Майя Эйлер – Истинная на одну ночь. Вторая попытка (страница 3)

– Максим! – Марк вышел мне навстречу, улыбаясь одними губами. – Прошу прощения за то, что встречу пришлось перенести, но у меня сегодня насыщенный день, боюсь, в другое время у нас попросту не выйдет встретиться.

– Ничего страшного, я всё понимаю, – кивнул ему. – Я тоже не смогу надолго задержаться, мне нужно к паре.

– О, – замялся он. – Я не знал, что ты уже встретил дарованную Луной.

– Встретил, – хмыкнул почти весело. – У тебя здесь отличный климат, стоило только выдохнуть свежий воздух, как она прямо-таки упала нам в руки.

– Нам?

– Илья стал частью моей семьи.

– Поздравляю, – вот теперь Марк словно оттаял. – Я тоже недавно встретил ту самую, так что могу тебя понять. Но перейдём к делу. Ты предлагаешь разделить трафик туристов с юга, направив общие усилия на рекламу?

– Да, думаю, это даст хорошие результаты.

Откинул все мысли, что могли помешать работе, но никак не мог избавиться от разъедающего душу ощущения, что я катастрофически опаздываю. Куда?

Глава 2

Илья

Твою мать…

Твою мать.

Твою мать!

Слов нет, одни маты.

В номер влетел, торопясь изо всех сил. Принять душ, переодеться – на это отвёл себе шесть минут. Дурацкая привычка, о которой мало кто знает, но, надеюсь, теперь у меня появится возможность рассказать о ней своей паре.

Пара. Единственная, которую я даже не надеялся встретить так рано. Отец встретил маму, когда ему было уже далеко за сорок, а мне только тридцать. Голову вынесло сразу и навылет. Никогда не думал, что может быть так: смотришь на одну женщину и не помнишь, были ли когда-то другие. Она разом затмила всех, стёрла из памяти прошлое, обнулила все мои достижения на постельном фронте. Когда-то я спрашивал отца, каково это – встретить свою единственную? Тогда он сказал, что я пойму.

Что же, теперь я понял.

Сладкая Тина осталась в номере Макса. Душ в её полном распоряжении, она у нас девочка, испачканная утренними радостями, так что плескаться будет долго. Это мне нужно три минуты, сказывается военное прошлое, а вот наша пара наверняка решит понежиться под тёплыми струями, которые будут нежно ласкать её тело, скатываться каплями по розовой коже. Соблазнительно. Эротично. И будь я рядом, обязательно слизнул бы их, чтобы удовлетворить свою потребность в тактильном контакте.

Блядь.

Зажмурился, успокаивая себя и взбунтовавшегося волка. Нам хотелось одного – вернуться в номер и закинуть Тину на кровать, чтобы ещё раз повторить всё то, что было ночью, потом утром, а потом повторить повтор. И так по кругу, насколько хватит наших сил.

Одевался быстро и просто. Джинсы, неизменная белая футболка, куртка, жаль, оставил её у Макса в номере, но идти за ней сейчас опасно, могу не выдержать и заскочить к Тине в душ. Нет, пусть наша сладкая помоется нормально, хотя мой запах на её коже звучит потрясающе.

А вот потом её стоит накормить. Оглядел номер в этом убогом клоповнике. Конечно, «Северная Долина» считалась отличным курортом, но им далеко до нашей «Таёжной». Поляков стремился к расширению, чтобы захватить как можно больше ресурсов, привлечь столько народа, сколько смогут вместить его гостиницы и вип-домики. Хорошая стратегия, действенная. Но вот мы изначально пошли по иному пути. База отдыха «Таёжная» не гремела как горнолыжный курорт, но вся элита стремилась к нам – в тихие, уютные домики. После городских джунглей из металла и бетона оборотни могли отпустить себя и почувствовать свободными. Да, за большие деньги, да, на очень недолгое время.

А вот здесь всё иначе. Я не увидел в номере даже мини-бара, зато наткнулся на телефон и позвонил на ресепшен.

– Доброе утро, Илья Германович, – сладко пропел девичий голосок, и у меня даже зубы свело от его приторности.

– Доброе, – утро действительно было добрым, оставалось только порадовать Тину каким-нибудь подарком и завтраком. – У вас ресторан уже работает?

На том конце провода повисла тупая пауза.

– Боюсь, что нет, – наконец, ответила сотрудница лучшего отеля «Долины». – Но рядом есть хорошее кафе, я могу сделать там заказ, и его доставят очень быстро.

– Сам сделаю, – аж вздрогнул, представив, что там может быть.

Не удивился бы, увидев эту девку, обмазанную сливками и с чашкой клубники в руках.

Плюнул на куртку, рванул вниз, чтобы побыстрее принести Тине что-нибудь из еды. Ей нужно восстанавливать силы, нельзя голодать. Это у Макса, наверное, произошло разжижение мозга, и он ни о чём. Кроме секса думать больше не может. А мне придётся добывать пропитание для нежданной пары и радовать её до тех пор, пока мы не соберёмся отсюда уезжать домой.

– Илья Германович, – попыталась остановить меня бюстом вчерашняя волчица.

Если бы не Тина, этой вчера могло что-то от меня и перепасть, я не жадный. Но сегодня посторонняя женщина вызывала отвращение, а навязчивый аромат духов душил.

– Что такое? – бросил ей, пытаясь обогнуть по дуге и не задеть.

– Будут какие-то распоряжения?

– Будут. Держись от меня подальше. Бесишь.

Не лукавил, да и произнёс это со своей привычной ухмылкой, в которой волчица прочла всё, что я ей адресовал. Не дура, отступила сразу, только злобный огонёк в глазах скрыть не смогла, у меня на это глаз намётан. Так что ничего о Тине говорить не стал, хотя собирался попросить придержать её, если она вдруг куда-нибудь намылится.

Да нет. Прикинул по времени, детку мы заездили капитально, не должна она так быстро отмыться до скрипа, успею вернуться. И выскочил на улицу, по запаху выбрав направление к заведению, где уже работала кухня.

Вот только там оказалось неожиданно многолюдно, словно все обитатели этого крохотного, но чересчур популярного курорта сегодня собрались здесь. На меня смотрели удивлённо, я один был раздет, остальные хотя бы ради приличия накинули куртки. Это бесило, но я держался ровно до того момента, пока не выловил официантку, потребовав у неё сделать мой заказ немедленно. Девушка попыталась протестовать, но быстро сдалась, смоталась на кухню и оповестила, что всё готовят, нужно подождать десять минут.

Ожидание раздражало. Волк выл и скрёбся внутри, требовал поторопиться, но я понимал, что ничего сейчас сделать не смогу. Поэтому успокаивал его воспоминаниями о нашей сладенькой паре, которая наверняка стояла голенькой под душем и гладила себя своими тонкими пальцами. Представил, как возвращаюсь в номер и заваливаю Тину на кровать, и дико возбудился. Пришлось резко приходить в себя, надавав мысленных пощёчин. На меня уже косо поглядывали, запах возбуждения резкий, его ни с чем не перепутаешь, так что единственный вариант – это успокоиться. И уже потом выплеснуть на нашу красоту всё, что накопилось.

– Ваш заказ, – недовольно поджав губы, ко мне подошла официантка и буквально всучила бумажный пакет.

Я ухмыльнулся, мазнул картой по терминалу и вылетел на улицу, спеша к гостинице. Почти у самого входа меня что-то задержало, какое-то беспокойство, словно я уловил запах, которого здесь не должно быть.

– А-а-а… Илья Германович!

Поморщился, но развернулся, расставил ноги пошире, словно ждал удара. Ясное дело, его бы не было, но показать себя просто необходимо.

– Женя, – хмыкнул, когда бывший сотрудник оказался рядом. – Что, теперь работаешь здесь?

Парень, неплохой по силе оборотень, что ушёл от нас меньше месяца назад, подошёл поближе и вдруг стушевался.

– Я извиниться хотел, что так…

– Вот только не надо! – поморщился, понимая, что сейчас пойдут оправдания. Никогда этого не любил, не стоит ему и начинать, только хуже сделает.

– У меня просто мама здесь работает, – Женя поднял голову и твёрдо на меня посмотрел, – отца не стало месяц назад. Я боялся за неё.

Чёрт. Блядь, а тогда он нормально об этом рассказать не мог?

– Обратно не возьмём, – уже спокойнее ответил ему.

– Я и не стремлюсь, – он грустно улыбнулся. – Налажал. Но хотел попросить прощения за ту ситуацию. За то, что подвёл.

– Ясно. Свободен.

Разговаривать с ним не хотелось, хотя его тревогу я прекрасно понимал. Потерять пару – это страшно, некоторые и жить дальше не хотят. А тут – уже взрослые дети, ничего не удержит, так что парень поступил правильно.

Но, блядь, всё равно неправильно! Мог нормально сказать! А не бросать пост! Воспоминания загрузили, и я завис, задумался о том, как сложно выбирать сотрудников.

В гостиницу вошёл злым, но взял себя в руки. Разом. Потому что пара не должна видеть, как я бешусь. Для неё и я, и Макс всегда будем пушистыми зайчикам. Нет, будь она волчицей, я бы не стал скрываться, но человек может воспринять мою обратную сторону не слишком хорошо. А нам что надо для счастья? Правильно, чтобы счастлива была пара, и только она! Мы как-нибудь сами справимся.

– Илья Германович, – ко мне подплыла волчица, которую я вот только недавно бортанул, скосила взгляд на пакет с едой и втянула воздух. – А почему вы не сказали о том, что голодны? Я бы всё сделала…

Тупая или прикидывается?

Даже не стал отвечать. Брезгливо обошёл её и направился к лестнице. К Тине хотелось неимоверно, волк беспокоился, слишком уж долгой казалась ему разлука. Да и мне вдруг стало не по себе, желание увидеть её и убедиться, что всё в порядке, захлёстывало с головой.

Последние метры буквально пробежал, ворвался в номер и…

Её запах пропитал здесь всё. Пахло нашей Тиной, её оргазмами, нашим общим желанием. Словно зверь я втягивал воздух и осознавал страшное. Тишину.