Мэделин Ру – Похитители костей (страница 30)

– Что сделала моя… – Дэн умолк. Ну конечно. Как назвала Мэйзи Мур корпорацию «Тракс» в своей статье? Шайкой современных контрабандистов? Мать Дэна обнаружила компанию, которая годами продвигала на Юг и в Новую Англию медикаменты, не прошедшие клинические испытания. Бруклин также их получал, когда там работал главврач Кроуфорд. Но она восстановила против себя не просто коррумпированную корпорацию, а мощный тайный культ.

Несколько мгновений Дэн не мог произнести ни слова. У него в голове царил хаос. Целый год он считал, что в его жилах течет ядовитая кровь Кроуфордов, что наследие главврача обрекает его на жизнь парии. Теперь он понял, что то же самое касается и Ашей, его семьи по линии матери.

– Значит, твой отец… Сабрина сказала, его сбил пьяный водитель?.. – спросил Дэн, пристально глядя на Оливера.

– Я не знаю, как пьяный водитель может спокойно и без приключений проехать через всю дамбу, а потом – бам – решить выехать на соседнюю полосу. Но водитель с места аварии скрылся. Повесить преступление было не на кого. Ты понимаешь, что я хочу сказать? То же самое касалось и пары, внезапно сорвавшейся в автомобиле с высокого утеса.

Он произнес это, мрачно глядя Дэну прямо в глаза.

Моих родителей убили. И хотя в глубине души он подозревал это и раньше, узнать об этом как о свершившемся факте оказалось гораздо труднее. Это было все равно, что смириться с тем, что у него теперь нет мизинца.

Но вскоре отчаяние сменилось гневом.

– Ты все это знал? Выходит, я был для тебя чем-то вроде наживки? – Он поднял перебинтованную руку и сунул ее в лицо Оливеру. – Это произошло по твоей вине!

Оливер покачал головой и осторожно оттолкнул руку Дэна.

– Когда я впервые услышал от Мики, что ты можешь мне помочь, я подумал, что, возможно, ты располагаешь какой-то информацией, которой я мог бы оплатить свой долг. Или, во всяком случае, продать ее, как это делал Мика. Я обнаружил вашу палатку именно там, где и сказал мне Мика. Вот только я сомневался, стоит ли тебя во все это впутывать. Затем ты пришел в мой магазин в тот самый первый вечер и сказал, что твоя фамилия Кроуфорд. Вот тут до меня и дошло. Незадолго до этого я увидел на складе коробку с надписью КРОУФОРД И АШ. Вот в тот вечер я тобой и заинтересовался.

Оливер встал и поднял с пола бутылку с ромом. Поворачивая ее в разные стороны, он разглядывал полуотклеившуюся потертую этикетку.

– Мы все знаем, какие семьи в этом списке – какие долги Художники Костей до сих пор не взыскали. Аш – одна из таких семей. Мне очень жаль, но ты сказал, что Мика умер, и ты ничем не мог мне помочь. Но как только до меня дошло, что ты сын Эвелин Аш, вещи которой хранились на складе моего отца, я понял, что ты моя последняя надежда вырваться из их когтей. И теперь эта надежда умерла.

Дэн хотел вскочить. Ударить его. Убить его. Он не мог даже шелохнуться – его буквально парализовало осознание того, что все это – смерть Мэйзи Мур, нападение на Стива, его собственный отрезанный палец – произошло потому, что Оливер его сдал.

– Ты отдаешь себе отчет в том, насколько ты эгоистичен и жесток?

Оливер смотрел на него широко раскрытыми глазами, в которых светилось отчаяние. Он перевел взгляд на пол, а затем на перебинтованную руку Дэна.

– Теперь я это понимаю. Я думал, что какой-то незнакомец – справедливая цена за возможность вернуться к нормальной жизни. Но ты больше не незнакомец. – На глаза Оливера навернулись слезы. Затем он их сглотнул, а когда снова посмотрел на Дэна, его лицо было лишено всякого выражения. – Как бы то ни было, даже после тебя Финноуэй не простил мне долг. Теперь ясно, что он никогда этого не сделает. Дэн, мне так жаль. Я предал Мику, я предал доверие отца, и я предал тебя. Мне не остается ничего, кроме как пообещать, что я все исправлю, и исполнить свое обещание.

– Исправишь? – задохнулся Дэн.

Оливер собирался использовать его, как… как предмет торга! И теперь он просто собирался извиниться?

Дэн перекатился на спину, отсутствующим взглядом уставившись в потолок. Возможно, прошлым летом ты тоже был способен на такой поступок, если бы это означало возможность избавиться от зловещей тени главврача, разве нет? Даже сейчас – готов ли ты пожертвовать одним человеком ради того, чтобы эти кошмары – Бруклин, Алые и вот теперь Художники Костей – прекратились?

Дэн знал, что способен и что готов. По крайней мере, выбор Оливера, хотя Дэн ни за что бы с этим не согласился, начал обретать ужасающий смысл. Это было несправедливо и неправильно. Но если на одной чаше весов жизнь постороннего человека, а на другой – твоей семьи? Совершенно дикая ситуация.

– Забавно. Финноуэй тоже меня о тебе предупреждал.

Голос Дэна срывался, но он должен был это сказать.

– Скорее всего, он сделал это совершенно искренне. Этот человек – чудовище, но чудовище со своим кодексом чести. – Голос Оливера звучал хрипло и слабо. – Он понятия не имел, кто ты такой, пока я ему не сказал. А потом, сегодня утром, когда ты прислал сообщение, что идешь в похоронное бюро, я сообщил ему, где ты находишься.

– Что ж, мне повезло уцелеть. Это уже кое-что. С этого и начнем.

– Это еще не все.

Дэн вспомнил пророческие слова Джордана. Всегда есть что-то еще.

– Осмелюсь спросить, что еще.

Дэн услышал столько, что уже не понимал, на сколько еще его хватит.

– Твой палец необходимо вернуть.

Темная тень скользнула по лицу Оливера. Его мальчишеские черты заострились и стали жесткими. Стиснув зубы, он играл желваками.

– Если Финноуэй не сделает из него талисман, то использует в других целях. Он слишком умен. Он ничего не делает просто так. И на то, чтобы отнять у тебя палец, тоже есть причина.

– Вернуть палец? – взревел, не сдержав возмущения, Дэн. – Как ты себе это представляешь? В любом случае, худшее уже произошло. Пришить его обратно все равно не удастся.

– Подумай, Дэн. Подумай о Мике.

– Ты думаешь, что они используют скелет Мики, чтобы посылать нам сообщения? А теперь они будут использовать еще и кости моего пальца? Для чего? Все эти талисманы – просто сказки. Страшные истории для детей. Даже Финноуэй так говорит.

– Финноуэй тебе солгал, так же как и я. По нашему обыкновению.

Оливер горько усмехнулся и отпил из бутылки.

– Эти люди пойдут на все, чтобы до тебя добраться. У них не только твои кости. У них теперь есть твой отпечаток пальца, кровь, ДНК… Даже если все остальное – пустые россказни, то твои плоть и кровь вполне материальны. Я никогда не видел, как изготавливают талисман – я слишком мелкая фигура, – но их делают, и они работают. Это я знаю точно.

Дэн вздохнул, вспоминая профессора Рейес и ее одержимость хрустальными бусами Модира. Случаются и более странные вещи, размышлял он.

– Полагаю, я вынужден тебе верить, даже если мне очень и очень этого не хочется. – Он опустил голову на левую ладонь. – Так как же мне его вернуть?

– Если честно, то я не знаю, – пробормотал, отворачиваясь, Оливер. – Но надо это сделать, и поскорее.

– Я согласен. Но сначала вот что. Я знаю двух людей, которые вот в этот самый момент очень обо мне беспокоятся.

Глава 34

– Мы должны пойти с этим в полицию.

По крайней мере, теперь Джордан с ним разговаривал, и это уже было хорошо. Впрочем, Дэн подозревал, что этим фактом в значительной степени обязан своему недостающему пальцу. Перед тем как уйти от Оливера, он снял бинт и обнаружил, что рана обработана и, похоже, вполне профессионально зашита. Понятия не имея, как быть, Дэн снова ее забинтовал и выпил несколько таблеток аспирина. Он изо всех сил старался не думать о своей утрате. Джордану хватило одного взгляда на искалеченную руку Дэна, чтобы прекратить вражду.

Дядя Стив шел на поправку, и его должны были выписать, как только появится кто-нибудь, способный снять его капельницу, после чего бывшему спецназовцу предстояло отправиться домой с приказом отдыхать и принимать обезболивающее. Полицейские сказали Джордану, что его дяде повезло, поскольку он отделался несколькими ссадинами и большой шишкой на затылке. Это заставило Дэна вспомнить о кодексе чести Финноуэя, который упомянул Оливер.

– И что я там скажу? – спросил Дэн. В их разговор то и дело врывались голоса медсестер. Дэн бросил шоколадный батончик на стул рядом с собой и вздохнул. – Я уверен, что Финноуэй достаточно умен, чтобы избавиться от малейших следов моего присутствия в том похоронном бюро. Если он не станет ходить по улицам, размахивая моим пальцем, я думаю, у нас против него ничего нет.

Дэн еще не успел ошеломить друзей сообщением, что палец у Финноуэя необходимо отнять. Отчасти потому, что и сам осознавал безумие этой затеи и слова застревали у него в горле, отчасти потому, что понимал – такая перспектива сделает их положение еще более безнадежным.

Эбби, сидя напротив, молча смотрела на друга. Как и остальные, она провела ночь на больничном стуле. Впрочем, это не имело значения. Безумный внешний вид друзей вполне соответствовал тому, что они ощущали.

– Возможно, нам ничего не удастся доказать, но, обратившись в полицию, мы его слегка притормозим, – наконец произнесла она.

Джордан откинулся на спинку стула, барабаня ногой по полу.

– Кто знает, возможно, у него имеется какая-нибудь судимость, о которой нам неизвестно.

– Эбби, он баллотируется в муниципалитет. Я готов побиться об заклад, что все его скелеты спрятаны в надежном месте, а не висят дома в шкафу, – возразил Дэн, содрогнувшись от собственных слов.