Майя Хоук – Капитан под залог (страница 4)
— Командир Блэк…
— Я не игрушка, — глаза Рейвена блестят так, что мое сердцебиение ускоряется. Даже такой, в казенной робе и наручниках он прекрасен.
— И не разменная монета в ваших играх, — Блэкторн откидывается назад. — Ты очень дорого заплатила чтобы узнать это, Стормвейд.
Вот он, отказ.
Мне становится невыносимо горько и вместе с этим жарко.
Почему он думает обо мне так? Почему видит избалованную девушку, когда я…
Блэкторн неожиданно выставляет перед собой руки и опускает на них голову.
— Ну и попили же мне крови прихвостни твоего отца!
— Что?… — едва слышно вырывается у меня.
Блэкторн смотрит на меня так словно впервые по-настоящему заметил. Его взгляд скользит по моему лицу, губам. Неожиданно уголок его рта приподнимается. Рейвен снова откидывается назад.
— Я их метлой поганой отсюда гонял! — на ручники не дают ему завершить жест, но очевидно капитан пытался смести прочь помощников моего отца.
В горле встает ком. Кулаки сами по себе сжимаются.
Папа же обещал!
Я готова заплакать от досады.
Клялся, что не полезет в мои дела, тем более перед капитаном!
— Я говорил, что ты не нуждаешься в слежке, — продолжает Рейвен.
Сглатываю. Отец что, за мной следил?
— Боялся, что ты найдешь себе кого-нибудь, — Рейвен смотрит в стол. — Не по статусу. Твой жених — не просто коррупционер. Три месяца назад исчез свидетель по делу о контрабанде военных технологий. Через неделю нашли его тело в грузовом отсеке на орбитальной станции. Официально — несчастный случай. Неофициально — заказное убийство.
Мурашки пробегают по коже.
— Ещё двое, — продолжает Рейвен. — Журналистка, искавшая информацию об «Эверест Индастриз». Инженер, отказавшийся подписать фальшивый отчёт о безопасности. Оба мертвы. Оба — «несчастные случаи».
Я чувствую, как воздух становится вязким, тяжёлым.
Знала ли я, что Кейлан не идеален? Да. Подозревала ли, что он может быть жестоким? Возможно.
Но чтобы настолько...
На миг мне становится плохо. Я хватаюсь за край стола, чувствуя, как комната плывёт.
— Я бы на твоем месте сбежал из-под венца, — вдруг говорит Рейвен тише, почти мягко. Пауза.
В его голосе звучит что-то новое. Горечь.
Он сам проиграл эту битву. А если проиграл Рейвен Блэкторн — человек-легенда, начальник полиции, валариец — то соперник более чем серьёзный.
Я вскидываю голову.
Он смотрит на меня — в первый раз по-настоящему смотрит — и в его глазах что-то похожее на... заботу?
Мой подбородок предательски дрожит.
Бежать.
Это значит оставить его. Самого честного, доблестного полицейского. Идеального мужчину. Отдать его на съедение Кейлану.
— Нет, — слышу я свой голос. Едва слышный шёпот.
Рейвен вздёргивает брови. На мгновение — всего на мгновение — он выглядит обескураженным. Словно ожидал другого ответа.
Он думал, что я воспринимаю его как красивую игрушку. Что испугаюсь и сбегу.
— Нет, я... я не оставлю вас, — сначала мой голос дрожит, но потом крепнет, становится увереннее. — Командир.
Пауза.
Рейвен медленно откидывается на спинку стула. Скрещивает руки на груди — насколько позволяют наручники.
— Жаль, — произносит он ровно.
Горло сжимается.
Руки дрожат.
Но я не отворачиваюсь.
Рейвен наклоняется вперёд, сцепив скованные руки на столе. Взгляд жёсткий, без тени сочувствия.
— Ты понимаешь, что сделала? — голос низкий, методичный. — Ты связала себя со мной юридически. Браслеты. Ответственность. Если я оступлюсь — тебя закроют рядом. В соседней камере. На тех же условиях.
Я сжимаю кулаки.
— Я знаю...
— Нет, — обрывает он. — Ты не знаешь. Ты влезла в серьезное и опасное дело, заметь, назло своему жениху. Кейлан уже шеи сворачивал, думаешь он остановится перед фамилией Стормвейд?
Я отрицательно качаю головой.
— Я не...
— Я не трофей, Элира, — Пауза. Его взгляд скользит по моему лицу, останавливается на губах и снова возвращается к глазам. — Запомни это.
Он поднимается, делает шаг ближе, и я чувствую как сердце подскакивает к горлу.
Рейвен слишком близко. Я чувствую тонкий аромат его тела и от этого пересыхает во рту. Боюсь, что капитан подойдет еще ближе.
И он буквально делает это, практически вжимая меня в стену!
— У тебя с детства было все, — произносит Рейвен. — Ты не выживешь в реальном мире. Возвращайся к папочке и будь аккуратней с женихом!
Я замираю.
На миг перед глазами вспыхивает картина: отец и Кейлан смеются надо мной. Она даже не смогла уговорить купленного ей мужчину. Избалованная дурочка, которая не способна ни на что.
Я благодарна, что он не смотрит на меня. Потому что губы дрожат. Слёзы жгут веки.
— Почему вы защищали меня? — вырывается сквозь стиснутые зубы.
Рейвен поднимает взгляд.
— Переписали отчет тогда? — прибавляю я.
Я читаю по его лицу: «Потому что ты в этом нуждалась».
— Я верил... — цедит он, и я читаю между строк: «что ты на что-то способна». — Что усердие и труд — это хорошо. Но теперь, когда за этим стоит Кейлан, я считаю, что ты напрасно дёргаешься.
— Как раз об этом я и хотела... — робко начинаю я.
Рейвен бьёт кулаком по столу.
Наручники звякают.