Майя Малиновская – Там, где только прошлое. (страница 52)

- Но у нас еще третий капитан, - намекнул Алик.

- Он просто вызвался помочь. Он лишь консультирует меня. Нас. В рейсе его не будет. Он поможет сделать наши действия легальными.

- Эл, подозрения Игоря верны, и ты не имеешь легального разрешения на поиски.

Алик с досадой всплеснул руками.

- Эл, ну почему опять на те же грабли?! Ты получаешь удовольствие от стычек с Космофлотом? Галактис ты ставишь в известность, а наших - нет. Как к тебе после этого можно относиться хорошо, даже сносно?

- Ты хочешь поскандалить? Пошли. Соберем всех. Ты не один пожелаешь меня отчитать.

- Эл, прости. Я не знаю твоих намерений.

- Мое намерение - спасти Рассела, просто не позволить его убить. Ну, а там видно будет.

- Просто спасти Рассела? С таким кораблем?

- С двумя кораблями. Я не сказала, что мы будем на разных бортах. Далеко друг от друга. Так что мы можем ссориться, а можем помнить, что любим друг друга.

- Это шантаж.

- Ловкий шантаж.

- Эл, я не отпущу тебя одну. В таком виде? К пиратам? Ты ошалела?!

- Будешь продолжать, я вообще займусь этим без вас. Или вместе, или никак.

- Ты не права, капитан.

- Хочешь жить - терпи.

- Жить? Как я буду жить, если ты погибнешь?

- Ах, так. Я приучила считать себя слабой?!

Она провокационно посмотрела на него и не стала продолжать перебранку. Трудно начинать работать вместе.

- Прошу всех собраться, когда вернутся Дмитрий и Лена. Я буду очень занята, прошу не бегать ко мне на разведку и Нику не подсылать. Связью не пользоваться. Есть вопросы по существу, капитан?

- Каким экипажем я буду командовать?

- Шесть при самом лучшем исходе, при экстренной надобности я заберу у тебя Игоря и Димку. Тебе будет интересно, весь твой опыт будет блистать.

Он не мог уловить сердиться она, иронизирует или пытается сгладить резкость разговора.

Алику требовалась прогулка в одиночестве, после первой за пару лет перебранки с Эл. А чего он ждал? Спокойная, источающая гармонию Эл растаяла, едва запахло войной.

В медицинском корпусе Лондер и Торн обсуждали будущую операцию. Лондер мрачнел. На присоединившуюся к ним Эл он глянул мельком, чтобы спрятать растерянность и страх. Затея выглядела чудовищной, наверное, оправданной с точки зрения Эл и галактожителя, но ему она виделась именно чудовищной. В глазах Лондера капитан Торн уже не был землянином. Короткой беседы было достаточно, чтобы Лондер пришел к выводу, что землянин не обладает таким уровнем мышления, как этот капитан. Из услышанного он произвел вывод, что этот видимый землянин мог бы выглядеть иначе, не имей он дела с ними. Его просто переделали для удобства контакта и обучили общению, но в образе мысли он был галактожителем.

- Тебя удивляет мое парадоксальное отношение к жизни и смерти, - рассуждал без вопросительных интонаций Зента. - Я полагал, что ты довольно близко знаешь ее, у Эл не менее парадоксальное отношение к смерти. Все ваши категории сострадания хороши дома, по отношению друг к другу, чтобы вы в порыве эгоизма не уничтожили свою цивилизацию. Здесь такие категории наивны.

- Эл спасает Рассела не из сострадания? - спросил Лондер.

- Нет, - безапелляционно заявил Торн.

Лондер даже не сообразил, что говорить дальше.

- У нее спроси.

Секунду спустя, пришла Эл, он знал о ее приближении. Лондер посмотрел на Торна и встретил улыбку.

- Эл, ты спасаешь Рассела из сострадания? - задал вопрос Торн.

- Нет, - почти тем же тоном ответила Эл.

Зента сделал понятный землянину жест руками, чтобы подтвердить свои слова. Эл недовольно поджала губы.

- Обсуждение этой темы не продуктивное занятие. Твой талан, опыт и сострадание, Лондер, как раз то, что мне так нужно, чтобы уберечь Рассела от смерти. Прими эту позицию как основу твоих действий, - посоветовала Эл.

- Не будь она большим воином, могла бы стать большим мудрецом, - покивал Торн. - Я уже коротко объяснил, что требуется от космобиолога.

- А-а, - протянула она. - Ясно, почему появилось слово "сострадание". У Торна, как у галактожителя, мировоззрение отличное от нашего.

- От моего, - уточнил Лондер. - Когда нужно начинать?

- Первая процедура должна идти ближайший час. Потом прервемся на совет экипажа, ну а потом продолжим.

- Мы не можем оставить Торна в аппарате бесконтрольно.

- Ты не понял. Ему не нужен аппарат. Там буду я, - твердо сказала Эл.

Лондер свел брови, но не оттого, что рассердился, от жалости.

- Прости, меня старика, но это слишком.

- Вот для чего нужно сострадание. Поэтому вынуждена привлечь к процессу Ольгу только в конце. Ее квалификация идеальна. Но. Истерики от вас двоих я не перенесу.

- И она не шутит. Существо, о котором говорил я, чувствительно к огромному спектру вибраций, может просто умереть в среде резких эмоций, - сказал Торн.

- Поверить тяжело, что Нейбо мог не перенести резких эмоций, - засомневался Лондер.

Эл утвердительно кивнула.

- Не Нейбо, а я. То, что Нейбо вытворял годами, мы проделаем за несколько часов, - сказала она. - Речь не о самом Нейбо идет, а его создании.

- Жутко становится. Эл, остановись. Ты творишь безумие.

- Мне пора туда, - Эл указала на аппарат. - Матрицу.

Она жестом потребовала у Лондера карточку, которую он готовил для нее. Лондер подчинился.

- И ты, - она протянула руку в сторону Торна.

Получив желаемое Эл, открыла купол аппарата.

- Через час достанете меня отсюда. Лондер, если тебе неприятно, то капитан Торн, может проследить процесс.

- В начальной стадии он не выглядит безобразным, - сказал Торн. - Я останусь.

Лондер с благодарностью принял услугу. Он ушел к Ольге, которая на всякий случай ждала возвращения Дмитрия и Лены в полной готовности поблизости от пирсов.

- Устал. Посижу с тобой, - сказал он, устраиваясь на своем сидении.

Эл почувствовала первый приступ тошноты. Она не ела твердой пищи неделю и не ела ничего трое суток накануне, а последние сутки не пила даже воду. Жажда была сильной и приступы спазмов в пустом желудке были слишком болезненными.

- А нельзя меня усыпить? - спросила она.

- Ты постоянно должна быть в сознании, Эл. В сознании, - сказал Зента. - Не говори со мной. Думай. Общайся со мной мысленно, ты не заметишь, как я перестану говорить, но все равно будешь понимать меня, а потом следуй за мной до зала.

- Это процесс еще хуже того, что я делала прежде. Меня стошнит чем-нибудь.

- Твой мозг отключит ощущения, вот тогда будь внимательна. Ходить и не чувствовать - опасно.

- Ты будешь рядом?

- Обещаю.

- Можешь считать меня жалкой. Мне страшно.