Майя Малиновская – Пленники Уэст (страница 50)

— Я бы не рискнул. По поверхности меньше вероятность, что мы заблудимся.

— Ладно. Лио, покажи мне гору. — Эл почему-то решила, что она возьмет ее за руку и протянула ладонь. Лио не пошевелилась. Гора четко появилась перед глазами Эл. — Вот так дела! Я же на ней садилась в самую первую разведку, когда хотела снять шлем. Я знаю, где она. Если я точно представляю, где мы находимся. По горам до нее довольно приличное расстояние.

— Ты выбрала именно эту гору с площадкой совсем не для посадки. Ты нашла место, в котором сконцентрирована большая энергия. Ты ничего тогда не ощутила, кроме восторга. А я видела другое. Пилоты колонии избегали эту гору потому, что при подлете испытывали необъяснимое чувство тревоги, которое переходило в страх. Они так и звали ее — «Пик Страха». Твой контакт с планетой произошел в первый раз, именно там.

— Но я ни с кем и ни с чем не контактировала.

— Ты полагалась на обычные чувства, а они не способны дать представление об этом мире. Теперь ты сможешь увидеть больше, — Лио говорила таким тоном, словно Эл была младше ее и не понимала самых простых вещей.

— Туда пешком добраться невозможно, — возразила Эл. — Высота слишком большая. Я помню, какая она высокая эта гора. Она даже выше тумана, что окутывает небо. И по законам физики, я не смогу там долго дышать. — Эл остановилась. — Постойте. Смогу. Димка проверял. Он сказал, чем больше высота, тем легче дышать. Я смогу. Мы не на Земле. У меня осталось немного от десантного снаряжения, еще я спрятала катер, только энергии в нем мало. А еще надо искать кристалл. Ночью. Кто бы сказал, как он выглядит? Хотя, постойте! Я помню сон. Я его не досмотрела. Я чувствую кристалл должен быть там же, на горе или в ней.

Эл прошлась по пещере несколько раз. Она старалась собрать воедино мысли и ощущения. Также как мысли теснятся в голове обычного человека, мешая друг другу, то же чувствовала и Эл. Все-таки костюм компенсировал психологическую перегрузку. Эл чувствовала, что устает, а значит медлить нельзя. В колонии еще суетились из-за самодеятельности Миша и Дункана. Масса гигантского корабля двигалась к планете. В долине нарастало излучение. Даже внутри планеты происходил некий процесс. Все это Эл чувствовала, если чувствами можно было назвать весь этот букет. Словно ты тут и везде одновременно. Она поняла, что не умеет управлять всеми этими силами, а избавиться от их влияния — не может. Надо торопиться, пока новые возможности и местные условия не довели ее до сумасшествия. Покончить со всем, и, наконец, забыться.

— Тебе плохо? — спросила Лио.

Она остановила Эл и попробовала привлечь к себе внимание.

— Индра, а ведь у тебя есть катер, — заявила Эл не обращая внимания на девочку.

Она нашла способ направлять себя и просто выполнять взятые на себя обязательства. Не хотелось тратить силы на разговоры. Ответ на вопрос о катере явился сам. Точнее из головы Индры, который припрятал отцовский катер на крайний случай. Эл подумала, что копаться в чужих мыслях не этично, но поделать с собой ничего не могла.

— С папой было тоже самое, — прошептала Лио. Она повернулась в сторону Индры. — Помнишь?

Индра тоже думал о деле и не ответил сестре.

— Сколько я тут живу, — отозвался Индра, — но со мной ничего подобного не было. Я же не чувствую. Не слышу, как вы. Может это могут не все? Как вы думаете, капитан?

— Я не знаю, — сказала Эл. — Мне сейчас не до этого. Корабль подойдет к планете очень скоро. Они решили провести эвакуацию, я должна быть готова. Рассвет, вот не достающий компонент — местное солнце, которое видно с той вершины, она выше облачности. Надо найти световой колодец. Все сходится. Вы должны успеть отвезти меня на гору и вернуться в долину. Если вы сядете на краю трещины, то первый же рейд с корабля подберет вас.

— Какой корабль? — удивился Индра.

— Сюда летят спасатели. Огромная махина. Места хватит всем, — ответила Эл.

Она села на пол.

— Индра, беги за катером. — Лио дергала его за рукав. — Она плохо себя чувствует. Ей очень трудно. Нужно спешить. Делай, что она говорит. Потом. Я объясню.

Индра действительно побежал. Он мчался по галереям к знакомому туннелю, откуда хорошо видна была та самая гора. Но видна, только днем. Это отец надоумил его спрятать катер на той стороне горы, которая выходила на «Пик Страха». Многочисленные трещины в скалах служили местом, куда Индра все время что-то прятал. Тайники там были повсюду, а в тайниках — сокровища Индры: несколько костюмов, оборудование, пища на случай голода, даже оружие украденное им из колонии, записи отца о планете, дневники Роланда, наконец, новенький катер отца, которым он пользовался редко, потому что любил ходить пешком на большие расстояния.

Индра вычистил все тайники, погрузил в катер все что нашел, а если, что-то и забыл, значит, оно не очень важное. Новость о корабле потрясла его. Он не предполагал, что кто-то придет их спасать. Он не понимал, зачем. Роланд точно сказал, что все погибнут, а отцу Индра верил.

Лио и Эл возникли рядом с катером, в тот момент, когда он все собрал.

— Среди медикаментов есть тонизирующее? Мне нужно три дозы сразу, — услышал он голос Эл. — Моя дурацкая привычка оказалась кстати. Лекарства немного мне помогут. Индра, ты когда-нибудь летал ночью?

— Нет, — ответил он.

— Самое время научиться, — он услышал слабый смех Эл в темноте. Если она шутит, значит, все не так плохо.

— Действительно, неплохо, — ответила она. — Извини, я слышу твои мысли, точнее вижу. Мы сделаем так. Вы натянете на себя эти костюмы. Потом мы долетим до скалы. Я спрыгну вниз, чтобы тебе не пришлось садиться. Я возьму остатки снаряжения и фонарь помощнее, хотя я вижу в темноте, неизвестно, что там будет. Потом вы вернетесь в долину. Садись в кабину, я покажу, что делать.

Эл села в кресло пилота.

— Возьми меня за руки. Повторим то, что вы проделывали со мной, когда выдавали Лио за Роланда.

— Но у нас были камни, — удивился Индра.

— Не спорь, — отрезала Эл.

Индра взял ее кисти. Эл положила руки на систему управления. Индра увидел весь их полет от начала до конца.

— Запоминай очень хорошо. Не задень в темноте гору. Я помогу, если что, потом вы полетите в маленькую колонию. В катере есть координаты, он подскажет. Вызови диспетчера. Попроси о помощи. Вас могут арестовать и запереть. Не сопротивляйся. Расскажи про корабль, как будто Лио его увидела. Ты все понял?

— Да. — Кивнул Индра. — Все так ясно. У Лио не выходит таких четких картин.

— Это потому, что Лио — ребенок. А я знаю, что делать до мелочей. Меня очень хорошо учили летать, спасибо моему командору. Он сильно расстроится, когда узнает, что его лучшая ученица погибла в первом же самостоятельном полете.

— Неужели вы умрете? — спросил Индра и мгновенно осознал нелепость вопроса.

— В отличие от твоего отца, я не вижу своего будущего. Не дальше, чем высадка на скале. Хотя ты прав, у меня странное чувство. Слишком многое осталось неясным. Слишком многие ждут меня дома. Я даже поняла, что очень люблю одного человека, которому не нашла смелости сказать об этом раньше. Может быть все сложилось бы совсем по-другому…

Она внезапно замолчала. Сняла руки Индры со своих и произнесла странным тоном.

— Господи, как умирать не хочется…

Она легко соскочила с подножки катера над самой площадкой. Катер развернуло. Индра был плохим пилотом.

Мальчишка не выдержал и заплакал. Лицо Эл стояло перед глазами. Лио тихо сидела в соседнем кресле и не подавала знаков своего присутствия. Она никогда раньше не видела такого отчаяния в душе брата, который казался ей таким смелым, решительным и всепонимающим. Он не плакал, когда умер отец, даже в самые трудные времена он не плакал. Она не могла понять, почему он плачет теперь, ее ум и чувства не давали ответа на этот вопрос, и Лио испугалась.

Эл, наконец-то, осталась одна. Присутствие детей доставляло некоторые неудобства. Лио непрерывно следила за ней снаружи и изнутри, а Индра переживал целый букет эмоций, которые следом ощущала и Эл. Лекарство, что она влила в себя притупило сознание. Эл знала об этом и воспользовалась, чтобы легче переносить состояние, которое недавно казалось ей даром, а теперь приносило столько неудобств. Нет. Она не была готова жить в одно дыхание с этим миром, так как понимал это Роланд. Она больше не слышала его, подозревая, что он все уже сказал.

Темнота отступала, но рассвет придет не скоро. Она сидела на краю площадки, тело требовало отдыха. За короткий срок случилось так много. Эл не анализировала воспоминания, не переживала их снова, только видела перед глазами череду картинок. Она не понимала, почему медлит. Впору искать лаз или трещину, чтобы попасть внутрь горы, внутри еще не сработала команда сделать это. Она не торопилась. Понятие «торопиться» не вязалось с тем, что Эл чувствовала.

Здесь было холоднее чем внизу, но дышалось легко. Тело привыкало. Эл словно каждой клеткой чувствовала изменения. Надо дать ему возможность набраться сил. Она просидела на краю скалы до того самого момента, пока горизонт с одной стороны не окрасился в более светлые тона. Эл припомнила сон, но ничего про рассвет в нем не было. Надо бы хорошо подумать, поскольку трудно найти ответ у своих ощущений. Наказание за принятое успокоительное. Зато она хоть чуть-чуть ближе к человеческому состоянию. Как может человек, со своим инстинктом самосохранения, без особого развития своих способностей, не звериного чутья, а тех сверхчувств, которыми наделила его родная природа, слиться с этой самой природой. Подавляющее число людей на Земле этого не могут, а что говорить про чужую планету. Эл усмехнулась своей мысли. На Уэст ей было легче, чем дома. Ни тебе метаморфоз без надобности, ни тебе приступов. Организм все силы тратил на адаптацию. Лондер прыгал бы от восторга, изучая ее. Эл засмеялась.