Майя Филатова – Сбитый ритм (СИ) (страница 50)

Ещё меня навещал Маро, и неизменно притаскивал вышитый бурдюк наливки — всегда один и тот же, потому что, стоило вынуть его из подпространства, как появлялась Эвелин, и отнимала «отраву». Впрочем, Маро не оставался в накладе, и всегда тихонько утаскивал его обратно… чтобы принести во время следующего визита. Кончилось всё тем, что вмешалась Кора, которая вылакала наливку сама, в рамках дегустации, и категорически запретила мне пить что-либо крепче забродившего молока, пока не выпадет первый снег. Как ни странно, Маро моментально послушался Кору, и мне пришлось хлебать исключительно это самое злосчастное молоко.

Потом грянули холода. Сезон тут же закончили: при такой погоде по горам не походить, а проводить ещё одну зиму вне родной долины никто не хотел. Возможно, Дарн решил бы иначе, но сейчас театром управлял Халнер, и он тоже считал, что задерживаться не стоит. Кроме того, каждый день «ваять» из-за кулис иллюзию моего личного номера (как и монторпа), ему тоже не слишком нравилось.

Лагерь свернули буквально за считанные часы, даже воды почти не набрали — зачем, если по пути будут горные ручьи и источники? Начался долгий, но радостный переход: люди возвращались домой.

На радостях взяли такой темп, что, когда через несколько дней караван добрался до крохотной лощины, решили устроить полноценный привал на пару суток. Тогда-то за мной и пришёл Халнер.

Он зашёл в повозку очень тихо. Молча кивнул лекаркам, протянул мне тёплый плащ. Как ни странно, но ни Кора, ни даже Эвелин не только не возмутились, но даже не удивились такой «краже» пациента средь белого (ну хорошо, сумеречного) дня. А ведь до этого никуда, кроме как вокруг повозки вместе с ними обойти, и не пускали!

Я пыталась заговорить, но Халнер только покачал головой. С каждым шагом он становился всё серьёзнее, даже мрачнее. Поначалу я удивлялась, но вскоре и сама поддалась настроению. Холодный воздух щекотался в носу, а усыпанная листьями земля резко пахла цветущим мхом, напоминая высохшие мумии в семейных саркофагах. И вместе с этим запахом в воздухе витала серьёзность, временами почти переходящая в скорбь.

Шли недолго. Халнер целенаправленно «догулял» меня до берега небольшого ручья, и усадил на поваленное дерево, а сам встал рядом. Потом он вынул из подпространства небольшой, в две ладони, кораблик. Целиком бумажный, но сделанный кропотливо, до мельчайших подробностей: крутые рыбьи бока, плоская палуба, тонюсенькие верёвочки от косых парусов-плавников. Едва взглянув, поняла: игрушка сделана не по игрушечному поводу.

Ханер хотел что-то сказать, но я жестом остановила его: всё и так ясно. Я запустила руку в карман, нащупывая огниво. Вместо него попался крохотный золотой паучок — тот самый, что подарили пауры в заброшенном храме. «Яйца», кричали они тогда, «яйца. Не трогать яйца». Вот так-то. Какие-то сбрендившие насекомые оказались проницательнее нас самих.

Щелчок, подсвёртка, Красный огонь на кусочке драгоценного металла. Когда кораблик осветился изнутри трепещущим светом, Халнер зашел по щиколотку в воду, и опустил «фонарик» в ручей.

Суденышко качнулось — раз, другой. Двинулось вперёд, плавно обходя стороной стремнины и мели, да так ловко, что на мгновение показалось, что им кто-то управляет. Потом он скрылся за большим камнем. Не сговариваясь, мы развернулись и пошли обратно в лагерь. Там, в тесной, набитой скарбом повозке, укутались в теплые шкуры, и долго сидели, и просто молчали рядом.

Интерлюдия V. Архив Инквизиции. Центр

Адресату по табелю «413»

Срочно/вне очереди

Лично

Регистрированный канал связи «7412»

получено 35 дня Левого Касания 257 цикла от Воссияния

Настоящим докладываю, что внеплановая проверка объекта, запрошенная охранным гарнизоном, выявила следующее:

— усилился износ общей конструкции хранилища. По ряду направлений возможно обрушение стен. Перечень работ, необходимых в первую очередь, подготовлен.

— система исходных кристаллов активна на среднем уровне. Полевая, развернутая охранным гарнизоном, имеет значительные шумы и погрешности. Возможно, сказывается внешний фон. Рекомендую развернуть дополнительную полевую систему и провести тонкую настройку имеющихся камней.

— фауна на объекте снова взята под контроль. Причина инцидента — ошибка в подготовке пяти особей из недавней кладки.

— активность местного населения находится на прежнем (минимальном) уровне.

— моральное состояние гарнизона хорошее. Комплекс мер и обрядов соблюдается в полной мере. При этом отмечается излишняя загруженность каждого сотрудника в отдельности.

В связи с изложенным, и с учетом действий, требуемых для приведения объекта в соответствующее его статусу состояние, прошу рассмотреть возможность увеличения финансирования. Кроме того, настоятельно рекомендую привлечь еще одну группу сотрудников, желательно, не менее половины циклиона.

В столицу отбываю по открытию западного перевала.

Да не омрачится лик Великого Апри.

Полевой сотрудник № 825

Адресату по табелю «12/86»

Срочно/вне очереди

Лично

Регистрированный канал связи «1274»

получено 42 дня Левого Касания 257 цикла от Воссияния

Усилить бдительность. Через пять Гарий должна прибыть группа «Т», в которой следует заинтересованное лицо и несколько страждущих. В этой связи ожидается усиление внимания к объекту. Проработайте дополнительный комплекс мер безопасности, с учетом выявленных проверкой недостатков. При этом вести работы по устранению недостатков запрещаю, как демаскирующие. Окончательный план согласовать с заинтересованным лицом. Дополнительная группа будет выделена и направлена к вам по первой возможности.

Да не омрачится лик Великого Апри.

Адресат по табелю «413»

Аркан V.ИЕРОФАНТ. Глава 20. Дело-то житейское

Когда ребята говорили о красоте и почти полной неприступности Хейдар, я считала это баснями людей, соскучившихся по дому. Для меня вот Сетер навсегда останется самым лучшим местом на свете, хотя с непривычки мало кто выдержит его солёное солнце. Однако в данном случае действительность, и правда, оказалась богаче любых слов.

Единственная дорога входила в долину сбоку, там, где скалистый и обрывистый южный борт прорезали две трещины. Они располагались под наклоном друг к другу. Несколько гигантских скал провернулись и рухнули вниз, как выпадает кирпич из старого забора. В теле застывшего каменного хаоса люди вытесали гигантские ступени. Широкие и низкие, они служили зацепками для повозок, которые иначе скатились бы к подножию. Хотя, в случае необходимости, скинуть с «лестницы» незваных гостей просто: узкий проход в долину Хейдар защищал форт.

Выточенные (выеденные? вырощенные?) из горы, стены сливались со скалами. Понять, как именно устроены укрепления, было почти невозможно, особенно сейчас, когда их основательно запустили. Растительность нагло выглядывала из амбразур и стрелковых щелей двух башен, а соединявший их мост-арка порос ползучим мхом. Кто-то явно старался обрезать фиолетово-коричневые плети, чтобы не мешали, но делал это слишком редко. Отростки свешивались из брюха и боков арки, обвивая остатки поднятых портикул. Ветер подвывал в невидимых трещинах, бросал в глаза горстки мельчайшей пыли. Вот уж действительно, остатки былой роскоши: незваным гостям долины нынче следовало опасаться скорее несчастного случая, чем военной хитрости.

Со стороны долины к форту примыкала ровная площадка, почти как в Озёрном, только без перил. Слева она отвесно обрывалась, а вот справа переходила в узкую, но ухоженную дорогу. Дорога вела к каменному мосту, и даже издалека было видно, что нижняя половина его опор гораздо темнее верхней. Ещё бы! Если на Туманном озере люди поселились в спокойствии давно потухшего кратера, то здесь, в долине Хейдар, повсюду кипела жизнь — жизнь самой планеты Мерран.

Твердь дышала. То здесь, то там, неслись к небу белёсые струи воды и пара. Особенно много справа, и чем ниже по течению реки, тем больше. Сама же речушка хитро извивалась, разделяя и без того узкую долину на две продольные части. Противоположный «берег» — менее скалистый. Там, на другой стороне, буро-красные склоны прорезали лощины и логи, сплошь поросшие кустарником. Но и без того, растительности немало: то здесь, то там виднелись пятна садов и многоугольники полей, чем выше по течению реки, тем больше. И ещё, конечно, башенки и шпили. Ага…

— Слышь, братишка, трубу дай? — ткнула я Маро, который ехал со мной на козлах лекарской повозки, — замок хочу поглядеть.

— Держи… Э, ты куда смотришь? Какой это замок, ты чего! Это Малый, там старый Огг, управляющий, живет! Замок дальше, на самой Спящей. Выше. Ещё выше. Вооон там, где большой скол…

— Да где к монтор… чтоб тебя! — я поперхнулась и чуть не выронила трубу.

То, что я сначала приняла за необычный уступ, оказалось стенами. Выточенные, а скорее всего выращенные из склона, они венчали огромную трещину, и скрывались в тени натёка лавы. Каменный навес прикрывал замок примерно на две трети сверху и частично сбоку, не давая заглянуть за укрепления. Из-за фигурных башт, замаскированных под уступы, виднелась всего пара крыш. Я едва сдержалась, чтобы не присвистнуть. Если это — жалкие остатки проигранного состояния, то каким же оно было до той злосчастной дуэли? И насколько же древний род Хайдек, чтобы их замок явно вырастили по той же технологии, что и Цитадель, и пограничный Тмирран…