Майя Невская – За гранью контроля (страница 53)
Его молчание разрывало меня на части. Больше у меня не было сил держаться. Я отвернулась, пряча от Макара свои слезы. Я никогда не позволяла себе демонстрировать слабость. И то, что я сейчас открыла перед Макаром душу, для меня было этой самой слабостью, но иного выхода я не видела. Можно продолжать строить из себя гордую и железную Киру, а потом отдать себя на съедение тотальному одиночеству. Ради чего?
Крепкие объятия мгновенно заставили расплакаться еще сильнее. Макар прижал меня к своей груди, обхватывая так, что на секунду стало нечем дышать. Этот жест будто дал мне надежду на то, что мы еще можем все наладить.
– Хорошая моя, – раздалось у самого уха.
Новый поток слез хлынул из глаз. Никогда так много не плакала, как сейчас. Апогей всех моих переживаний случился сейчас, в эту секунду. Стресс, который я испытывала, не позволял успокоиться и взять себя в руки, тело по-прежнему мелко дрожало, словно в лихорадке. Макар обнял меня крепче, не давая проходить через это в одиночку. Никогда я не была настолько открытой перед другим человеком. Беззащитна словно оголенный нерв. Одним словом Макар может меня сейчас сломать, растоптать, уничтожить, но я знала, что он этого не сделает, не воспользуется преимуществом, не обидит. Это я в напряженный момент не выбирала слов, я была той, кто сделал больно вместо того, чтобы сесть и нормально поговорить. Я не заслуживаю такого человека как Макар, но эгоистично не могу его отпустить.
– Ты дрожишь.
– Я очень нервничаю. – Рядом со спокойным и надежным, как скала Макаром я продолжала дрожать как осиновый лист на ветру. Даже крепкие объятия не могли меня успокоить. Слишком сильные эмоции я продолжала испытывать после того, что сказала несколько минут назад. И назойливое сомнение съедало меня изнутри. – Ты не сказал в ответ, что любишь меня. Ты не любишь? Пожалуйста, скажи, что любишь, – умоляла я, надеясь, что не успела разрушить между нами все до основания. Я чувствовала себя сейчас такой жалкой, но в моменте это будто бы не было важно. Все, что сейчас имело значение это его ответ. Я снова смахнула слезы, которые не переставая бежали из глаз.
Макар развернул меня и, глядя в глаза произнес:
– Люблю, Кира, с той самой минуты, когда ты впервые встала на колени и назвала меня Хозяином.
– Чертов извращенец, – прошептала я, давясь слезами.
Макар прижал меня к себе. Я уткнулась в него носом, вдохнула родной запах и боль в груди, наконец, утихла.
– С того дня мы успели дважды расстаться, десятки раз ругались, а ты все еще любишь?
– Люблю, и завтра буду любить еще сильнее.
Его признание пролилось бальзамом на истерзанное сердце. Я положила ладони ему на грудь, не веря, что после стольких дней могу снова его трогать, вдыхать запах, чувствовать объятия.
– Ты думал обо мне?
– Каждый гребаный день. Тебя невозможно вытравить из мыслей.
Мой дрянной характер и феноменальная упертость сделали больно мне же самой. Все эти дни без Макара показали мне, что боролась я не за то. Зачем мне непременно нужно быть главной и первой везде, если по итогу это делает меня несчастной? Я могу на работе реализовывать свое желание быть первой, а с Макаром мне теперь это не нужно. Он научил меня наслаждаться иным, получать удовольствие, не стремясь быть главной. Показал, что за гранью моего контроля, под его властью мне вполне может быть комфортно.
– Ты предложил подумать, устраивает ли меня то, что ты предлагаешь. Я подумала… Меня устраивает. И ты сам и все эти твои штуки с подчинением.
Макар обхватил мой подбородок, заставляя посмотреть на себя. Его взгляд прожигал насквозь, достигал самых потаенных мыслей, не позволяя что-то утаить.
– Это не значит, что я согласна на все-все твои запреты, – поспешила я добавить. – Но, в общем и целом я не против... что-то можно обсудить, я обдумаю…
– Уверен, мы сможем выстроить идеальные для нас отношения, Кира. Я всегда выслушаю твои аргументы против моих запретов. И надеюсь, ты услышишь и поймешь, что я запрещаю тебе что-то не из-за своей прихоти. Я достаточно уверен в себе. Мне не нужно самоутверждаться за счет женщины. Все мои запреты продиктованы исключительно тем, что я дорожу тобой и хочу уберечь от возможных неприятностей.
– Я это понимаю… Теперь.
Макар улыбнулся и, обхватив за шею, притянул меня к себе, накидываясь с поцелуем. Я вцепилась в его рубашку, сминая ткань в кулаках. Стремительно атмосфера вокруг нас раскалялась. Я прижалась к Макару всем телом, желая быть к нему еще ближе. Ни секунды не мешкая, я начала расстегивать пуговицы на его рубашке. Я так соскучилась по нему, его требовательным прикосновениям, горячим поцелуям. Руки дрожали в нетерпении, когда я переключилась на пряжку его ремня.
– Нам лучше поехать ко мне, – попытался остановить меня Макар.
– Амина сказала, здесь хорошая шумоизоляция, – не согласилась я. Ждать еще хоть сколько бы то ни было я не могла. Меня трясло от желания. – Пожалуйста.
Макар подхватил меня под бедра и уложил на кровать. Задрав платье, я обвила ногами его талию, прижимаясь к нему всем телом. Возбуждение диким потоком растекалось по венам. Слишком долго я не имела возможности ощущать его горячее тело рядом. Макар в противовес мне оставался полностью спокойным. Он провел костяшкой указательного пальца по моей щеке, очертил губы.
– Чего ты медлишь? – Не сдержалась я, ерзая под ним. – Трахни меня, – и тут же добавила, – пожалуйста, – и, подумав еще, выдохнула самое главное, – Хозяин.
Он улыбнулся и покачал головой.
– Нам нужно поработать над твоей выдержкой.
– Только не сейчас, – прижалась я к его губам своими, – не сейчас, пожалуйста, – шептала я. – я сейчас умру, если ты не трахнешь меня. – От отчаяния я готова была снова разрыдаться. Три недели без него, я не могла больше ждать ни секунды, тем более тогда, когда он лежит на мне. – Ты даже можешь наказать меня сразу после за отсутствие выдержки. А сейчас, пожалуйста, не заставляй меня ждать. Только сегодня. Потом все будет по твоим правилам. И курить брошу, и все, что хочешь. Пожалуйста…
Я не переставала его целовать, облизывала его губы, ласкала языком его язык. Перехватив инициативу, Макар потянул меня за волосы, заставляя откинуть голову назад. Звякнула пряжка ремня. Сдвинув мое белье в сторону, он вошел резким толчком, заставляя меня протяжно простонать. От долгожданного контакта на глазах выступили слезы. Я крепко обхватила Макара за шею, вкладывая в это объятие искреннее обещание всегда быть рядом. Я больше его не отпущу и сама никуда не уйду.
Знаю, что я не подарок, что со мной бывает очень трудно, но я надеялась, что у Макара хватит терпения на меня и мой характер. Я больше не собиралась бороться с ним за власть. Это желание заменило непривычное для меня чувство. Чувство, которое оказалось неподвластно моему контролю – любовь…
Эпилог
Я сидела в своем новом кабинете, привыкая к новой должности и новым обязанностям. Процесс создания филиала наконец-то был завершен, необходимые перестановки произведены. Но расслабиться не получалось. Впереди у меня много работы и море ответственности.
Как того и хотел папа работу филиала я организовала, собрала потрясающую команду, в том числе нашла толкового управленца, которого назначила своим заместителем. Раз в несколько месяцев я приезжала в филиал для того, чтобы посмотреть, как идут дела в мое отсутствие и всякий раз оставалась довольна проверкой.
Причина моего отказа перебраться окончательно в Петербург была всего одна – Макар. Отношения на расстоянии не для нас. Мы оба в них не верили. Папе мое решение не понравилось. Пришлось напомнить ему, что он сам дал мне полный карт-бланш. Когда я представила ему первый отчет о работе филиала, он смягчился и в итоге принял такое положение вещей. И совсем недавно повысил меня до своего заместителя. Теперь я курировала работу всех наших филиалов. Эта должность меня полностью устраивала.
Отказавшись от переезда, я впервые в жизни приняла решение сердцем. И до сегодняшнего дня ни разу об этом не пожалела. В итоге все сложилось наилучшим для меня образом.
Мой рабочий день закончился час назад, но я все еще оставалась в офисе. Макару не нравилось, что я постоянно задерживаюсь на работе и вчера он пригрозил мне, что теперь будет за это наказывать. Стоит ли говорить, что этот факт скорее заставил меня улыбнуться, а не испугаться.
Вопреки опасениям рядом с Макаром я не потеряла себя. Я была все та же уверенная в себе Кира, целеустремленная, временами жесткая, моментами принципиальная, но стоило мне переступить порог дома, как я становилась просто Кирой, спокойной, расслабленной, счастливой. Макар брал все вопросы на себя, позволяя мне ни о чем не думать и не переживать. Я больше не испытывала потребности соперничать с ним. Я научилась доверять ему как себе.
Как только я перестала бороться с Макаром за власть, приняла его, подчинилась, между нами будто что-то изменилось, стало теплее, эмоциональнее... душевнее. Наша близость стала откровеннее, и я говорю не про физическую сторону. Медленно шаг за шагом Макар приручал меня. Каждый день он заставлял меня открываться ему чуть больше, не позволяя ничего утаить. И сам тоже открывался мне. Я стала лучше его понимать, стала обращать внимание не только на свои потребности, но и на его. Я училась отдавать, а не только брать. Мне кажется, у нас получалось выстраивать отношения, устраивающие обоих. Не всегда и не все шло гладко, но мы учились взаимодействовать друг с другом, обсуждать, договариваться. Я дорожила Макаром, а потому тоже старалась идти ему навстречу, видя, что он свою часть пути ко мне уже проделал, и теперь терпеливо ждал, когда я сделаю то же самое.