Майя Фабер – Ловушка предназначения (страница 31)

— Можешь рассказать, что было после того, как он ее принес? — попросила я.

— Да ничего не было, — потерла переносицу Несса.

— А паутину ты видела? Трогала?

— Нет, — удивилась она. — Да я о ней узнала, только когда ты вляпалась в нее и та стала видимой. А до этого и понятия не имела, что за подарок он притащил.

Я вопросительно посмотрела на Генри, и он развел руками.

— Странно, — протянула я.

— Был выходной, торопиться было некуда, и я весь день читала, — пожала плечами Несса. — Ты же все равно возвращалась. Ну я и оставила твой подарок тебе. Ничего тут и не случалось.

— Совсем ничего? — встрял Генри. — Никто не заходил? Не заглядывал? Ты не подходила к двери? Не использовала никакие заклинания?

— Да зачем мне… — возмутилась было она, но передумала продолжать.

— Значит, случалось? — ехидно уточнил Генри, и я одарила его предупреждающим взглядом.

— Ерунда, но… — помедлила она, — один раз дверь приоткрылась сама.

— В смысле? — удивилась я.

— Она скрипнула, пока я читала. Когда подняла голову, она была наполовину открыта, — недовольно пояснила Несса. Всякие странности пугали ее, поэтому рассказывать о них она могла только с резко нарастающим раздражением, будто сама себя презирала за то, что говорит ерунду.

— Значит, ты подходила к ней, чтобы закрыть? — спросил Генри.

— Да нет же! — воскликнула она, расстроенно глядя на него. — Сначала я подумала, что пришел Тайлер, очень походило на него по шарканью ботинок. Решила, что он переминается за дверью, ожидая приглашения. Выглянула в проем, но там никого не было. Тогда я открыла окно пошире и дождалась, когда сквозняк захлопнет дверь за меня. И продолжила читать.

— Интересный у вас дружок, — пренебрежительно оценил Генри.

— Любопытно, где он, — вслух подумала я.

— Не хотела тебе говорить, — смутилась Несса, — но я видела его с Эммой.

Я не сразу поняла, что плохого она в этом нашла, но вскоре дошло и до меня.

— Ты можешь говорить все что угодно, — пояснила я. — Мы с ним расстались. Мне без разницы, где он и с кем.

Несса с заметным облегчением выдохнула, а потом покосилась на Генри.

— Мне тоже без разницы, где он, — весело отозвался тот.

Я тихо засмеялась.

— Я имела в виду ее… — начала Несса.

— Не обращай на него внимание, — посоветовала я ей. — Он способен испортить любую мысль.

Я смотрела на Генри, а он хмурился, обдумывая услышанное. Кажется, я и без связи знала бы сейчас, что вертелось у него в голове.

В этом замке стали слишком часто открываться двери.

Глава 50

— Кто-то зашел, и кто-то вышел, — заключила я.

— Куда зашел? — поежилась Несса.

— Нет, не сюда, — спохватилась я. — Сегодня в лаборатории, пока мы там сидели, дверь приоткрывалась дважды. Кажется, я зря грешила на Клубка. Ему это тоже не слишком понравилось, а спросить его мнение трудновато.

По коридорам из лаборатории он с нами не пошел, предпочел явиться по воздуху, и теперь, распушившись, лежал на подоконнике, делая вид, что вообще не с нами. Только изредка недовольно косился на Генри, который занял мою кровать, причем умудрился промять старый матрас так, что Клубок явно не желал рисковать и укладываться рядом: ровно не получится, удобно — тоже. Лечь неудобно не позволит кошачья гордость — всем ведь ясно станет, что он смирился с посягательством на наше имущество.

— Ерунда какая. — С самым беззаботным видом изрядно побледневшая Несса отправилась к шкафу, чтобы натянуть кофту потеплее. Видимо, смирилась с тем, что ночь для нее закончилась. Для нас она даже не начиналась.

— Заклинание невидимости не держится больше минуты, да и то, если хватит сил. Это же детское развлечение, чтобы потратить их все, а потом притвориться больным, — удивилась она. — Его просто не хватит, чтобы забраться в комнату и выйти из нее позже. Да и я бы заметила кого-то в коридоре, даже уходи он прочь.

— Не хватит, — согласился Генри. — От него пользы — разве что врезать кому-то, пока он не ожидает.

— Мальчишки! — фыркнула я.

— Дети, — согласилась Несса.

Я устало присела к столу:

— Сколько еще здесь бродит адептов с уникальными возможностями?

— Да полный замок! — «утешил» Генри.

Увы, он вполне мог оказаться прав. Пока я убеждала себя, что должна стать такой, как все, никаких «все» не существовало и вовсе. Мрак менял и людей, и драконов, не только при рождении, но и дальше, на протяжении всей жизни в нем.

Мамина работа вдруг предстала передо мной в ином свете. Однажды я вслух удивилась, зачем продолжать, если ей уже удалось создать составы, которые помогают людям жить здесь, не испытывая серьезных проблем. Особенно тем, в ком отпечаток Мрака небольшой. Тогда она ответила, что до помощи всем ей далеко — поселенцы слишком разные.

— Еще? — заинтересовалась подруга.

— Познакомься, — ткнула я пальцем в сторону Лавьера, — он порождение.

— Так это правда? Что там про контакты?

— Конечно нет, — открестился Генри с ехидной улыбкой. — Вы же, девчонки, чего только не придумаете.

— Говорила я тебе, — позлорадствовало Несса.

— Ага, — только и смогла ответить я, бросив на Генри недовольный взгляд.

— Что вы знаете об этом вашем Тайлере? — спросил он.

— Да ничего особенного, — пожала плечами я.

— Но ведь твоя мать его проверяла, когда он явился сюда? Она всех проверяет?

— Разумеется, — смутилась я. Показалось, что Генри испытывал меня, решив заодно выяснить, просто так ли его допрашивали когда-то. — Только магию и отпечаток Мрака, чтобы знать, чего ожидать и какие зелья выдавать. Но я не думаю, что его или кого угодно оставили бы здесь, представляй он опасность для других, — добавила я, сама не зная, кого пытаюсь оправдать: Тайлера, маму или всех разом.

— Темные тоже могут быть врагами друг другу, — невесело усмехнулся Генри.

— У Злюки в кабинете хранятся все личные дела адептов, — пискнула Несса, встревая в разговор, и мы с одинаковым сомнением уставились на нее.

Глава 51

Кабинет Злюки располагался недалеко от наших учебных комнат, поэтому, чтобы пробраться туда днем, нужно было считать себя как минимум самоубийцами. Если она и не заметит, то вокруг будет крутиться столько народу, что ей обязательно донесут. Эмма или ее подружки так и вовсе бегом докладывать побегут.

Немного утешало, что с утра Злюка по-прежнему должна была открывать день в исследовательском крыле, так что немного времени у нас было.

Поэтому полчаса спустя мы вчетвером, включая то и дело шипящего Клубка, добрались до ее кабинета. Из нашей компании кот оказался самым адекватным, совершенно не одобряя эту идею.

Взламывать дверь мы не решились. У Злюки явно было куда больше способностей к заклинаниям, а половину ловушек мы и вовсе могли не знать. Так что мне пришлось потратить минут пятнадцать, убеждая сам за́мок, что нам очень нужна дыра прямо вот в этой стене. Вторая дверь в комнату не воодушевляла местные полуживые стены: куда проще было открывать тайные проходы, ведь они уже существовали, просто их никто не видел.

— Что ищем? — спросила я, когда мы наконец оказались внутри, а не запланированная строителями дыра пропала.

— Уровень отпечатка Мрака, — отозвался Генри, подходя к широкому комоду со множеством ящиков. — Самые верные кандидаты на обладание уникальными способностями.

Несса прогуливалась по кабинету, отказавшись прикасаться к вещам Злюки: мало ли какие там отпечатки останутся. Клубок бродил за ней следом. Создавалось жуткое впечатление, что он неотступно пасет свою жертву, ожидая, когда она оступится, устанет или просто сделает неверный шаг. Видимо, ей он тоже действовал на нервы, потому что Несса то и дело оглядывалась на него, но молча поскрипывала зубами.

Мы же нашли личное дело Лавьера, и я изо всех сил старалась ничего лишнего в нем не прочитать, оставив Генри хоть немного отдыха от любопытных глаз и ушей. Мне бы тоже не хотелось, чтобы кто-то читал обо мне, даже Несса, которой я доверяла.

Зато данные Генри можно было использовать для ориентира. Это помогало, учитывая, что и личные дела приходилось перебирать очень быстро. Так же быстро наступало и разочарование, смешиваясь с безмолвным «я был прав» от Лавьера.

Из всех адептов, которые сейчас учились в Академии, только у Тайлера отпечаток Мрака в теле был сравним с отпечатком у Генри. Или, как я догадывалась, у меня. Последствия того, что чистый яд порождений побывал в крови одного из родителей. Учитывая, что противоядия тогда только разрабатывали, таких, как мы, и не могло быть много. Нашего возраста. От укусов в то время просто умирали, не оставляя потомков. Требовалось много влияния и связей, чтобы получить экспериментальные препараты. Например, как у Лавьера старшего.