Майя Невская – За гранью контроля (страница 44)
– Доброе утро, красавица. – На кухне появился Макар и сразу направился к кофеварке. – Чем ты тут занимаешься?
– Выбираю себе мотоцикл. Я тут присмотрела несколько. Больше всего мне нравится вот этот. – Я развернула ноутбук к Макару и показала фотографию. – Что думаешь? Достаточно мощный? Я в мотоциклах пока не очень хорошо разбираюсь.
В два шага Макар сократил расстояние между нами и захлопнул крышку ноутбука, даже не взглянув на фотографию.
– Через мой труп, Кира. – Мгновенно его взгляд стал серьезным, а тон, с которым он это сказал, заставил озноб пробежать по спине.
Я нахмурилась и скрестила руки на груди.
– Поясни-ка, что ты имеешь в виду? – Прищурилась я.
– Иметь мотоцикл я тебе не позволю. Точка.
– Ты слишком много на себя берешь! Твой гиперконтроль переходит уже все границы. Я не спрашиваю у тебя разрешения. Я взрослый самостоятельный человек. Ты ничего не можешь мне запретить. Я хочу мотоцикл, и я его себе куплю, хочешь ты того или нет, – выдала я на одном дыхании свою тираду, ощущая внутри растущую злость, сдержать которую даже не пыталась.
Макар сжал челюсть и пристально посмотрел на меня. Если раньше его грозный вид меня возбуждал, то в этот момент он начал меня пугать. Но я не собиралась показывать ему этого и задрала нос выше, готовясь к открытому противостоянию.
– Дело не в моем контроле, Кира. Это не запрет ради запрета. Но есть вещи в жизни, которые я никогда не позволю сделать тому, кем дорожу. Езда на мотоцикле входит в этот список. Ты можешь ездить со мной, одна – нет, – говорил он спокойно, но глаза выдавали его ярость.
– А я хочу одна, – не желала я сдаваться, собираясь выйти из этого спора победителем. – Я тебе не принадлежу. Не все в этой жизни происходит так, как хочешь ты. Я взрослый человек и хочу, чтобы ты считался со мной и моими желаниями!
– Что насчет моих желаний? Что насчет моего душевного спокойствия? Я хочу знать, что когда меня нет рядом, ты в безопасности, пусть и относительной. Уверен, что прошу от тебя не так много.
Мы продолжали испепелять друг друга взглядом. Никто не собирался отступать. А для меня вдруг стало жизненно важным отстоять свое желание сейчас.
– Мне двадцать восемь. В моей жизни было много опасных занятий, и как видишь, я все еще в порядке.
– Я должен этим удовлетвориться? Должен забить на твою безопасность, на свои опасения и купить тебе мотоцикл?
– Я куплю его себе сама. Я денег у тебя не просила.
Макар тяжело вздохнул и покачал головой.
– Кира, я готов купить тебе все в этом мире. Дело сейчас не в деньгах, ты ведь это понимаешь.
У меня почти не было аргументов, кроме упертого «хочу», но я все равно не собиралась сдаваться. Чем больше он мне запрещает, тем сильнее я хочу протестовать, возражать, спорить. Мне было важно отстоять свои границы и желания. После уличных гонок мне хотелось повторить нечто подобное, снова ощутить тот адреналин. И мотоцикл, на мой взгляд, это то, что подходило для этой цели как нельзя лучше. Я любила рисковать. Это наполняло меня жизнью. Мне нравилось состояние, когда адреналин растекается по венам, когда острое возбуждение заглушает волнение и гонит тебя вперед.
– Я понимаю, что мотоцикл это опасно, но в мире много опасных вещей. Это не значит, что нужно от всех них отказаться, – говорила я уже спокойнее, желая до него достучаться.
– Я все сказал, Кира, – закончил Макар наш спор. – Мне нужно уехать.
– Куда? Ты ведь только вчера приехал, – не ожидала я подобного поворота.
– В бар. Его забронировали для корпоратива. Нужно проверить, что все готово и накладок не предвидится, – больше ничего не говоря, Макар ушел в душ.
Пару минут я прокручивала в голове наш разговор. Я понимала его опасения, но не разделяла их. В конце концов, неприятности случаются и в куда более безопасных ситуациях. Из дома теперь что ли не выходить.
Я снова открыла ноутбук, продолжая листать фотографии мотоциклов, читать характеристики моделей, но прежнего энтузиазма уже не испытывала. Интерес угас, оставив после себя мерзкое послевкусие. Когда Макар, не попрощавшись, ушел, я захлопнула ноутбук и уронила голову на сложенные на столе руки.
После нашего разговора я чувствовала себя скверно. Я хотела, чтобы Макар поддержал меня, разделил со мной желание иметь мотоцикл, помог с выбором, но все пошло наперекосяк, закончившись нашей ссорой.
Сейчас во мне боролись противоположные чувства: плюнуть на запрет Макара и купить мотоцикл (именно так бы я поступила еще месяц назад) или отказаться от этой идеи, чтобы Макар был спокоен.
Довольно трудно наступать на горло собственным желаниям в угоду другим людям, особенно, когда делать этого не привык. Искать компромиссы, подстраиваться под кого-то тоже не для меня. По этой причине мне трудно было с Макаром вне постели. Мы как будто начинали разговаривать на разных языках, совсем не понимая друг друга. Со скрипом, но я могу подчиниться в сексе, это даже горячо, но в остальное время я хочу быть хозяйкой в собственной жизни. И хочу купить себе чертов мотоцикл!
Подгоняемая злостью, я молниеносно собралась и поехала в мотосалон, чтобы доказать и себе в том числе, что я все еще могу самостоятельно принимать решения. Я понимала, что делаю это скорее из духа противоречия, из желания сделать Макару назло, но отступать не хотела. Если бы я подстраивалась под чужие желания, то не стала бы тем, кем стала.
В салоне менеджер с порога взял меня в оборот, с неподдельным энтузиазмом расписывая преимущества той или иной модели, перечислял характеристики, предлагал присесть на каждый понравившийся мне мотоцикл, но если утром я стопроцентно была готова к покупке, то сейчас ощущала растерянность. Я ходила по салону, а в ушах звучали его слова:
Он мной дорожит, а я веду себя как сука, плюя на его нет, не запреты, плюя на самого Макара. Стало противно от самой себя, и я вышла из салона под разочарованный взгляд продавца.
Я долго сидела в машине, не желая идти домой. Меня не покидало ощущение, что рядом с Макаром медленно, незаметно, шаг за шагом я теряю себя, становлюсь другой. Раньше бы я наплевала на любые запреты, а сейчас отказалась от своего желания ради спокойствия Макара. Этот момент подсветил глубину, на которую Макар смог проникнуть в меня. Я так старалась не впускать его дальше тела, а он все равно каким-то образом умудрился пролезть в душу.
Мне так хорошо с ним в постели и так трудно вне ее. Я просто не знаю, как вести себя с Макаром, не предавая себя. Впервые у меня с мужчиной все происходит не так, как я привыкла, не по моим правилам. Это дестабилизирует, заставляет нервничать, стрессовать. Я теряю внутреннюю опору, а это довольно страшно для меня, потому что я привыкла рассчитывать только на себя. А эту возможность у меня как будто забирают. Я превращаюсь в тень себя прежней.
Когда я вернулась домой, Макара еще не было. Он не звонил и не писал мне весь день. Я тоже не спешила на контакт. Сначала злилась на него, потом утонула в размышлениях о самой себе. Смогу ли я принять новую себя, оставаясь с Макаром? Нравится ли мне такая Кира? Я не знаю, у меня нет ответов на эти вопросы. Я гордилась тем, какой была раньше: сильной, целеустремленной, не признающей компромиссов. Я нравлюсь себе такой. К той Кире, которой я становлюсь рядом с Макаром, я не знаю, как относиться. Она меня настораживает.
Целый день я провела в одиночестве, если не считать Аркашу. Макар вернулся поздно. Я не вышла его встречать. Просто не знала, как вести себя с ним после утреннего разговора. Я слушала, как шумит вода в ванной, мысленно настраиваясь на появление Макара. Мне хотелось избавиться от гнетущего ощущения, которое все еще преследовало меня после ссоры, но не представляла, как это сделать. Я не чувствовала себя виноватой, а потому не желала идти на примирение первой.
Шум воды стих. Через несколько минут матрас позади меня прогнулся, а затем Макар притянул меня к себе, прижимая спиной к своей твердой груди. В этот момент я почувствовала себя немного лучше, но гнетущее ощущение все равно никуда не делось. Я решила не притворяться спящей и нарушила тишину:
– Как дела в баре?
– Все нормально.
Я не знала, как избавиться от напряжения между нами. У меня просто не было опыта во всем этом. Своих мужчин я никогда не пускала дальше постели, а потому выстраивать взаимодействие за ее пределами не привыкла. Понятия не имею, как прекратить нашу ссору и вернуться к тому состоянию, которое было до нее. Все эти духовные материи не мое. К жизни я отношусь с циничным прагматизмом и со здравой долей эгоизма. Мне так комфортно. Жить по-иному я не умею. И переучиваться в угоду кому-то не стану.
Я теснее прижалась к Макару, надеясь, что ссора сама собой сойдет на нет, потому что обсуждать ее мне совсем не хотелось. Это какой-то особый вид морального мазохизма, в котором я не хочу принимать участие. Хотя так, наверное, поступают пары: обсуждают проблему, вместе ищут решение. Но все это так далеко от меня, практически в другой Вселенной. Вероятно, мы просто усугубим нашу ссору, если начнем в этом копаться.