Майя Фабер – Симбиоз. Моя чужая победа (страница 41)

Я начала говорить быстро, четко, без лишних слов и формальностей, краем глаза следя за таймером основной трансляции:

— Анна, слушай. Штрауд ликвидирован, заложники эвакуированы. Федерация этого не знает. Мы сейчас ведем трансляцию от его имени, и, надеюсь, они верят, что он жив и все еще опасен. У вас с Советом совсем немного времени, пока заложников не доставили на Землю, а наш блеф не раскрыли. Вы должны организовать операцию по захвату «Поддержания». Времени больше не будет, приступайте прямо сейчас.

Анна поняла все без лишних вопросов:

— Ясно. Передам Совету немедленно. Операция начнется сразу после окончания трансляции. Я пришлю за вами хаарс, как только смогу. Станцию оставлять пока нельзя. Вы сможете продержаться?

— Продержимся, — ответила я, контролируя свой голос. — Сколько потребуется.

— Поняла, — сказала Анна и отключилась.

В этот момент изображение Штрауда на главном экране погасло, трансляция завершилась, и в зале снова повисла густая неприятная тишина.

Кайл обернулся ко мне:

— Теперь все зависит от Анны и Совета — и от того, как долго Федерация будет верить, что Штрауд еще жив.

Я хотела ответить, но тут что-то мелькнуло на краю зрения. Кайл вскрикнул и отшатнулся назад, схватившись за предплечье. На его куртке тут же расплылось темно-красное пятно.

Схватив его оружие, я повернулась к двери и направила ствол перед собой.

На пороге, тяжело дыша, стоял Макс, о котором мы все забыли. Лицо его было бледным, широко раскрытые глаза блестели от безумия и страха. Пальцы судорожно сжимали старомодный пистолет, который он неизвестно где тут взял.

— Вы не сделаете этого! — выкрикнул он дрожащим голосом. — Я не позволю вам уничтожить проект «Поддержания». Мой единственный шанс получить «серую кровь»! Мне обещали, что я буду жить! Я не позволю вам его отнять!

Кайл шагнул вперед, сцепив зубы от боли и сдерживая ярость:

— Макс, опусти оружие. Ты зашел слишком далеко.

Но тот не слушал. Взгляд метался между нами, Макс почти не контролировал себя. Весь его вид говорил о том, что он не собирается отступать, даже если цена — жизнь любого из нас.

— Вы не понимаете, — почти всхлипывая, проговорил он, хватаясь рукой за дверной косяк, чтобы не упасть. — Я не могу просто уйти! Я не собираюсь умирать! Мне нужен симбионт или «серая кровь». Это единственное, что может спасти меня. Без них мне конец! А вы… вы так трясетесь над своими симбионтами! Нет-нет. Никакого уничтожения проекта сейчас не будет!

Он снова тяжело закашлялся, согнувшись и с трудом оставаясь на ногах. Его руки ходили ходуном.

Я сильнее сжала оружие, понимая, что любая ошибка сейчас будет стоить нам слишком дорого. Макс дошел до точки, из которой не было возврата, и это делало его непредсказуемым, смертельно опасным противником.

Глава 62

Макс тяжело дышал, с трудом удерживая оружие направленным на нас. Руки его тряслись больше с каждой секундой, а взгляд метался между мной и Кайлом, полный отчаяния и бессильной ярости. Он словно балансировал на краю безумия, готовый сорваться в любую секунду.

Зал управления освещали тусклые аварийные лампы, отбрасывающие причудливые тени на стены и пол. В воздухе до сих пор висел едкий запах горелого пластика, а пол был усеян мелкими осколками одного из пультов.

Я стояла напротив Макса, ощущая, как напрягается каждый мускул в теле, готовясь к неизбежному броску. Кайл был рядом, его лицо заметно побледнело, второй рукой он крепко зажимал рану на предплечье. Но его взгляд не отрывался от Макса, наполненный смесью тревоги и сожаления.

— Макс, остановись, — произнес Кайл, стараясь не спровоцировать новый всплеск агрессии. — Ты сейчас делаешь только хуже. Это ни к чему не приведет.

— Для вас уже не будет хуже! — выкрикнул Макс. — Ты все время лгал мне! Ты обещал мне здоровье, обещал «серую кровь» и нормальную жизнь! А сам всегда знал, что твой приказ — уничтожить тут все! Чтобы точно не нашлось способа дать симбионта взрослому человеку!

Кайл глубоко вздохнул, стараясь подавить очередной приступ боли, и посмотрел на Макса с виной во взгляде:

— Я действительно хотел тебе помочь, Макс. Я надеялся, что получится иначе…

— Хватит врать! — перебил его Макс с истерическим визгом, яростно качнув оружием в сторону Кайла. — Ты с самого начала знал, что ни Федерация, ни Коалиция не помогут мне, разве не так? Твоей миссией всегда было одно — уничтожить все, что мне так необходимо! Ты просто использовал меня, чтобы достичь своей цели!

Его голос сорвался в высокий надломленный вопль, а затем перешел в горький мучительный смех, полный отчаяния и боли. Меня передернуло от этого звука — перед нами стоял человек, у которого не осталось ни надежды, ни страха.

Кайл осторожно подался вперед, протягивая здоровую руку:

— Макс, успокойся, мы…

— Не подходи! — выкрикнул Макс, вновь вскинув оружие и направив его в грудь Кайлу. В его глазах больше не было ничего, кроме исступленной ненависти. — Это уже бесполезно! Пока вы тут болтали с Анной и изображали героев, я воспользовался твоим доступом, Мара! Надо же быть такой дурой, чтобы разом включить все системы, а? Я активировал боевой режим станции! Вы думали, я ничего не понимаю в ваших системах? Ты сама дала мне доступ своей кровью! Теперь Пятая уничтожит Коалицию, если я не получу то, что мне обещали!

Кайл застыл на месте, словно окаменев, а затем перевел взгляд на меня. По моему телу прокатилась волна ледяного ужаса, когда я осознала, что Макс говорит правду. Я действительно активировала системы во время связи с Анной, и он мог незаметно воспользоваться ситуацией.

Наплевав на осторожность и реакцию Макса, я вполоборота повернулась к главной панели. Не сразу, но нашла, что искала. Боевой режим был включен, цели зафиксированы.

Макс продолжал безостановочно говорить, сверля взглядом Кайла, полностью погруженный в лихорадочный монолог:

— Ты думал, я позволю тебе лишить меня последнего шанса? Я не собираюсь умирать один! Без симбионта или «серой крови» я обречен, но если мне не достанется жизнь, то не достанется и вам! Я уничтожу вашу Коалицию и все ваши жалкие надежды!

Его шатало все сильнее, он стремительно утрачивал связь с реальностью, и я поняла, что другого шанса не будет. Пока Макс продолжал надрываться, глядя исключительно на Кайла, я максимально аккуратно сделала шаг, обходя его с фланга.

— Вы разрушили мою жизнь! Теперь я разрушу вашу! — кричал Макс, не замечая, как я приближаюсь к нему.

Я не хотела убивать его. И не только из жалости. Он должен был исправить то, что натворил.

Задержав дыхание, я бросилась вперед и ударила Макса по запястью. Пистолет выскользнул из ослабевших пальцев, со звоном упал на пол и отскочил в дальний угол зала. Макс вскрикнул и попытался схватить меня за плечо, но Кайл оказался рядом. Превозмогая боль, он одним уверенным движением повалил Макса на пол и заломил ему руки за спину.

Макс еще пару секунд метался, безуспешно пытаясь вырваться, затем обмяк и замер, надрывно дыша.

— Уже ничего не изменить, — прохрипел он, уставившись в пол. — Я активировал боевой режим. У вас всего несколько минут. Если я не получу обещанного, Коалиции конец.

Кайл отступил на шаг, тяжело поднялся, не сводя с Макса глаз, полных ярости и сожаления:

— Ты даже не представляешь, что натворил. Ты погубил не только нас, но и себя.

Макс медленно поднял голову, его взгляд был пустым, безжизненным:

— Мне уже все равно, — прошептал он. — Пусть никто не выйдет отсюда живым.

Он закашлялся. Я попыталась обыскать его, но ингалятора не было. Как и сумки.

Макс потерял сознание, оставив нас наедине с угрозой и страхом.

У нас были считанные минуты, чтобы отменить боевой режим, который Макс успел активировать.

Я бросилась к главной панели, пытаясь сделать хоть что-то.

Глава 63

Макс лежал на полу неподвижно, только грудь чуть заметно приподнималась в поверхностном дыхании. Его лицо побледнело, покрылось каплями холодного пота, глаза бессмысленно смотрели в одну точку. Он выглядел так, будто находился на пороге смерти. Но сейчас никто из нас не мог думать о помощи ему — все внимание занимали быстро сменяющиеся символы на панели боевого управления, которые приближали нас к неминуемой катастрофе.

Я снова взглянула на экран, чувствуя, как по телу разливается липкий сковывающий страх. Непонятные символы вспыхивали и исчезали так быстро, что невозможно было уловить хоть какой-то смысл.

— Кайл, — негромко позвала я, с трудом узнавая собственный голос. — Ты знаешь, как это остановить?

Кайл разглядывал бегущие строки и сменяющиеся схемы. Несколько секунд спустя он помрачнел и покачал головой:

— Нет. Я даже не представляю, что это. Никогда раньше не видел эти системы.

Мы одновременно перевели взгляд на Макса. Он лежал без движения, с полубезумным выражением на лице. Было очевидно, что добиться от него какой-либо информации невозможно. Я не могла понять, как он сумел запустить такой сложный процесс, но сейчас это не имело значения — времени выяснять детали не оставалось.

Вновь посмотрев на панель, я ощутила, как внутри нарастает мучительное отчаяние:

— Мы не сможем разобраться в этом сами. Это системы хаарс тех времен, когда они еще не прибыли на Землю. Единственный шанс что-то понять — обратиться к банку памяти станции.