Майя Сотис – Горькие яблоки (страница 24)

— Глупость какая, — честно призналась Рада. — Если они потомки, то так и звались бы красными.

На это Патрыся ничего ей возразить не успела — вернулись магессы с туфельками, а потом они отправились за платьем, и там задержались до обеда. И только когда у Радки совершенно неаристократично, да и куда ей! — забурчал живот, они оставили примерку, чтобы перекусить.

Если бы Радославе пришлось выбирать самой, где поесть, она бы надолго задумалась. С одной стороны, её как магнитом тянуло в то кафе, где они познакомились с Манфредом. С другой стороны, они там столкнулись и с Евой, и Радка боялась, что эта встреча может повториться. Она не опасалась за себя, в глубине души была бы даже рада потрясти перед вспыльчивой гордячкой её «глазом» и дать понять, что не чувствует в этом унижения. Унижение — такая непростая штука, никто не может унизить человека больше, чем он сам, в своих мыслях. Мейнгрим владел этим умением в совершенстве, тогда как Рада оставила весь стыд там, где продавала сережки Манфреда, чтобы оплатить молчание лекаря.

Но сейчас она была не одна. И пусть Патрыся и Венек были чужие дети, ненамного младше её, она ощущала их именно детьми, и пыталась защитить, сама не замечая этого. Так и сейчас она не хотела, чтобы Ева нашла себе, на кого выплеснуть свою ярость, так что сталкиваться с ней она не собиралась. К счастью, её сопровождающие сами потянули её в другое место.

— Пустить пыль в глаза и потратить деньги можно в других местах, — пояснила Патрыся, вталкивая её в какой-то трактир.

— И сладости размером с яблочное зернышко купить тоже, — вторил ей Венек. — А вкусно и плотно поесть — это сюда.

— И всё равно не всем по карману, — вздохнула Патрыся, и Радка успокоилась. Экономить деньги Евы ей страшно не хотелось.

А вот после того, как Венек принес им всем троим рагу и целую кучу мисочек с какими-то травами, овощами и густой горячей пастой, они снова вернулись к прерванному разговору.

— Хорошо, — у Рады было время подумать и смириться с некоторыми странностями магиков, но вопросы всё равно оставались, и связаны они опять были с этим треклятым Фредеком. — Но золотой — разве это цвет?

— О! — обрадовался Венек, ненадолго отрываясь от еды. — Это уже моя тема. Дело в том, что Золотые, Серебряные и другие «металлические» цвета тоже довольно древние. Но это потомки богатых семей разных цветов, уехавшие на рудники на острове драконов, и вернувшиеся оттуда с богатствами. Вернулись немногие, так что проблем с самоназванием кланов и разделением богатств не было. Только одна семья осталась там, глава её самоназвался Железным королем, они поставляют этот металл яблочникам до сих пор.

— Подожди, — Рада не знала, кого она хочет больше стукнуть, Венека или Патрысю. — Какой еще остров драконов? Вы ничего о нем не говорили!

— Так на нем нет королевств, — начала оправдываться девушка. — Каменистый остров, на котором живут дикие драконы. И всё.

— Дикие драконы и Железный король, — Радка была неумолима.

— Король без королевства, — фыркнул Венек, ничуть не смущаясь от нападок Рады. — Они живут в выдолбленном в горе замке и не способны даже сами прокормить свой клан. Обменивают продукты на железную руду с цветочниками и нами.

— У нас королевство без короля, там наоборот, — буркнула Рада, остывая. Она и сама не поняла, чего так возмутилась. Если уж на то пошло, вся эта информация никак не влияла на неё и её жизнь. Ну узнала она, что отец её сына — потомок богачей, вернувшихся с драконьего острова с золотом. Что толку? Она и без того знала, что им с Фабиушем лучше держаться от этой семьи и их наследства подальше. Вот сделает Мейнгрим наследником Фабуся, вот они все попляшут!

Она вспомнила тут же, что сам Мейнгрим владел немногим, и выругалась сквозь зубы. Иногда её заносило, это точно. К чему такая жадность, вот кто мог бы ей объяснить? Она ведь получила пусть не магию, но магика-сына и вот-вот получит магика-мужа. И ей больше не нужно думать о домашних делах, и если для синих магиков жизнь в огромном доме с экономкой и гувернанткой для сына — это бедность, то пусть отправляются в любой яблоневый сад и поработают там хотя бы одно лето!

— Еще же нужно что-то мужское и что-то старое надеть на свадьбу! — «вспомнила» Патрыся, неловко уводя тему в сторону. Но Радка с благодарностью ухватилась за этот шанс.

— Есть у меня одна идея, — заговорщическим шепотом произнесла она. — Только это никому не понравится.

— Прекрасно, — обрадовалась Патрыся. — То, что нам нужно!

Глава 19

Домой Радка вернулась уставшая так, что с трудом добралась до комнаты сына. Хотелось скорее упасть и заснуть. Но не с её счастьем. Сначала она посидела у кровати засыпающего Фабуся и вместе с ним послушала диковинную сказку от Ирены, а потом в коридоре её поймала экономка.

— Господин ждет вас на ужин, госпожа Радослава, без вас не начинал есть, — пожаловалась она на Мейнгрима. — Вы уж уважьте, госпожа. А то от упрямства своего так голодным и ляжет!

Пришлось идти. Рада и сама проголодалась — с обеда в том трактире прошло довольно времени, но собиралась лечь так, уж больно гудели ноги. Но злить и без того накрученного сестрой жениха ей лишний раз не хотелось.

Что зря согласилась, Рада поняла с самого начала. Мейнгрим сидел прямой как палка и зыркал из-под бровей с такой злобой, словно Радка ему что-то пообещала и не сделала. Женщина даже попыталась вспомнить, не было ли такого на самом деле? Вроде бы нет.

Стоило ей с легким поклоном хозяину дома усесться на свое место, как тут же началось.

— Теперь вы должны привыкать садиться на место хозяйки, — скрипучим голосом произнес он. — А то оконфузитесь после свадьбы.

«Точно Ева в гостях была и так насвистела в уши, что в голове ветер теперь гуляет», — вяло подумала Рада и пересела. Ссориться ей совсем не хотелось.

— Как прошел день? — так же свирепо продолжил Мейнгрим, и Рада покачала головой. Похоже, поругаться всё-таки придется, иначе он так просто не отстанет. Интересно, если сейчас кинуть в него блюдом, это его хоть немного утешит?

Вместо этого Радка решила еще немного повоевать за мирный вечер.

— Хорошо, мы подобрали почти всё, что нужно для церемонии, — спокойно ответила она.

Упоминать, что купила и всё для жениха, она не собиралась. Не нужно быть ясновидцем, чтобы понимать, как это взбесит гордого Мейнгрима. Лучше потом она попросит Ирену положить эти вещи среди его и проследить, чтобы он их выбрал на церемонию. Конечно, мужчина выбирает сам, но это дело женщины — обеспечить ему правильный выбор. Уж это Радка уяснила и без магии.

Мейнгрим в ответ хмыкнул и принялся со зверским выражением на лице кромсать кусок рыбы.

«Женщину тебе надо, свою, да такую, чтобы Еве и места не оставалось», — с тоской подумала она и тут же прикусила язык, хоть и молчала. Вспомнила, что такой женщиной предстояло стать ей. А что она может, лишенная магии? Разве что отвлекать от печальных дум супруга тем же, чем спасала от будней с той же самой Евой её Фредека. Забавно, что именно она отнимала у этой магессы всех мужчин из её жизни, и то, что Мейнгрима Ева навязала ей сама, ничего не значило. Ева еще пожалеет об этом.

Приятные мысли заставили губы Радки растянуться в улыбке, что было тотчас замечено взвинченным Мейнгримом.

— Что вас так развеселило, госпожа? — сварливо спросил он.

— Вспомнила о свадебных нарядах, господин, — даже не задумываясь, ответила Радка. Нет уж, она не позволит Еве их поссорить! Скорее, наоборот. — Ваша сестра будет сама не рада тому, что позволила мне тратить свои деньги.

Мейнгрим криво усмехнулся, дернув одним уголком рта.

— Рассчитываете выглядеть богаче Евы? — уточнил он.

— Нет, — Рада улыбнулась так, что будь тут Ева, точно бы заподозрила неладное. — Я собираюсь выглядеть не богаче, а лучше, чем она. Думаю, мне удастся.

— Ну-ну, — только и ответил удивленный её уверенностью Мейнгрим и наконец-то принялся за еду, хоть на тарелке уже сложно было определить, где рыба, а где гарнир к ней.

Он сомневался, и правильно делал. Но Радка не потратила весь день со своими юными союзниками на болтовню о королевствах. Быстро разобравшись, что ей это мало пригодиться, дальше она секретничала с Патрысей о вещах куда более приземленных. И вот что оказалось ей интересным. Она не зря замечала, что Янка или Ева, и уж тем более Роза почти лишены женской фигуры, какими славились девушки и женщины яблоневых долин. Плоские почти как мальчишки, с узким тазом — негде глазу зацепиться, они могли гордиться сильным магическим даром. Магия словно выпивала соки, природой припасенные для мягких женских округлостей.

Было бы логично, чтобы магикам нравились такие формы, всё-таки подавляющее большинство магесс выглядело так, но нет. То ли дело в подсознательном страхе конкуренции между мужчинами и женщинами, то ли из какой-то упертости и вредности, но магики ценили аппетитные формы, и это Рада помнила еще по Манфреду. Да, она не была особо красива лицом, но и Роза, к примеру, вовсе не напоминала цветочек. А очаровательная Ева сложением походила на брата, тот еще комплимент!

По этой причине они с Патрысей тщательно выбирали покрой платья, чтобы как можно изящнее и в то же время лучше подчеркнуть все богатства, что должны были достаться Мейнгриму, хочет он того или нет. Пока она ходила в закрытых платьях, пусть шитых и на неё, а не обносках Евы, но по тем же покроям. Но на свадьбе она собиралась блеснуть.