местности большие и яркие звезды, да и вообще никогда не придавал им большого значения. Всегда смотрел на них сквозь призму сухих фактов, упуская всю прелесть.

Чуть шаркая по шероховатой плитке, он обошел большое сооружение из темного дерева, занимавшее почти все помещение и напоминавшее прямоугольный каркас с проходами в различные зоны: тут разместился и крошечный японский садик с камнями, покрытыми мхом, и деревцами бонсай; зона с низкорослыми кустарниками, облепленными бутонами; напольный аквариум с бодро снующими крошечными рыбами, прячущимися под розовыми кувшинками; маленький фонтан с неторопливо льющейся водой и со стеклянными краями, так что сквозь прозрачную толщу виднелись водоросли и камни; зона с душистыми лимонными, апельсиновыми и мандариновыми деревьями в больших каменных горшках с витиеватыми орнаментами; зона для чтения с двумя креслами-качалками с пледами в окружении хвойных деревьев. И, наконец, в самом конце, противоположном от входа, располагалась зона отдыха с двумя диванчиками друг напротив друга. Сооружение почти терялось в объятиях шикарного эвкалипта, раскидистых финиковых пальм, свисавших с каркаса горшочков с вылезающими за края длинными стеблями с цветами. Сам каркас над зоной отдыха и деревянные опоры почти полностью обросли виноградом и плющом, отчего внутри создавался любимый Сашей полумрак.

Дерево, металл, стекло и растения. Все это напоминало Саше домашний тропический лес в стиле лофт.

Он как раз стоял у зоны отдыха, когда к нему подошел Мелл.

– Кажется, я вспомнил еще один вид удовольствий – эстетический. По тебе вижу, что ты не рискнешь с этим поспорить.

Неужели восхищение и удовольствие находиться здесь так легко угадывались на лице принца?

– Тут действительно не поспоришь, – признался он с легкой улыбкой.

Они осмотрели каждую из локаций и решили остановиться в зоне отдыха, расположившись на мягких диванах.

– Я бы тут жил, – закинул ногу на ногу Мелл и откинулся на спинку. Листья винограда защекотали ему шею и уши, и он дернулся вперед.

– Странно, что я не додумался сделать такое у себя. У меня есть сад, но открытый, и это совсем другое.

– Да, очень прикольно, когда на улице холод, а под таким стеклянным куполом целый оазис с удобными диванами, креслами и книгами. Ты загорелся желанием сделать себе зимний сад?

– Не знаю.

– Сделай-сделай. Будет еще одно удовольствие в твоей жизни.

Сдержанная улыбка в ответ показалась Меллу странной.

– Сад достался мне от родителей, и все эти годы за ним тщательно следили, но сам я, сказать по правде, никогда не придавал ему должного значения. Не видел во всем этом ничего особенного. – Саша осмотрелся, словно хотел убедиться в реальности происходящего. – А сейчас смотрю и понимаю, как это все-таки красиво и интересно.

– Уверен, ты сделаешь зимний сад даже лучше этого. Просторнее, с большим количеством зон, может, даже зону с мини-кинотеатром. Представь себе это. Ночь. Звезды. В зимнем саду темно, и ты сидишь на мягких подушках, ешь свою странную еду, пьешь горячий шоколад с маршмеллоу и смотришь какой-нибудь расслабляющий фильм. Эх, мечта…

– Да, мечта, – повторил Саша дрогнувшим голосом.

И снова эта странная сдержанная улыбка, но в этот раз Мелл заметил еще и подозрительные искры в прикрытых алых глазах.

– Что-то случилось?

– Я просто устал. – И как бы в подтверждение этому Саша зевнул в руку. – Хочется спать.

– Чувствуешь себя отдохнувшим? То есть ты, конечно, устал, но я о другом виде отдыха. О том самом, о котором я тебе говорил.

– Скорее уж весьма активно внушал, – ухмыльнулся Саша.

– Я вел себя агрессивно?

– Нет, просто очень оживленно. Обычно ты всегда спокойный в таких вопросах и даже если с чем-то не согласен, то молчишь или мягко парируешь.

– Меня захлестнули эмоции. Просто неприятно осознавать, что некоторые люди не умеют отдыхать и даже не понимают, как это нужно делать правильно. Еще и винят себя, если не работают.

– Почему неприятно? Не все ли равно?

Мелл пожал плечами. Грусть и смущение смешались в его робкой улыбке, и так же нерешительно, не глядя другу в глаза, он ответил:

– Ну, не столько неприятно, сколько грустно. Ты заслуживаешь большего, чем то, что делаешь для себя.

И снова это сковывающее грудь волнение. Как ни парадоксально, но Саше стало приятно, что кто-то о нем беспокоился. Мелл был не первым в этом, но его забота значительно отличалась от подобных проявлений со стороны других. Обычно, когда принц слышал очередные просьбы об отдыхе, ему хотелось махнуть на них рукой, но когда об этом говорил Мелл, он не мог долго сопротивляться, а чаще всего даже не думал этого делать и лишь следовал его рекомендациям. И ему это нравилось.

– Но ничего! – внезапно встрепенулся Мелл. – Теперь ты хоть немного знаешь о том, как правильно отдыхать, и сможешь продолжить сам после того, как я поеду домой.

Саша кивнул, но его глаза выражали много больше признательности, чем жесты.

– Признаюсь честно: если бы ты не повел меня на прогулку сегодня, я бы так до самого конца и пролежал дома, тешась теплыми ваннами, чтением, долгими снами и думая, что это предел возможностей.

– Ну-у-у, – глаза Мелла забегали, – вдвоем всегда веселее. Мне самому мало что хочется делать в одиночестве.

Саша вновь зевнул в ладонь и протер глаза.

– А ложись прямо тут, – предложил ему Мелл. – Подушки и диван вроде ничего, плед я принесу.

– С ума сошел? Нам скоро уходить.

– Я могу продлить еще на час. Уйдем в девять. А пока поспи. Атмосфера очень располагает. Сон в зимнем саду. Звучит романтично.

– Наверное.

Саша положил голову на подушку, и Мелл укрыл его принесенным из зоны чтения пледом.

– Отдыхай. А я пока пойду посмотрю, какие тут книжки.

– Ты любишь читать? – засквозили в голосе Саши сомнения.

– Слушай, я, конечно, глупее тебя, но читать люблю лишь немного меньше, чем играть.

– Верю. Иди уже.

– Не буду тебе мешать.

Мелл вышел из зоны.

Саша и не заметил, как быстро завлек его тягучий сон.

– Саша? Саша, проснись… Извини, что бужу, но нам пора. И Джоан названивает.

С чего бы ей звонить ночью?

Саша оторвал голову от подушки и сел, чувствуя себя удивительно отдохнувшим и выспавшимся.

Но что-то было не так.

Освещение в зимнем саду изменилось. Свет, пробивающийся сверху сквозь заросли плюща, казался ярче, чем прежде.