Мэделин Тейлор – Наследница иллюзии (страница 4)

Незнакомец пожимает плечами.

— Возможно. Он охраняет там что-то конкретное?

Дэрроу кивает.

— Оружие, которое он называет Шепчущим.

Шипение вырывается у одной из теневых змей, и новая волна страха прокатывается по мне.

— Интересно. — Его голос становится задумчивым. — И он говорил что-нибудь ещё об этом Шепчущем?

— Нет. Ничего, мой лор… — Дэрроу снова задыхается, вцепляясь в тени, пытаясь ослабить их. Это продолжается несколько секунд, прежде чем я слышу, как он делает глубокий вдох.

— Ты говорил? — спрашивает незнакомец.

— Только о цене! — выкрикивает Дэрроу.

— О какой цене?

— Мой осведомитель сказал, что им запрещено к нему прикасаться! Тот, кто его использует, платит высокую цену, но я не знаю какую. Это всё! Клянусь!

Мужчина делает шаг ближе к Дэрроу, нависая над ним.

— Я тебе верю. — Его голос теперь мягкий, почти скучающий. На мгновение мне кажется, что Судьбы улыбнулись нам и он сейчас уйдёт, но его следующие слова напоминают, почему подобные надежды так опасны. — Ещё один вопрос. Ты делился этой информацией с кем-нибудь ещё?

Моё сердце бешено колотится в груди. Несмотря на темноту, я вижу, как ужас искажает красивое лицо Дэрроу. Его челюсть напряжена, губы сжаты в тонкую линию, пока он смотрит на стоящего перед ним врага. Молча я тянусь к своим лезвиям и осторожно вытаскиваю два. В любую секунду Дэрроу сдаст меня и выдаст моё присутствие.

— Нет, милорд. — Он качает головой. — Только вам.

Шок пронзает меня, но у меня нет времени его осмыслить, потому что незнакомец цокает языком.

— Какая жалость, — говорит он, делая несколько шагов назад. — Я надеялся найти тебе дальнейшее применение, но я не держу лжецов у себя на службе.

Мне не нужно видеть его, чтобы понять, что произойдёт дальше.

Тени снова сжимаются, и лицо Дэрроу искажается в ужасную гримасу. Его рот раскрыт, он беззвучно пытается вдохнуть. Его карие глаза широко распахнуты и налиты кровью, они отчаянно шарят по комнате в поисках хоть какой-то помощи. Я вздрагиваю каждый раз, когда его взгляд скользит по мне, хотя он и не задерживается. Он всё ещё не видит меня.

Он думает, что я ушла, или каким-то образом знает, что я съёжилась в углу, пока он умирает прямо у меня на глазах.

Я пытаюсь отгородиться, делая глубокие вдохи, чтобы напомнить себе, что душат не меня. Призрачное давление сжимает моё горло, но я заставляю себя оставаться в настоящем.

Не думай об этом. Не вспоминай, каково это, когда тебе не дают дышать.

Дэрроу может и не мой друг, но и не совсем враг. Я не пожелала бы ему такой пытки. Я бы не убила его так, я сделала бы это быстро, ножом по горлу. Это жестоко. Такой смерти заслуживает только один человек, и сейчас он на другом конце города, спокойно спит в своём дворце.

Я всегда знала, что во мне есть пустота, недостающая часть. Что-то, что сделало бы меня хорошей, целой, правильной. Сейчас в этом пустом месте возникает тянущее чувство, призрак инстинкта, который так и не развился.

Неужели поэтому я всегда подвожу людей в самый нужный момент?

Лица мелькают в моей памяти: некоторых я убила, немногих любила, одному я дала обещание. Клятву, произнесённую у могилы друга, которого я приняла за врага.

Заставляя воздух наполнять лёгкие, я напоминаю себе, что я не принадлежу никому. Я не подчинена, не заперта и не скована.

Я не питомец, которого приручили.

Я зверь, которого впустили внутрь.

И я держу свои обещания.

Отводя руку назад, я метаю клинок в незнакомца, но прежде чем он достигает цели, тень вырывается вперёд и перехватывает его в воздухе. Мои глаза расширяются, когда он поворачивается, глядя прямо в мой угол. Петля на горле Дэрроу, должно быть, ослабевает, потому что его судорожные вдохи внезапно наполняют комнату, но я не могу оторвать взгляд от незнакомца, когда он делает шаг вперёд, и призрак улыбки скользит по его лицу.

— Мне было интересно, как долго ты собиралась оставаться в тени.

Глава 2.

Незнакомец выходит из теней, скрывавших его лицо. Впервые с момента его появления я могу ясно его разглядеть.

Он красив.

Настолько болезненно красив, что на мгновение мне хочется закрыть глаза, отвернуться, прежде чем я успею запомнить его черты. Все фейри привлекательны, но я никогда не видела никого, кто выглядел бы так тщательно выверенным, так цельно созданным. Каждая черта идеально вписывается в общий образ, словно он был вылеплен вручную, а не создан природой.

Его кожа отливает лёгким золотистым оттенком, намекая на то, что он проводит время на солнце. Тёмные непокорные волосы зачёсаны назад, но несколько выбившихся прядей падают ему на лоб. Острые заострённые уши ясно дают понять, что он высший фейри, но я сомневаюсь, что он с Седьмого острова. Почти все представители высшего сословия здесь гладко выбриты, а у него как минимум недельная щетина, обрамляющая чёткую линию челюсти и придающая ему опасный вид.

Во всём его облике есть нечто, что непреодолимо притягивает меня.

Его бледно-голубые глаза пронзительны, когда он смотрит в мою сторону. Мой взгляд цепляется за его полные губы, замечая появляющуюся на них усмешку. На мгновение я думаю, не нарушила ли я случайно иллюзию, скрывающую меня от его взгляда, но слабый шёпот силы, щекочущий кожу, подсказывает, что она всё ещё действует.

— Ну же, — тянет он. — Ещё мгновение назад ты была такой смелой. Такой точный бросок.

Его взгляд не отрывается от моего угла. Несмотря на то, что я невидима, он, кажется, точно знает, где я нахожусь. Я вспоминаю странное ощущение, которое испытала, когда он приближался к лавке. Я сразу почувствовала его присутствие, как холод у затылка. Может ли он ощущать меня так же, как я ощущаю его? И если он знает, где я прячусь, почему его теневые змеи ещё не скользнули сюда и не вынудили меня выйти?

Моё внимание переключается на чёрные кожаные перчатки на его руках, когда он хватает горсть длинных волос Дэрроу.

— Если ты не собираешься присоединиться к нам, мне придётся развлечься с твоим другом.

Последние несколько минут чародей полностью молчит, всё ещё стоя на коленях с тенью, обвитой вокруг его шеи. Вероятно, он надеялся, что незнакомец забудет о нём и позволит ему ускользнуть.

Собрав всю свою смелость, я решаю, что молчать больше нет смысла.

— Если хочешь поиграть, — отзываюсь я, и мой голос легко разносится по тихой комнате, — я могу предложить куда более занимательную игру.

В его глазах появляется самодовольный блеск.

— Миледи, вы наконец заговорили. Какую игру вы предлагаете?

Вместо ответа я посылаю ещё один клинок прямо к его горлу. Как и прежде, одна из теней перехватывает его в воздухе, прежде чем он успевает достичь цели.

— Мы можем выяснить, сколько клинков твои тени способны выдержать одновременно? — говорю я, медленно смещаясь в сторону двери, прижимаясь спиной к стене.

Его усмешка становится хищной, а взгляд следует за моими невидимыми движениями.

— Знаешь, я обычно не люблю играть в игры.

— Потому что не умеешь проигрывать? — спрашиваю я, отправляя в него ещё один клинок.

На этот раз его сбивает не тень. Даже не глядя вниз, он ловит оружие рукой менее чем в дюйме от своей груди. Мои глаза расширяются от его скорости. Это будет проблемой.

— Потому что у меня никогда не было достойного противника, — уточняет он, отбрасывая нож с излишней силой. Тот врезается в одну из витрин, и я невольно морщусь, когда стекло разлетается. Мы действительно устраиваем настоящий разгром в лавке бедного Дэрроу этой ночью.

Несколько алых капель окрашивают разбитое стекло, и я понимаю, что клинок порезал ему руку, когда он его поймал. Тревога разрастается в глубине моего живота, когда тьма вокруг нас начинает колыхаться. По всей комнате теневые змеи извиваются по полу, шипя в безумии. Словно учуяв кровь, они бросаются на капли и начинают жадно их слизывать.

Если бы моё лицо было видно, оно было бы бледным, как луна. К горлу подступает тошнота, но я подавляю её. Я видела жестокость смертных и фейри, но это нечто иное. Каждый волосок на моём теле встаёт дыбом при виде этого кошмара наяву, настолько отличного от привычных ужасов, с которыми я училась сражаться всю жизнь. Безумный смех почти срывается с моих губ, когда мысли принимают мрачный оборот. Как сражаться с клубком дыма? Как ударить тень, которая насытилась кровью?

Город Солмар боится невидимого рейфа, иронично, что теперь рейф боится тени.

Мой взгляд метается между Дэрроу и дверью. Возможно, я смогла бы ускользнуть, пока тени меня не остановили, но это означало бы оставить его. Глубоко дыша, я пытаюсь унять бешено колотящееся сердце и обдумать свои варианты. Я провожу пальцами по всем четырём ножнам, ненавидя, что трое из них уже пусты. Единственное утешение в том, что хотя бы один из моих клинков пустил кровь.

— Знаешь, это даже мило, что ты кормишь свои тени, — говорю я, притворяясь лёгкой, хотя внутри всё сжимается, и обхожу витрину, преграждающую мне путь. — Прямо как кошка-мать, кормящая своих котят. Очаровательно.

Он издаёт короткий смех, хриплый, словно давно не смеялся.

— Да, будет особенно очаровательно, когда они будут срывать плоть с костей твоего друга.

Я морщу нос.

— Кто сказал, что он мой друг?

Он склоняет голову набок.