Мэделин Ру – Гробница древних (страница 39)
– Луиза, пожалуйста! – умолял Финч, выглядывая из-за плеча Кхента. Его огромные карие глаза наполнились слезами. – Ты сама не понимаешь, что делаешь. Когда-то мы были друзьями, и несмотря на то что мы разные, ты всегда была добра ко мне. Ты в самом деле хочешь увидеть, как мы все погибнем?
– Дело далеко не только в этом, – ответила я. – Прости, это зашло слишком далеко, вам меня не разубедить.
– Как вы нас нашли? – спросил Дальтон, подходя к Кхенту и вставая рядом с ним.
Я начала пятиться, подозревая, что вскоре придется бежать, причем очень быстро.
– О брат, я тебя чувствую. Я всегда тебя чувствую. Ты отвернулся от нас, но это не означает, что связь между нами разорвана, – произнес Финч и встряхнул гривой темных волос. Потом отвел взгляд в сторону и с отвращением в голосе добавил: – Я знал, что ты изменился, но как ты мог забрать книгу? И работать на него?
В глубине души я ощущала вину, а заодно и сомнение, но это длилось недолго. Лоб пронзила резкая боль, и я перевела дыхание, чтобы не упасть. Иногда я ощущала, что присутствие Отца постепенно усиливается, но в этот раз оно нарастало со скоростью летней грозы. Ощутив близость пастуха, Отец заблокировал мой разум, и я почти ничего не слышала из того, что говорили совсем рядом со мной.
Руки Матери обняли меня за плечи, уводя от разгорающегося спора. Мы, пошатываясь, двинулись к спуску. Сквозь кровавую пелену в голове до меня долетали лишь обрывки разговора.
– Я сделал это не ради себя, – сказал Дальтон. – Это ради нас всех. Ты загнал их в угол, ты собрал весь сонм сражаться с кучкой детей. Это не очередная война, это просто еще одна кровавая бойня! Генри выпустил души. Он израсходовал свою силу. Чего ты еще хочешь?
– Жить, брат мой! И наказать тебя за убийство моей сестры.
В искаженных уголках моего разума нарастало недовольство и слышался мрачный смех. Спуск стал очень крутым, и я позволила Матери вести меня, едва нащупывая ногами пандус.
– Я не позволю ей забрать книгу! – Финч уже орал, сбросив с себя напускную вежливость, и я услышала оглушающий лязг стали. – Ты отвернулся от нас, брат. Ты ослабел. Мне не доставит удовольствия покончить с тобой, но я все-таки уничтожу тебя. Луиза! Луиза, пожалуйста! Она уходит… Мы пощадим твоих друзей, Луиза, если ты нас выслушаешь. Прислушайся к голосу разума!
Я стиснула зубы. Нет. Не сейчас. Не в момент, когда мы уже так близко…
– Кхент, – с трудом прошептала я. – Луна…
– Я ее вижу. Иди,
Но я тяжело оперлась на Мать и замерла. Было неправильно уйти и оставить их с пастухом и Финчем. Я не могла позволить другим сражаться за меня. В то же время мне было страшно представить, что может произойти, если Отец использует меня в своей древней мести.
Я крепко зажмурилась, сконцентрировавшись на присутствии Матери в надежде, что, если я буду держаться рядом с ней, его влияние исчезнет. И хотя оно лишь немного ослабло, я смогла открыть глаза и увидеть ее и Кхента. Оба пристально и озабоченно смотрели на меня. Как же мне уйти? Перед глазами промелькнули сотни возможных вариантов будущего, но ни одна из перспектив не внушала оптимизма. А что, если мы выберемся из Гробницы и обнаружим, что Кхент убит? А если бы мне удалось договориться, чтобы нас пощадили, то все были бы спасены? Что, если смерти и кровь, проливаемая за нас в Холодном Чертополохе, напрасны?
– Иди, – снова сказал Кхент, нажав мне между лопатками, – и возьми с собой мое мужество.
За его спиной вспыхнул золотом Дальтон. Он размахивал каким-то предметом, на обоих концах которого сверкали острые лезвия. Он сам пылал, как огонь, и сквозь языки пламени я разглядела пастуха, направлявшегося к нам. На его лице вместо привычной доброты застыла ярость. Кхент отвернулся от меня, и я заметила, как в его руках возникла напряженная дрожь, а на затылке уже начала пробиваться серая шерсть. Он брал силу от луны, чтобы защитить нас.
Малатрисс уже почти достигла двери. Пора было уходить, неся тяжелую книгу вниз по пандусу. И хотя Мать была рядом, кожу покалывало от холода. Наконец мы вошли в Гробницу, и тихий шепот ужаса напомнил мне, что в таких местах обитают только мертвецы. Благородные сердца. Мудрые сердца. Бессмертные сердца.
Господи, помоги мне. Я уже не ощущала себя бессмертной.
Потрясенная, но с некоторым облегчением я шагнула в открытую дверь и оказалась в знакомом по снам холле. Нет, теперь это было не видение, а реальное место. Иная реальность. Я видела владения одного Переплетчика, но это было нечто другое – не просто пустота небытия, заполненная непроницаемыми тенями. Невероятное зрелище, нереальное, сверхъестественное, явно не предназначенное для глаз простого смертного. Я остановилась, подняла голову и уставилась на бескрайний стеклянный зал звезд и ночи, замерев в коридоре, в котором вместо стен были медленно вращающиеся бесчисленные созвездия. Все-таки я сюда попала. Возможно, не в качестве простой смертной, а как вынужденное вместилище божественной сущности, хотя я по-прежнему чувствовала себя обычной служанкой.
– Я… Я здесь уже была, – прошептала я.
Малатрисс медленно, неторопливо шла по коридору.
– Многим снится Зал Богов и Стекла. Однако мало кому довелось увидеть его собственными глазами.
– Скольким удалось войти сюда до меня? – прошептала я.
Наконец-то обнаружилось нечто, потрясшее Мать. Она тоже смотрела по сторонам, пытаясь разглядеть границы, которых там не было. Она вытянула руку, и ее пальцы коснулись чего-то осязаемого, пусть и невидимого.
– Аканта Ищущая, Ромул-Основатель, Мигуан Херуорд, Валент, Колючая Ночтли, Йинг Йу, Оуэйн… – Малатрисс сложила за спиной свои вторую и третью пары рук и сделала нам знак правой рукой. Змея, обернувшаяся вокруг ее шеи, казалось, спала. – Теперь этот список пополнится вашими именами.
– Многим ли удалось выбраться из Гробницы живыми? – спросила я.
Малатрисс вела нас по бесконечному коридору, вокруг которого зажигалось все больше и больше созвездий.
– О, – беспечно ответила она, – никому.
Мы следовали за Малатрисс на расстоянии пяти шагов, и я уже устала нести Белую книгу. Она была тяжелее, чем я себе представляла. У меня разболелась спина. Мать, давно уже снявшая вуаль, скользила рядом.
– Может, я ее понесу? – спросила она, коснувшись моего плеча.
– Нет, только я должна ее нести. Это ведь моя дурацкая затея, – отозвалась я. – Как ты думаешь, мистер Морнингсайд хотел именно этого? Заточить нас здесь навсегда?
Она поджала губы и задумалась. Потом посмотрела вслед Малатрисс.
– Конечно, это упростило бы ему жизнь, правда? Если мы уничтожим книгу, он расправится с пастухом. А если мы никогда не покинем это место, вся Англия останется в его распоряжении.
Я подумала о его инструкциях. В моей голове засело слово
– Он дал мне неправильный ответ на одну из загадок. Не думаю, что он в полной мере осознавал, куда нас посылает. Хотя, возможно, догадывался, что мы можем встретить здесь свой конец.
У меня оборвалось сердце. Я никогда ему не доверяла, но надеялась, что мои условия показались ему настолько привлекательными, что в этот раз он решил вести себя порядочно. Но даже они не смогли изменить его натуру. Я помогла ему в противостоянии с пастухом, Отцом – и ради чего? Сейчас он заманил нас в ловушку в Гробнице древних – в место, где еще никому не удалось выжить. Мог ли он знать и об этом тоже?
– Мы должны отсюда выбраться, – пробормотала я. – Хотя бы для того, чтобы швырнуть обвинение в его отвратительное лицо.
– Темнейший раньше проявлял доброту к тебе, ведь так? Может быть, здесь есть что-то, чего мы пока не видим.
Ее оптимизм только усилил мое отчаяние. Мать прожила много веков и была невероятно мудрой, но я достаточно долго была знакома с мистером Морнингсайдом, чтобы знать, что он всегда руководствуется эгоистическими мотивами. Когда-то он привел Дальтона и миссис Хайлам ко входу в Гробницу и готов был подвергнуть их опасности, лишь бы удовлетворить свою прихоть. Если он так поступил с друзьями, что же он уготовил мне?
Зал тянулся все дальше и дальше, но я не могла сосредоточиться на окружавшей меня красоте. В груди нарастала паника. Я оглянулась, но двери больше не было. Мужество. Мне предстояли испытания и, возможно, смертельная опасность, но я должна была придумать способ, как взять этот клубок страха и преобразовать его в решимость. В конце концов, я была Подменышем и это было в моей власти. Больше всего на свете мне хотелось снова увидеть Мэри, Кхента, Чиджиоке, Ли и Поппи, а заодно получить правильные ответы от мистера Морнингсайда. И я была уверена, что получу их независимо от того, через что мне предстоит пройти.
Я заметила, что пол постепенно идет под уклон, который становился все круче и круче по мере того, как мы продвигались вперед. В Зале Богов и Стекла полностью отсутствовали запахи. И еще здесь не было ни пылинки.
– Где мы? – спросила я у идущей впереди Малатрисс. – Наверняка не в Йоркшире.
В ее голосе зазвучали иронические нотки:
– Мы нигде, и мы подвешены во времени. Не существует слов, которые можно было бы подобрать, чтобы описать, где мы находимся. Мы просто здесь.