Майя Лужина – Там, где цветут магнолии (страница 3)

Не просто улыбнулся – засмеялся так, что голуби вспорхнули с веток, а прохожие обернулись. Этот смех был похож на внезапный летний ливень – тёплый, очищающий, смывающий все её сомнения.

– Когда ты сказала, что хочешь со мной поговорить, – он вытер слезу, – я думал, сейчас получу по лицу за прошлый раз. А теперь вдруг робеешь? Давай, выкладывай!

Его глаза светились – не снисходительно, не с вызовом, а с какой-то легкостью, почти радостью. И Карина вдруг поняла: вот он, её шанс.

– Во-первых, я хотела бы извиниться. За грубость, за то, что не дала тебе и слова сказать. Это было глупо и по-детски. И я не хочу, чтобы у тебя осталось такое впечатление обо мне.

Последняя фраза прозвучала тише, словно она не до конца понимала, кому она адресована – Олегу или самой себе.

– А во-вторых? – мужчина приподнял бровь, и в его взгляде читалось любопытство.

Карина на мгновение замерла, не до конца уверенная в своей идее. «Будь что будет, даже если он засмеет меня, я хотя бы попытаюсь».

Остановившись, она сделала два решительных шага, сокращая дистанцию между ними. Теперь она могла отчетливо видеть удивление, отразившееся в его глазах.

– Давай начнем сначала! Я имею в виду наше знакомство, – произнесла она, протягивая вперед правую руку. Её пальцы слегка дрожали, но голос звучал уверенно. – Меня зовут Карина, мне 28 лет. Я работаю в типографии, а в свободное время бегаю и играю в теннис.

Когда удивление на лице Олега сменилось теплой улыбкой, Карина почувствовала, как по её груди разливается волна приятного тепла.

– Олег. 45 лет, учитель математики. Не могу жить без сладкого, кино и бега.

Его ладонь крепко сжала её руку.

Глава 7

“…Я пригласил ее на завтрак. Когда мы разговаривали, я впервые за долгое время почувствовал, что могу дышать полной грудью. Я даже забыл выпить таблетки…”

Едва приблизившись к «FLUFF», Карина замерла, увидев змеящуюся очередь. Она тянулась от дверей ресторана до середины узкой деревянной террасы, где люди, обдуваемые мартовским ветром, уткнулись в телефоны, отгородившись от мира цифровым барьером.

Небольшое семейное кафе, куда пригласил её Олег, славилось на весь город. Здесь подавали шоколадные панкейки с ореховой крошкой и кофе, от одного аромата которого просыпалось настроение. Сквозь панорамные окна просматривался уютный интерьер: приглушённый свет, светлая мебель, стены в ретро-плакатах – место, куда хотелось возвращаться.

«Тут очередь минимум на два часа», – мелькнула мысль в голове у Карины, и в её голос закрались нотки разочарования.

– Может, найдём другое место?

Олег оценивающе окинул взглядом террасу. У входа толпились люди, но два столика у перил стояли свободными, будто ждали именно их.

– Подожди секунду…

Ловко лавируя между недовольными посетителями, он скрылся за дверью.

Карина, оставшись одна, задумчиво достала телефон. Она вбила название ресторана и поиск тут же выдал аппетитные фото: золотистые тосты, яйца-пашот, дымящиеся сосиски, а дальше – воздушные десерты, среди которых выделялись те самые панкейки.

«Вот почему он так хотел сюда», – усмехнулась она про себя.

Живот предательски заурчал, напоминая о тренировке, после которой она ещё не ела. Карина поспешно закрыла вкладку, будто пряча улики.

– Карина! – раздался голос Олега.

Он стоял у свободного столика, размахивая меню с торжествующим видом.

– Они все ждут места внутри, – пояснил он, когда она подошла. – Странно, правда? Боятся свежего воздуха?

Девушка пожала плечами, но в душе согласилась: люди действительно часто не замечают очевидного.

Кофе согревал ладони, а аромат корицы и карамели смешивался с морозной свежестью. Олег отхлебнул из своей чашки и вдруг сказал:

– В прошлый раз очереди не было. Видимо, сегодня нам не повезло.

– Если бы не повезло, мы бы сейчас не сидели здесь, – парировала Карина, и в её голосе впервые прозвучала лёгкость.

Олег рассмеялся, и этот звук почему-то снял напряжение.

– Ты говорил, что работаешь учителем? – спросила она, осторожно пробуя обжигающий напиток.

– Да, математика. Уже двадцать лет, – ответил он, и его взгляд стал чуть мягче. – В детстве мечтал о сцене, но таланта не нашлось. Зато числа… они всегда меня понимали.

Он постучал пальцем по столу, будто отбивая ритм.

– А ты? Как попала в типографию?

Хотя вопрос не был бестактным, Карину на секунду передёрнуло от раздражения. Только понимание того, что эта эмоция возникла не столько из-за самого вопроса, сколько из-за её личной неуверенности, помогло ей подавить рвущуюся наружу колкость.

Тяжело откинувшись на спинку стула, она медленно выдохнула теплый воздух, стараясь собраться с мыслями.

– Меня устроила туда мама. Я семь лет жила в Москве, и когда вернулась, долго не могла найти работу. Мама решила взять этот вопрос в свои руки, – произнесла она, и на этих словах её губы тронула искусственная улыбка. – Сейчас я там специалист по работе с клиентами.

– Почему вернулась? – спросил Олег, и в его голосе не было любопытства, только тихое предложение: «Если захочешь – расскажи».

Карина сжала чашку крепче.

– Развод.

Слово повисло между ними, тяжёлое и неудобное.

– Семь лет брака, – продолжила она, глядя куда-то мимо него, – а потом… не осталось ничего, что держало бы меня там. Ни друзей, ни карьеры.

Голос её дрогнул, но она не стала прятаться за шуткой, как делала обычно.

– Я думала, семья – это всё. Но когда её не стало, я поняла, что потеряла саму себя.

Олег кивнул, его глаза светились сочувствием. Будь перед ней кто-то другой, она бы тут же сменила тему или отпустила неуместную шутку, чтобы отвлечь внимание от своей слабости. Но сейчас все было иначе. Она хотела открыться ему, обнажить свои шрамы и рубцы и предстать перед этим мужчиной такой, какая она есть.

Следующая фраза Карины была прервана бойким голосом рыжего официанта, балансировавшего в руках несколько громоздких тарелок с дымящейся едой.

– Простите за ожидание! Кто заказывал клаб-сэндвич?

Глава 8

“…Витя позвонил, пока я был с ней. Он опять волновался за меня, но пытался это скрыть. Думает, что я не замечу…”

Ключ застрял в замке, будто нарочно сопротивляясь. Олег дернул дверь сильнее, чем нужно, и она распахнулась с глухим стуком.

– Наконец-то, – раздался из гостиной низкий голос.

Витя сидел на краю дивана, пальцы нервно перебирали край куртки, брошенной рядом. Его поза – напряженная, как у хищника перед прыжком, – говорила сама за себя. Он пришел не просто так.

– Ты мог бы и предупредить, – Олег сбросил кроссовки, стараясь говорить ровно. – У меня были планы.

– А у меня, выходит, нет? – Витя встал, его зеленые глаза сверкнули. – Ты вообще читал мои сообщения?

Олег прошел на кухню, громко поставил чайник. Заваривать кофе уже не было сил.

– Читал. Но если это про Марту…

– Она уезжает, Олег! – Витя врезал ладонью по столу. Чашка звонко подпрыгнула. – Всё, точка. Берет Сеню и валит в Штаты. И даже не потрудилась лично тебе сказать.

В воздухе повисла напряжённая пауза.

Олег медленно обернулся и оперся о столешницу. В его пальцах заныла глухая боль – будто в них въелась вся тяжесть сказанного.

– Когда? – только и выдавил он.

– Я не знаю. Ей предложили контракт. – Витя выдохнул, сбавил тон. – Я случайно подслушал разговор в курилке.

Олег закрыл глаза. Пульс бил набатом в висках.

– Ты вообще понимаешь, о чем я? – Витя шагнул ближе. – Они заберут твоего сына на другой конец света! Ты хотя бы попытаешься что-то сделать?