Майя Хоук – Три жениха для попаданки (страница 2)
- Ларди Э'Тарн, становитесь моей женой!
Холодею, потому что по титулу меня уже семь лет никто не называл. Это тайна.
- Что ты несёшь? - я тут же теряю всю теплоту, которую испытывала к слуге.
Он поднимает голову. Глаза нехорошо блестят.
- Я больше не могу ждать, Эмбер. Я устал ревновать.
- К кому? - срывается с моих похолодевших губ.
После того, как я потеряла самых дорогих мне мужчин, я и не подумала бы влюбиться снова.
Никогда.
Терять слишком больно.
- Как будто ты сама не видишь... - шепчет Вейн. - Иштван...
Поперхиваюсь. Только не он!
Иштван, конечно, не женат, но он порядочный мужчина, добрый и мудрый правитель. Мы с ним смотрим в одну сторону и отлично понимаем друг друга. Но мы не более, чем друзья, хоть и очень близкие. Более того, я знаю, что у него есть женщина.
- Лани растёт, и однажды он захочет получить больше власти, - говорит Вейн. - Чем сейчас имеет.
Мне ужасно не нравится, как он сейчас называет мою дочь. "Лани" - наследница ларди, наделенной силой матери. Она же всегда была для него малышкой Брин!
Это значит, что Вейн притворялся и все это время был неискренним?! Не могу поверить в такое! Отчего его переклинило?
Сразу вспоминается то, как Вейн ездил на материк и вернулся оттуда совсем другим.
Мой слуга уже как-то раз поддавался ВЛИЯНИЮ.
- Ты же... - произношу, отступая назад. - Ты от себя говоришь?
Вейн нехорошо улыбается.
- Или тебя подкупили? - соображаю я.
- Ты все равно выберешь меня, Эмбер, - говорит он. - Потому что...
Слышу треск из лавки и сдавленный крик дочери:
- Ма! - должно быть, кто-то занимает ей рот.
- Как ты мог предать нас?! - кричу на слугу.
Но Вейн, похоже, ждал такой реакции. Ему все равно. Ему что-то очень-очень ценное пообещали. Власть над миром - это понятно и так. Моя дочь стоит слишком дорого. Кто-то сказал Вейну, что поддержит его, если тот осмелится присвоить нас.
- У тебя нет других вариантов, - надвигается на меня Вейн, и тогда я без жалости хватаю первое же, что попадается мне под руку. Это оказывается тяжелая сковорода.
- Эмбер! - глаза слуги становятся огромными. - Ты не должна бояться меня...
- Не подходи! - кричу в запале, будучи все еще не в силах поверить, что все могло так повернуться. Выходит, что я второй раз в жизни пропустила то, что ближайший ко мне мужчина что-то замышлял.
Наверное, я сейчас вижу перед собой Ирвина Торна, отца Брин. Как же я ненавижу эту скотину и одновременно понимаю, что хочу увидеть лично и задать вопрос: "Зачем? Зачем ты все разрушил, когда другие пошли на все, чтобы спасти тебе жизнь?!"
Словом, Вейну несмотря на его угрозы порядком достается: и сковородой, и подносом, и всем, что мне попадается под руку.
Еще одна причина того, что я заключила сделку с Иштваном в том, что моя магия не атакующая. Я исцеляющая ларди. То есть, зелья, омоложение и передача сил - это по моей части.
Но вот причинение вреда...
- Эмбер! - закрываясь руками, кричит слуга. - Подумай о дочери!
Сердце обрывается. Это точно! Я слишком увлеклась, думая о том, что бередит мою душу.
Напоследок кидаю в Вейна метлой. Как жаль, что я не могу сделать ему больнее, ведь он, слуга, которому я верила, так сильно мне навредил!
Выбегаю в зал, не понимая толком, как собираюсь отстаивать дочь. Ведь все, что я могу продолжить - очередная атака подручными предметами.
Передо мной двое человек в темных костюмах, скрывающие лица под плащами. Один из них держит Брин в руках, чуть-чуть оторвав девочку от пола. Свободной рукой он пережимает ей шею. - Отпусти мою дочь... - шиплю.
И преступники пятятся. Наверное, их напугало выражение моего лица. Мать, ребенку которой угрожают, страшна в гневе.
"Дочь", - я слишком поздно понимаю, что сгоряча раскрыла свою тайну.
Я не вижу, но всеми до конца напряженными чувствами ощущаю, что позади появляется Вейн.
- Эмбер... - шелестит он. - Я же сказал, что у тебя нет другого выхода, кроме как подчиниться.
- Вы не уйдете отсюда живыми, - рычу я. Иштван не...
В это время Вейн, видимо, делает знак. Нападающие пятятся к выходу из лавки.
- Эмбер, не делай ничего, - говорит мой слуга. - Если только ты не хочешь, чтобы девочка пострадала.
Я замечаю, как блещет клинок в руке у того, кто удерживает Брин, и содрогаюсь. Сейчас все мое существо сосредоточено на жизни моей девочки. Кровь бьется в висках. Я больше ни о чем не думаю. Именно поэтому замираю.
Чувствую, что Вейн тем временем протягивает мне плащ.
- Мы просто тихо выйдем,- говорит на ухо он. Принимаю вещь дрожащими от
напряжения руками. Удрать. Нужно как- то придумать способ...
С тех пор как я попала на Элирну, я стала намного практичней и ловчей. И больше не растекаюсь лужицей при виде опасности. Теперь у меня есть собственное сокровище. Есть те, кого я обязана защитить.
Я стала хладнокровней.
"Да как он смеет?" - вертится у меня в голове: "Как он мог нас предать?"
Но я силой выдавливаю эти мысли.
- И куда мы направимся? - спрашиваю у слуги.
Мне нужен только его ответ, чтобы придумать план действий.
Вейн усмехается. Он тоже слишком хорошо меня изучил.
- Узнаете, ларди.
Ненавижу его. Сейчас я очень четко это чувствую.
Этот мужчина прошелся по всему, что я тут строила. Я семь лет, целых семь лет потратила на то, чтобы заштопать рану в груди, которая образовалась после того, как я узнала, кем на самом деле был мужчина, которому я осмелилась поверить настолько, что ради его жизни пожертвовала благополучием собственной семьи.
Все это время я пыталась убедить себя в том, что мир не настолько жесток, как мне казалось, и все, что произошло - ошибка.
Но вот я чувствую, как черное пятно расползается в моей груди.
Я ненавижу того, кто снова решил воспользоваться моей добротой и доверчивостью.
Накидываю капюшон на голову. Я больше никогда никому не поверю. Все, ради чего я буду жить - это счастье дочери.
Милый Вейн, ты приобрел себе не ларди...
Мы выходим в сад, и там все происходит слишком быстро. Я успеваю заметить Иштвана и двух его телохранителей-магов. Бывший ирриди уже не может накладывать заклятия, но отравленным клинком он все еще орудует очень умело.
Скорей всего правитель вольного города в самом деле собирался зайти в мою лавку за очередной заряженной сферой. К нападению ни он, ни его охранники не готовились.