Майя Новак – Отец подруги. Мой кавказский препод (страница 3)
Глава 3
Его поцелуй как яд. Он сразу проникает в кровеносную систему и заставляет кровь кипеть. Сердце дергается и разгоняется до такой скорости, что я едва успеваю сделать вдох.
Запах отца подруги проникает в нос, кружит голову.
Его горячие руки забираются под полотенце, в которое я замотана, и по-хозяйски ложатся на мою попку. Сжимают ее практически до боли, и я выпускаю мучительный стон.
Внизу живота опять горячо, а между ног – влажно.
Кусая мои губы, отец подруги прижимает меня попкой к столику возле раковины, а потом вздергивает в воздух и усаживает на столешницу. Бесстыже вклинивается между моих ног.
Его горячие губы съезжают по моей шее. Их заменяет влажный язык, прокладывающий дорогу к моей ключице.
Отец подруги расстегивает ширинку и достает внушительного размера член. Мои глаза становятся огромными, когда я вижу, как он проводит по стволу рукой, оттягивая кожу и обнажая головку.
– Ох, – стону хрипло и закрываю глаза.
Он проводит головкой между моих влажных губок. Мычу, вздрагивая от ярких вспышек в теле.
– Еще? – спрашивает хрипло и прикусывает мочку уха. – Хочешь еще?
– Да, – вырывается из меня непроизвольно.
Но я крепко зажмуриваюсь, сгорая от ощущения яркого возбуждения, которое усиливает трение его члена о самую чувствительную точку на моем теле.
– Тише, Мадина услышит, – шепчет он.
Это отрезвляет меня, словно холодный душ. Я распахиваю глаза и, задыхаясь, упираюсь ладонями в плечи отца подруги. Пытаюсь оттолкнуть, но он как скала. Не сдвигается ни на миллиметр.
– Остановись, – прошу на выдохе. – Подожди.
– Нет. Я трахну тебя, – рычит он и вгрызается в мою шею губами и зубами настолько жестко, что наверняка оставляет отметину.
– Я девственница! – выпаливаю, и отец подруги наконец отрывается от меня.
Смотрит бешеным взглядом. Ноздри раздуваются от частого дыхания. Его стояк так и остается зажат в большой ладони.
– Повтори, – приказывает сипло.
– У меня еще никого не было, – отзываюсь тихо и жутко краснею. – Я девственница.
Он как будто зависает на несколько секунд, а потом крепко сжимает челюсти и делает глубокий вдох.
– Тогда какого хера ты все это позволила? – рычит негромко. – Зачем дала ласкать себя? Почему не сказала сразу, черт подери?!
Мне кажется, его аж трясет немного. И взгляд такой, как будто он меня сейчас растерзает. Причем вовсе не в сексуальном плане. Он просто разорвет меня на мелкие ошметки от ярости.
– Я… просто…
– Просто, млять, – выплевывает, словно проклятие.
Отходит от меня и прячет свой внушительный орган в брюки.
– Пошла вон отсюда. Уходи. Уезжай. Чтобы я не видел тебя в своем доме.
– Но Мадина пригласила меня… Что я ей скажу?
– Что хочешь. Но ты должна уехать. Немедленно, – произносит он таким тоном, который не терпит возражений.
Мне вдруг становится жутко обидно.
Он выгоняет меня, потому что не удалось меня трахнуть? Потому что остался с неудовлетворенным желанием?
Ублюдок – вот кто такой отец моей подруги.
Сволочь, которой наплевать на чувства других.
Мы еще даже не знакомы, а он уже проявил свою сущность во всей красе.
Соскочив со столика, поправляю свое полотенце и стреляю убийственным взглядом в отца подруги.
– Пошел ты! – выплевываю с шипением. – Урод.
Хватаю свои вещи и выскакиваю из ванной. Тороплюсь в комнату подруги. Как только за мной закрывается дверь, из глаз брызгают слезы, и я всхлипываю.
– Вик? – Мадина выходит из гардероба в красивом кашемировом платье нежного бежевого цвета. – Вик, ты чего?
Что ей сказать?
Что сказать подруге, а?
– Зуб болит, – выдаю первое, что пришло в голову.
– Зуб? – переспрашивает подруга, подойдя ко мне и сжав мою руку. Я киваю. – Какой кошмар. Давай я отвезу тебя к нашему стоматологу. Он примет с острой болью.
Я качаю головой, прикусив нижнюю губу.
– Я к своему поеду. Он тоже примет.
– Давай я отвезу тебя.
– Нет, я сама. Спасибо. И прости, Мадина, мне придется уехать.
– В смысле насовсем? – переспрашивает подруга.
– Да. Прости. После врача я буду очень плохой компанией.
– Вик, да нормально все будет. Отоспишься, отлежишься, а потом мы…
– Нет, – перебиваю ее. – Извини, пожалуйста, но я поеду.
– Я так ждала эти выходные, – вздыхает подруга. – Давай помогу собраться, а ты пока врачу позвони.
– Из такси позвоню.
– Ну почему ты не хочешь, чтобы я тебя отвезла? Мне совсем несложно.
Она идет за мной в свой гардероб. Пока я одеваюсь и складываю свои вещи, приводит десяток аргументов, и мне приходится согласиться.
– До дома только, – говорю я. – Закину домой сумку с вещами, а стоматология там рядом.
Меня всю корежит от того, что приходится лгать подруге.
Я уезжаю не только потому,что ее отец меня фактически выгнал. А еще и потому, что мне стыдно смотреть в глаза скромной, милой Мадине, которая наверняка ни сном, ни духом, что ее отец совращает подругу. Может, я не первая? Поэтому к Мадине никто не приходит? Все знают необузданную натуру ее отца?
Все! Не хочу о нем думать! А, тем более, вспоминать, что он творил с моим телом прямо в их гостиной.