Майя Медич – Номер для рыжей и фехтовальщика (страница 16)

Всего пару недель назад Рут и не приходило в голову, что судьба вот так повернется. Чем кончится эта история, Рут не имела ни малейшего понятия, но была благодарна уже за то, что это приключение с ней случилось. Оно открыло для девушки глаза на многое – на мужчин, на фехтование, на себя, на мир в целом. Рут не любила жить скучно, такова уж была ее натура, и теперь жизнь восполняла те времена, когда рыжей приходилось частенько скучать.

– А вот и я, – Алан появился из-за угла, чем вывел девушку из интересных размышлений. Алан выглядел уставшим. Кажется, отец и поклонники утомляли его намного больше, чем сам процесс борьбы на шпагах. – Извини, что так долго…

Он попытался объяснить всю сложность выхода из ситуации при помощи пальцев рук. Выглядело это забавно. Слов Алану не хватало.

– Да не оправдывайся, – Рут поднялась на ноги. Алан помог ей. – Странно все вышло… Твой отец ничего не заподозрил?

– Что-то заподозрил, – чуть подумав, ответил Алан. – Но вряд ли докопался до истины. Когда на него посыпались неуместные вопросы, он переключил свою подозрительность на поклонников и благополучно забыл обо мне. Здорово ты придумала с ручкой… Я бы не додумался. И погорел бы.

– Ладно… Давай оставим это позади, – предложила Рут. – Пойдем, мне не терпится узнать, что там произошло на встрече твоего отца и отца твоей невесты.

– Она мне не невеста, – напомнил Алан. Прозвучало строго.

– Не придирайся к словам.

Она быстро открыла дверь маленьким ключом и повела Алана к одному из пустующих гостиничных номеров. Этот номер почти ничем не отличался от номера Орсов. Кроме, пожалуй, того, что вместо двух односпальных кроватей здесь была одна двуспальная. Но на кровать сейчас Рут не обращала внимания. Бумага лежала на столе. Рут послушно исполнили просьбу Алана.

Алан взял стопку и принялся за дело. Он разложил бумагу на полу. Рут ему не препятствовала. Просто стояла рядом. Ей так и хотелось поскорее разобраться во всем. Раз и навсегда.

Когда бумага была готова, Алан вытащил из кармана карандаш и оглядел его. Видимо, магия все же нарушена не была. Карандаш не успел коснуться бумаги. Алан уже собирался сделать все, чтобы карандаш приступил к своим обязанностям, но помедлил. На его лице проскользнула неуверенность.

– Что-то не так? – нетерпеливо спросила Рут.

– Забавно… – Алан уселся на пол. Так просто, словно он был каким-то обычным человеком, а не восходящей звездой мирового масштаба. – Я ведь и сам не знаю, о чем был разговор. А вдруг он не в мою пользу?

– А вдруг в твою? – подразнила его Рут.

– Хоть монетку бросай…

– Ну же! Где твоя храбрость?

Алан вздохнул, но все же решил закончить начатое. Вскоре карандаш уже скользил по бумаге. Без помощи человека. К радости Рут, карандаш даже выделял окончание речи одного и начала речи другого участника разговора. Карандаш передавал это при помощи разного почерка. Рут следила за каждым движением предмета, за каждой новой буквой.

Обменявшись приветствиями и любезностями, джентльмены сразу перешли к делу. Отца потенциальной невесты Алана звали Марвин Шергис. Это имя Рут уже слышала.

– Думаю, что при удачном раскладе мы сможем сыграть свадьбу уже через три месяца, – начал говорить Орс. Карандаш писал крупными угловатыми буквами. Каждая линия этого почерка напоминала шпагу. – Можно, конечно, и раньше, но я считаю, что свадьба должна пройти по всем традициям и с настоящей торжественностью. И обязательно в хорошем месте с украшениями и прочим. Потребуется время на подготовку.

– Полностью согласен, – откликнулся Шергис. Его слова карандаш обозначал более мелким шрифтом и не забывал добавлять завитушек. Иногда они отвлекали. – Я тоже хотел бы устроить торжество так, чтобы о нем еще долго писали в газетах. Вы и Алан – известные фехтовальщики, а мое имя ассоциируется со спортивной журналистикой. Нам не стоит мелочиться, нужно все продумать.

Теперь Рут четко понимала, о какой семье шла речь. Ей нравились статьи и обзоры Марвина Шергиса. Он писал консервативно, скромно и без восторгов отзывался о юных дарованиях, предпочитал отдавать должное маститым спортсменам, но все же он писал хорошо, и все основные события из мира соревнований освещались именно им. Неудивительно, что Орс-старший выбрал такую семью в качестве достойного варианта для своего сына. Союз и правда обещал множество выгод обеим сторонам.

– Значит, в этом мы согласны, – обрадовался Винсент Орс.

– Более чем, – собеседник тоже не испытывал огорчения. – У моей дочери есть ряд пожеланий относительно декораций и некоторых деталей… Сами знаете… Девушки мечтают о свадьбе с самого детства, и мне хотелось бы осуществить некоторые ее мечты. Но смею заметить, что ее пожелания не идут вразрез с вашими планами.

– Ни секунды в этом не сомневаюсь, – кажется, фехтовальщик сделал паузу на то, чтобы сделать глоток чего-то, что распивал со своим другом. – Я не желаю становиться между мечтами вашей дочери и их воплощением. Буду рад, если она примет активное участие в организации свадьбы, привнесет в мероприятие свои идеи и заодно порадует себя. Уверен, что у нее прекрасный вкус. Все те разы, что я имел честь видеть ее, она выглядела потрясающе. Удивительно элегантная и утонченная девушка.

– Главное – не запрещайте ей надевать пышное платье, – пошутил Шергис.

Рут в красках представляла себе, как какая-то девушка идет к алтарю в огромном платье с длинным шлейфом и количеством оборок, выходящем за все разумные грани. Богатые леди любили такие наряды. Им казалось, что так они показывают свою состоятельность и женственность. У Рут на этот счет были свои идеи. Она хотела бы облегающее платье с разрезом, чтобы наряд не стеснял ее движения.

Однако размышления о свадебном платье не продлились долго. Рут даже удивилась тому, что вообще начала размышлять о подобном. Она с детства не мечтала о свадьбе, как многие другие девушки. Ее всегда интересовало что-то другое. Рут бросила взгляд на Алана. Тот был погружен в содержание беседы. Вряд ли он подозревал, о чем вдруг начала подумывать Рут. А Рут и сама не подозревала, что способна на такие мысли. Чудеса, да и только. Вот, что происходило с ней.

– Для девушек платье – это святое, – со знанием дела заметил Орс. – Пусть Мадлен выбирает такое, какое захочет. Мечты должны сбываться.

А как же мечты Алана? Рут хотелось задать этот вопрос, но вряд ли карандаш дал бы на него ответ.

Мужчины поговорили о том, где лучше провести церемонию бракосочетания. Читая это, Алан бледнел. Рут смотрела на него с беспокойством и сочувствием. За него решали буквально все, а он словно не имел никакого права голоса. Рыжая не хотела бы оказаться на его месте.

В какой-то момент Рут заметила, что ноздри Алана вздымаются. Казалось, он вот-вот сорвется и направится к отцу выяснять отношения. Возможно, выяснять физически. Этого нельзя было допустить. Рут положила свою руку на руку Алана. Ей хотелось поддержать его, дать понять, что он сам хозяин своей судьбы. Алан оценил этот жест. Он кивнул в знак благодарности и немного расслабился.

– Подробный список приданого я направлю Вам письменно, – сказал Шергис. – Не вижу смысла обсуждать его сейчас.

– Поддерживаю, – согласился Орс. – Мы с Вами люди состоятельные, да и Алан успел нажить немало. В этом вопросе мы непременно сойдемся без лишних споров. Как насчет еще одной порции шерри?

– С превеликим удовольствием.

У мужчин явно царила настоящая идиллия. Рут с легкостью представляла себе, как они обмениваются дружескими взглядами и пьют за здоровье будущих супругов.

– Мне все больше нравится эта идея, – карандаш писал от лица Орса. – Нас ждет великолепная свадьба, о которой напишут все газеты. Наши дети станут прекрасным примером идеального союза. Мадлен все еще сопротивляется?

– Практически смирилась, – ответил Шергис. – Поначалу ей не нравился ваш сын, по правде говоря, но потом она убедилась в том, что ее мягкий, но твердый характер сможет обуздать его своевольный нрав.

– Совершенно верно, – поспешил подтвердить Орс. – Своевольность ему свойственна. Алан считает, что ему все дозволено, но это только пока. Как только он погрузится в семейную жизнь, он изменится. У него не будет другого выбора. Признаться, я и сам был таким, но, как Вы можете заметить, из меня получился замечательный муж и отец.

Алан не выдержал. Он вскочил на ноги. Рут не успела его остановить. Возможно, и не стала бы. Если бы кто-то так спокойно говорил, с чем ей придется смириться в будущем, она бы тоже вспылила. А пока Алан ходил по комнате туда-сюда, иногда бросая взгляд на бумагу. Карандаш не останавливался. Мужчины продолжали говорить, обозначали все больше деталей, составляли списки гостей.

– Кстати… – говорил Шергис. – Дорогой Орс, не поймите меня неправильно, но я – журналист, я знаю многое. Есть некий слушок о том, что ваш сын увлекся какой-то сомнительной девушкой…

– Из отеля? – перебил его фехтовальщик. Рут замерла.

– Да…

– Ох уж эти сомнительные девушки… – сказал Орс. – Вечно влезаю туда, куда влезать им не положено. Мне бы хотелось, чтобы эта рыжая простолюдинка знала свое место, но она то и дело крутится рядом с Аланом. Я постараюсь решить вопрос с домом как можно быстрее, чтобы изолировать Алана от нее. Это должно сработать. К тому же скоро мы уедем на соревнования. Там-то он о ней окончательно забудет. Не переживайте на этот счет. Мальчик просто никак не может нагуляться.