Майя Сондер – Под тенью освобождённого Бога (страница 6)

– Ты готов? – жена Терима на мгновение закрыла глаза.

– Сегодня самый лучший день. Я чувствую, что должен как-то отблагодарить Тавота, – он развернулся и посмотрел в любимые глаза женщины, с которой прожил уже двадцать пять лет. – Мне нужно сделать что-то хорошее, кому-то помочь!

– Я желаю, чтобы у тебя была такая возможность! Береги себя, Терим.

Дорога до порта была легкой. Терим ловко лавировал между неторопливых людей, наслаждаясь утренним солнцем и красотой острова. Рабочие мыли дорожки, подстригали кусты, поливали деревья, растущие вдоль дорог. Иногда Терим видел стражников, которые ходили парой, и улыбающихся детей, что спешили в школу. По улице, граничащей с той, что была близко к порту, стояли банкиры и местная певица. Она с придыханием созывала на вечерний спектакль, и Териму немного взгрустнулось от того, что он не сможет его посетить.

Перед портом капитан остановился и вдохнул поглубже. Здесь жизнь кипела: слышался стук, скрежет, крики моряков, бочки, полные рыбы, висели на механизмах, готовые перевернуться на поддоны скупщиков. У доков ходили женщины с большими мотками парусины, продавец фруктов ругался со своим партнером из-за целого ящика помятых апельсинов, который пришлось выбросить.

Терим окинул взглядом место, ставшее вторым домом, и довольно усмехнулся. Пусть не каждый житель жаловал порт из-за шума и запаха, но были и те, кто не мог представить свое существование без этих синих волн и бликов солнца на мокрой палубе.

Капитан «Проки» быстро вбежал по мостику на свой корабль и усмехнулся, глядя, как старая команда поприветствовала его. Они все бросились обнимать Терима и наперебой пытались рассказать толстяку о своей жалкой жизни без путешествий. Боцман, старый моряк, хромой как утка, отодвинул всех и по-хозяйски положил свинцовую руку на плечо капитана.

– Проки к вашим услугам, капитан, – он кивнул на причал, где собралась, казалось, вся знать долины. – Сегодня мы повезем в Приам самый важный груз. Король Мали возжелал покинуть замок и отправиться самолично за своей будущей женой.

Терим вскинул руки и схватил боцмана за плечи, ощутив под ладонями влажную кожу старика.

– Тавот ко мне благосклонен. Нет! Нет! Бог обожает меня, я купаюсь в его лучах, купаюсь! Когда я построил мою громадину, никто не верил, что такой корабль будет хорош в плаванье, но я верил и теперь на «Проки» поплывет сам король Тхамара!

Его заразительное состояние счастья передалось и команде. Они с удовольствием помогали грузить на корабль тяжелые сундуки, под палящим солнцем натруженные спины горели, но никто из людей даже не подал вида. Охрана короля проверила каждый уголок «Проки» и только после этого сам король ступил на борт корабля. Терим не впервые видел его так близко – с недавних пор они каждое утро встречались в небольшом зале и обсуждали дела с другими советниками. Король был высоким, статным, с идеально прямой спиной, со светлыми волосами до плеч, зачесанными назад. Он, как и все тхамарцы, любил носить белые туники и ходить с заведенными руками за спину – это поза, по которой его можно было узнать в сумерках.

Мали прошелся вперед, к носу корабля, пытаясь прочувствовать атмосферу, и, судя по всему, остался доволен – его сжатые губы тронула легкая улыбка. Он повернулся к Териму и кивнул. Работы осталось еще много, и команда вернулась к своим делам, пока капитан показывал королю каюты и прокладывал курс на Приам, у них только недавно прошла ночь бурь, и это необходимо было учесть.

К вечеру стало прохладнее, сады Аму уже виднелись, белое дерево, стоящее вблизи, будто махало ветвями, как мать, провожающая сына в дальний путь. Причал опустел, и как только юнга присел, чтобы отвязать швартовый канат от кнехта, он увидел запыхавшегося старика, бегущего к «Проки». Мальчишка окликнул капитана, указав тому на незнакомца, спешащего к кораблю, и Терим сразу же навис над водой, норовя перекинуться через борт.

– Постойте, прошу, погодите! – старик старался не кричать, но у него был слишком властный голос.

За ним спешила женщина, похожая на оборванку, и девчонка. Терим взглянул на короля, который скрылся в каюте, и вновь повернулся к троице.

– Что случилось? – спросил он, ожидая чего угодно от этих странных людей.

– Распорядитель сказал, что вы плывете в Приам. Нам нужно попасть туда. – старик скорчил трагическую рожицу. – Но у нас нет монет, капитан…

Женщина держалась позади и нервно сжимала и разжимала кулаки. Она постаралась выглядеть как можно лучше: пригладила волосы, что не знали расчески долгое время, умыла лицо и постирала платье, но все равно чувствовала себя как никогда плохо. Пока ее спутник расшаркивался перед капитаном, она осмотрела причал и команду, что свесилась через борт – всем было интересно посмотреть на пассажиров, не способных заплатить за билеты. Для них это было сродни чуду, ведь все жители Тхамара могли купить сотни билетов и жить в путешествии, если бы захотели.

Терим вздыхал, аккуратно отводил взгляд, но он понемногу начинал сдаваться. В конце концов он заглянул старику в глаза, погладил себя по животу и махнул рукой.

– Поднимайтесь на борт, сегодня хороший день для доброго дела. Как тебя зовут, старик? Мне нужно внести ваши имена в журнал.

– Калеаб Абтур, господин. А это, – он указал на женщину и девочку, – моя жена и дочь.

Каюта, которую им выделили, находилась внизу, рядом с местом, где спали матросы. Было бедно, но чисто и пахло вполне сносно. Боцман принес немного фиников, орехов и слабого вина – еще одна добрая воля капитана. Каро и Литта переоделись в белые туники, что смогли украсть у одной из жительниц Аму по пути в порт, и пока Калеаб ел, устроились на постелях немного поспать. Корабль мирно покачивался, где-то наверху, как они успели узнать от команды, находился король Мали. Терим попросил их не выходить без нужды, чтобы не попасться на глаза страже короля, но Калеабу не спалось, и он осторожно пробрался в каюту капитана. Терим сидел за столом и увлеченно рассматривал бумаги. Он поднял глаза на гостя и, улыбнувшись, вернулся к делам.

– Правила не для вас, господин Абтур! – капитан усмехнулся себе под нос, не отрываясь от журналов.

Это были прелести Нового мира, подумал Калеаб, никто не думал, что ты пришел с мыслью убить. Каюта капитана была небольшой: низкий шкаф, заставленный судовыми журналами, несколько стопок бумажных конвертов, перевязанных толстой веревкой, на полу статуэтка Тавота с другого бока. Слева стоял стол, под ногами лежал толстый ковер, а на одной из стен висела карта с островами Нового и Старого мира. Через мутные узкие окна проникал свет от висевшего снаружи фонаря.

Калеаб подошел к карте и принялся разглядывать. Некоторые места он узнал – в памяти всплыли особенности островов, на которых удалось побывать. Он провел пальцем вниз от хребтов гор, разделяющих карту на два неравных отрезка. Самым первым островом был Цве, в середине которого был вулкан, ниже и правее Нимир – тропический остров, на котором жили сотни племен охотников. Нимир был самым крупным поставщиком мяса и шкур. Чуть ниже и левее был Ухой – остров веселых рыбаков и китобоев. Калеаб запомнил его шумным, никогда не засыпающим пристанищем уставших путников. Там всегда можно было найти развлечения на любой вкус, если у тебя были монеты. Ниже Виту – небольшой островок, свободный от правителя. Люди там сами координировали свои порядки, все жители были поделены на касты и Калеаб помнил, что там было бедно, но тихо. Еще ниже, но южнее – долина Тхамар, соединенная из трех небольших островков и самым последним шел Приам – царь песков и жары. Это были острова союза, а дальше, за пределами нарисованной карты, были те, кто вел свободную торговлю, но на них старик никогда не был.

Капитан был сосредоточен на свитках, что были перед ним, и не заметил подкравшуюся кошку. Калеаб как раз повернул к нему голову, когда она по-хозяйски запрыгнула на колени Терима. Мужчина взвизгнул, прикусил губу и раздраженно смахнул животное на пол.

– Не до тебя, Альбина, не до тебя! «Проки» только после большого ремонта, наша команда собрала последние деньги на это путешествие. Если у тебя есть предложение – говори, а нет… так займись крысами! У нас все-таки гости!

Хоть взгляд Терима и был грозным, то, как он ласково гладил тощую кошку, вызвало у Калеаба приступ тошноты. Он отвернулся назад к карте, чтобы капитан не заметил его эмоций.

На карте выше хребта располагались острова Старого мира. Их осталось немного, но площади земли были довольно крупными. Сам Калеаб там тоже бывал, в отличие от моряков, перевозивших грузы. Корабли подплывали близко к хребту, выгружали сундуки, бочки и дерево и старались быстрее покинуть недружелюбные места. Перед глазами старика предстал Дибари – ближайший остров к хребту. Он видел каменные стены и пики, видел издали стражников, закованных в тяжелые, не такие как у стражи короля Мали, доспехи и их суровые лица. Калеаб слышал много историй о тех местах, страшных, леденящих кровь, но сам в это не верил. Он знал, что там тоже живут люди, ведут торговлю, рожают детей, хоронят стариков, болеют и пляшут на своих праздниках.

Калеаб посмотрел выше на остров Сальвичестер – самый крупный и единственный поставщик черной руды. Из нее строили все здания на островах, кроме Приама и Тхамара. Чуть правее располагался Грумфи – крошечный остров, на котором жили крошечные люди. На самом деле они были не такими маленькими, но по сравнению со всеми остальными казались детьми – взрослые мужчины редко доходили до плеча самому низкому представителю Приама.