Майя Эйлер – Истинная на одну ночь (страница 3)
Даже обладатель маленького члена…
Подняла взгляд, встретилась с его глазами и снова задохнулась. Что я там про член думала? Нет, у такого голодного взгляда не может быть крохотного основания, я в этом точно уверена. Вот душу готова продать за эту уверенность.
– Значит, хорошая девочка.
И меня снова повело от его голоса.
Валить нужно. И побыстрее, пока я ещё хоть как-то могу себя контролировать!
– А… долго ещё тут? – осмелилась прошептать.
– Долго, – Илья окинул меня задумчивым взглядом и вдруг перебил неспешный разговор: – Макс, ты ещё долго?
– Уходим? – как-то сразу спросил второй оборотень и посмотрел на меня.
А я…
Так, что они мне в кофе подмешали?
Или не в кофе? Ведь я с первого взгляда себя не в своей тарелке почувствовала, но потом всё только усугубилось, и мне это не нравится. Ладно, пусть я кончаю от одного взгляда на Илью, но вот второй-то тут причём? Я же не извращенка! Мне и одного хватит.
– Да, девочка устала, – заявил, и у меня челюсть отпала.
Посмотрела на него с укоризной, ведь не дело сваливать всё на меня. Это у них тут деловые переговоры! И если не хочет сидеть, то нечего делать вид, что уходит только из-за того, что какая-то левая тёлка решила поныть о своей усталости! Так дела не делаются!
– Тогда сворачиваемся, – неожиданно встал Максим и протянул мне руку.
– Э-э-э, – я зависла, смотря на него, а потом покачала головой, зачем-то признавшись: – Я сапоги расстегнула… Вы идите, я догоню.
И, конечно же, почувствовала себя полной дурой.
– Максим Николаевич! – выдохнул Рома.
– Так сильно устали ноги? – нахмурился Максим.
И сделал это так мило, что я чуть по стулу не растеклась от восторга. Да, точно подлили что-то в кофе, иначе и не представляю, из-за чего могу так на них реагировать. На обоих! Потому что одного мой атрофировавшийся мозг ещё мог вынести, но двоих – это уже из фантастики и дешёвеньких любовных романов.
– Точно придётся наказать, – Илья опять оказался слишком близко ко мне.
А Максим, мать его, Николаевич вдруг опустился на колени, ловко выудил мои ноги из-под стола и аккуратно застегнул сапоги.
У меня дар речи пропал. Я просто смотрела на тёмную макушку оборотня и тихо истерила про себя. От восторга, от нереальности, от невозможности разобраться в том, что тут происходит.
– Отвратительная вещь, – провёл по кожзаму ладонью Максим и поморщился. – Неудивительно, что ты устала. Илья, отметь, что нужны новые вещи, это никуда не годится.
– Э-эм… это, вообще-то, мои сапоги, – промямлила и заткнулась, когда оборотень поднял на меня взгляд.
Да, в моей ситуации самый верный вариант – молчать в тряпочку.
– Дрянь отвратительная, больше их носить не будешь, поняла?
Кивнула, потому что спорить с ним, кажется, смысла не имело. Всё равно останется при своём. Ну, мужик сказал, мужик не сделал, к этому я привыкла, так что особого внимания на понты не обратила. Всё равно завтра уезжаю, а их внимание даже на курортный роман не тянет.
– Макс, номер готов, ей, правда, стоит отдохнуть. Мы облажались, – Илья встал за спиной своего… друга? Партнёра? Босса?
Макс потянул меня на себя, и я встала, улыбнулась растерянно, потому что пока что не могу понять, что им от меня нужно. То есть, я прекрасно осознаю, чего они хотят, потому что сама испытываю нечто похожее… Хочу их обоих! Но это я – сегодня вставшая не с той ноги и поэтому ненормальная. А они? Крутятся вокруг меня оба, смотрят так… и не делят. Это и напрягает.
Не успела додумать правильную мысль, как Макс подхватил на руки, прижал к груди и направился на выход.
– Что ты! – охнула, обхватила его за шею, боясь упасть.
Очень хотелось выругаться, но я не стала, почему-то погружаясь в странное состояние «делай со мной что хочешь!» И откуда оно только взялось?
– Макс, давай я, – рядом возник Илья, – ты же ещё не отошёл от травмы.
– Нет, сам понесу, – странно рыкнул оборотень, прижав меня теснее.
– Куртка, – напомнил Илья.
– Чёрт! Возьми её вещи. Где наш номер? – очень грубо спросил Макс у Ромы, который крутился рядом.
– Я провожу? – выдохнул тот потеряно, и я встретилась с ним взглядом.
Да, мужик, я тоже в шоке, только тебе, кажется, повезло больше. Тебя на руках не таскают, непонятно чего не хотят, да и сам ты не течёшь как мартовская кошка при виде сразу двух мужиков.
Наверное, мне всё же стоило вырваться, настоять на своём, но что-то во мне перегорело. Полагаю, это были инстинкт самосохранения и благоразумие, которые раньше меня очень хорошо выручали. Да всю жизнь они мне сберегли! Я же по кривой дорожке не пошла, хотя могла, как и пророчили любимые родственники, только потому, что умела вовремя остановиться и знала, когда свернуть и по какому пути идти. Что со мной произошло сейчас? Я не протестую, я покорилась тому, как нахально посторонний мужик схватил меня на руки и распоряжается моим временем! И более того! Я хочу в его чёртов номер, потому что прекрасно понимаю, чем мы там будем заниматься. Понимаю и горю желанием!
Свихнулась.
– Номер!
– Э-э-э… Шестой? – беспомощно оглянулся на кого-то за нашей спиной Рома. – Шестой!
– Туда?
– Д-да…
Макс повернул и несёт меня на руках куда-то в сторону лестницы наверх. Я попыталась увидеть, что происходит, но лишь наткнулась на ухмылку Ильи, который шёл следом за нами и широко улыбался. И вещи мои были у него. Я даже выдохнула с облегчением, потому что на какое-то мгновение успела испугаться, что он посеет моё имущество, и как мне потом домой возвращаться?
И только когда Макс начал подниматься по лестнице, до меня дошло, куда и зачем он направляется.
Вот только вместо испуга накрыло странным волнительным ожиданием, с которым трудно справиться. Руки и ноги дрожат, в животе полыхает, словно огненного перца наелась, желание накрывает розовым туманом, и я едва сдерживаюсь, чтобы не застонать, хотя пока что никаких причин для этого нет.
На последней ступеньке Макс замер, посмотрел на меня и неожиданно произнёс:
– Хочу тебя.
И поцеловал.
Глава 4
Сказать, что меня вынесло в космос, значит, ничего не сказать. Я и так висела у него шее, а теперь оказалась так тесно прижата к груди, что едва могла дышать. Ладно, дышать не могла по другой причине.
Я не слишком опытная девочка, да, признаюсь, любовь-морковь всё же не для меня, насмотрелась на «правильные» семейные отношения и избавилась от недостатка в виде девственности скорее из-за того, чтобы в дальнейшем это жить не мешало. Как раз вот для такого случая. Но целоваться любила и умела.
Ха! Думала, что умею, потому что то, что вытворял с моим ртом этот оборотень, просто не поддаётся логическому восприятию.
Он – бог поцелуев!
Я извивалась на его руках, старалась обнять сильнее, стать частью его тела, потому что никак не могла контролировать себя. А Макс целовал. Играл с моим языком, выплетал непонятные, но чувственные узоры, ласкал, не грубо, но очень нежно прикусывал губы, словно проверял меня на прочность. И я отдавалась ему в этой ласке полностью, стремилась повторить за ним, усвоить науку. И проигрывала, потому что по сравнению с ним была неопытной овечкой, которая попала в лапы большого серого волка.
Во всех смыслах.
Мозги плыли, я не соображала, что делаю, куда это может меня завести. Я уже завелась и хотела только одного, чтобы этот мужик не останавливался. Текла и бесилась, что на мне ещё есть одежда, ведь она так сильно раздражает ставшую слишком нежной и чувствительной кожу.
А потом поцелуй прекратился.
Нет, я не пришла в себя, не стала тут же серьёзной и разумной. Я расстроилась, со стоном упёрлась лбом в его плечо, дыша тяжело и медленно. Мне нужен был кислород, и я собиралась его получить, а потом ринуться в атаку, чтобы понять, будет ли продолжение.
Будет? Ха! Оно не просто будет, оно обязательно случится! Вопрос только в том, как именно.
Макс поставил меня на ноги, но сразу не отпустил, подождал немного, пока я приду в себя.
Я вскинула голову, чтобы посмотреть на него, но неожиданно почувствовала на своей талии руки, вздрогнула, подалась вперёд, вжимаясь в Макса, и услышала довольный смешок.
Что-то я совсем забыла про Илью, который тоже проявлял ко мне интерес. Забыла… И вот теперь думаю, а что он здесь делает?
Сердце забилось быстро-быстро, пока в голове одна за другой возникали страшные, но интригующие мысли. Одна пошлее другой, так что я наверняка покраснела. И сильно.