Майя Чи – Снежный Арс, или Муж на 10 дней (страница 40)

Я тоже ответила ей улыбкой, на самом деле не ожидая подобной открытости и честности. Хотя в глубине серых глаз еще осталась тайна, которую она не расскажет никому. Но понять ее чувства не составило труда.

— Давайте выберем платье, — я погладила ее по руке. — Пусть будет. Мало ли что...

Свекровь засияла. Внезапное озорство, отразившееся на ее лице, вынудило меня тут же ограничить ее в действиях.

— …Я не люблю пышные платья.

— Я взяла миндальное платье, доверившись твоему вкусу. Надеюсь, и ты прислушаешься ко мне.

Наверное, так и становятся негласными друзьями. Глядя на эту полненькую, вмиг ставшую счастливее женщину, я впервые за последнюю неделю звонко рассмеялась. Пусть и на грани истерики, но смех меня наконец-то расслабил, и вскоре, захватив с собой не менее довольных покупками девчонок, мы отправились в свадебный салон.

Глава 27

— Нравится? — спросила меня свекровь.

— Да, очень мило.

Мы вышли на террасу, прилегающая к ресторану на берегу моря. Первое, что бросилось в глаза — это тканевый навес молочного цвета, сквозь который едва пробивались солнечные лучи. Опорные колонны обвивала такая же ткань, украшенная белоснежными цветами. Деревянные пол и перила, уже застеленные скатертью столы — это все выглядело мило, кроме причудливых букетиков.

— Почему именно плющ? — я нахмурилась. Ведь можно было подобрать что-то нежнее по такому случаю, например, фиалки.

— Странно, что ты носишь такой браслет на руке и не знаешь его значения, — лукаво взглянула Алекса Владимировна и, погладив меня по плечу, зашла в помещение.

Я посмотрела на подарок мужа, затем на уродливые букеты и обнаружила подозрительное сходство. Тут же достала телефон из сумки и вышла в сеть, а спустя несколько минут, прочитав парочку статей и выудив самое главное, спрятала свой девайс обратно.

Мысли смешались. Плющ являлся символом верности и любви. В Греции такой подарок считался особенным, и если мужчина дарил украшения с листочками этого растения, он признавался в чувствах. Получалось, что вот уже неделю я не снимая носила на руке признание Арсения. Но как? Когда? Почему именно мне? Может, это всего лишь шутка, часть игры на публику?

Я вспомнила стеклянный взгляд Жанны на вечере в честь годовщины свадьбы моих родителей. Увидев браслет, она словно выпала из реальности. Неужели Арс и ей дарил?

В душе заскребли кошки. Каждая женщина хочет чувствовать себя особенной для мужчины, поэтому мысль о том, что у него есть кто-то еще, возможно, дороже тебя, была бы неприятной и обидной. А что, если когда-то браслет украшал руку Жанны? Нет, Арсений не такой. Он так со мной не поступил бы. Ведь не поступил бы?..

Я откинула прочь пагубную мысль и снова посмотрела на золотистые тонкие листочки, больше напоминающие половинки сердца.

— Это всего лишь браслет и ничего более, — произнесла вслух и уставилась вдаль невидящим взором.

— Анна! — окликнула меня свекровь. Я обернулась, и только сейчас заметила, что оказалась у перил террасы. — Я дала последние указания. Если у тебя нет никаких замечаний и предложений, то мы можем выдвигаться обратно. Девочки наверняка заждались в машине.

— Иду! — Я взглянула на лазурную водную гладь, которая на линии горизонта сливалась с небом, и направилась на выход.

Почему на сердце так неспокойно? Ведь вся эта красота должна меня радовать...

***

К тому моменту, как я вернулась в машину, Эрика уже уснула.

— Совсем умаялась, — тепло улыбаясь, Алекса Владимировна убрала с ее лица прилипшие волосы.

— Жарко, — я закрыла окно и с облегчением вдохнула прохладный воздух.

— Да, конец мая, а уже такая духота, — ответила женщина.

— Я читала, что в особо жаркие дни людям дают пару часов отдыха и просят не выходить на улицу.

Я прочитала об этом факте в одном путеводителе, и насколько он верен — не знала, но свекровь поделилась:

— Раньше такого не было, но в последние годы солнце сильно палит. В летние месяцы можно запросто заболеть из-за духоты, поэтому подобное практикуется, и довольно часто. Не помню, на законодательном уровне или нет, но запретов много. В прошлом году я умирала от жары, даже несмотря на то, что мы живем недалеко от берега.

Дина оторвала взгляд от экрана мобильного телефона и что-то прошептала на греческом, на что Алекса Владимировна согласно кивнула.

— Я тут подумала, — прищурилась свекровь и заулыбалась так, словно затеяла какой-то заговор, — раз мальчики ушли веселиться в город, то и у нас будет небольшой девичник. Что скажешь?

Сейчас мне меньше всего хотелось веселиться и плясать. Не спорю, вечерние посиделки могли отвлечь меня от проблемы, но не вечно же от них бежать? Затея казалась сомнительной, но как отказать свекрови, чьи глаза так горят от предвкушения?

— Даже не знаю. Это неожиданно, — уклончиво ответила, намекая, что лучше не стоит.

— Чай, сладости, тихая музыка и беседы. Я никого не пригласила. Только Исис, Дина, Эрика, ты и я, — настаивала Алекса, не давая мне возможности отказаться.

— Хорошо. Такое мне по душе, — согласилась и успокоила себя — пару часиков побуду с ними, пока не приедет Арс, а дальше…

Я и сама не знала, что дальше — слишком все запутано, но то, что мужу в этот раз не сбежать — уверена!

Мы въехали в пределы дома меньше чем через час. Водитель тут же передал пакеты двум служанкам, а я взяла в руки купленное для венчания платье. Честное слово, пока несла его в комнату, оно все сильнее и сильнее давило на меня. Будто это не легкая воздушная ткань, а раскаленный камень, который обжигал кожу и клеймил словом "дура".

Деньги на ветер. Я же понимала, что это лишняя трата времени и средств. Да и дело не в деньгах — порой я могла потратить гораздо больше, но то была моя прихоть, мои сиюминутные желание, а в этой ситуации лишь угождение свекрови и нежелание ее расстраивать. Вот и все.

Едва солнце опустилось на горизонт, и небо окрасилось в оранжевый цвет, в дверь постучала Исис. Девушка была в короткой бежевой тунике и мягких белых тапочках; в голубых глазах читалось легкое недовольство.

— Мы за стол садимся. Присоединишься? — произнесла она с сильным акцентом.

— Да, через минуту.

Я вновь повернулась к зеркалу и продолжила снимать макияж.

— Ты красивая, — неожиданно произнесла Исис.

— Спасибо. Приятно получать комплименты от сестры мужа.

Она закрыла дверь и подошла ко мне. Следом притянула второй пуф и села практически рядом, насторожив внезапным вниманием к моей персоне.

— Скажи, ты его любишь?

Ее взгляд был настолько серьезным, что я на мгновение растерялась.

— Почему ты об этом спрашиваешь? Если я вышла замуж…

— Не всегда причиной брака становится любовь, — перебила она.

— Ты права, но я не из тех женщин… — запнулась, вспомнив, как девять дней назад вошла к нему в кабинет с провокационным предложением, а потом стала его женой. — Во мне много недостатков, Исис. И один из них — это нежелание демонстрировать свои чувства на людях. Вполне достаточно того, что о них знает Арсений.

— А как же поцелуи на камеру?

Я не сразу смекнула, о чем она, но, вспомнив, как целовал меня Арс в день бракосочетания, а после и на годовщине родителей, невольно улыбнулась.

— Увы, но южный темперамент твоего брата не всегда удается скрыть.

Она тоже растянула губы в улыбке, но тут же ее подавила.

— Тебе помочь с волосами?

— Нет, я их заколю.

— Хорошо, — ее взгляд изменился, — ждем внизу.

— Я быстро.

Она скрылась за дверью, а я выдохнула с облегчением — справилась. Возможно, проблема решилась бы быстрее, скажи я правду, но мне вдруг сильно расхотелось портить Арсению жизнь. По факту я уже знала, как поступлю, нужна была лишь доверительная беседа с мужем и непростой разговор с мамой.

Внизу меня действительно ждали. Стол накрыт небогато, но выглядело все очень вкусно. Тушеные овощи пахли просто божественно, а запеченная рыба одним только видом возбуждала аппетит. Я пожелала всем приятной трапезы, на что мне естественно ответили по-гречески, но такое отношение не обидело, а развеселило. Исис вдруг стала любезной, а Дина сама предложила рыбу и передала блюдо. Неужели дело в разговоре, который случился немногим ранее?

— Хулиганка, — подмигнула я Эрике, которая, видимо, хотела внимания, раз стащила у меня оливку.

— Так! — сразу включила строгую мамочку Алекса, хотя все знали, какой нежной и отзывчивой может быть эта женщина. — Я кому сказала так не делать?!

Далее последовали пререкания на греческом, которые привели к смеху девчонок и моему ощущению неловкости.

— Она вся в Арса! — возмутилась свекровь. — Вот так же таскал еду с моей тарелки.

— А еще он кушает стоя, — рассмеялась Исис. — Если куда-то опаздывает, то не может усидеть и начинает в себя еду заталкивать…