Майя Бессмертная – Я тебя достану! (страница 31)

В его глазах появилось пугающее безразличие. Какое-то разочарование, вызывающее в моей груди нереальную физическую боль.

– Я его должна достать… Ради братика, вы понимаете?

– Достать любой ценой, я так понимаю?

Злость, с которой вырвалась из его губ последняя фраза, заставила меня вздрогнуть. Начала тревожить до колик под лопатками. Толпа холодных мурашек пробежалась по коже, а сердце моментально рухнуло вниз организма, обвалившись в пятки.

– Окей, я дам тебе интервью. Эксклюзивное, как ты и хотела. С фотографиями. У меня как раз есть новое шикарное портфолио.

– Спасибо.

– Взамен на одну маленькую деталь.

– Какую?

С силой встряхнул.

Приблизил своё лицо к моему и накрыл губы жарким властным поцелуем.

Всё тело прошила сладкая дрожь, а по языку стал медленно расползаться его мужской горячий запах. Аромат его тела, смешанный спотом въелся под кожу. Ввинтился в лёгкие острым водоворотом, не давая спокойно дышать.

Я сделала рваный вдох и замерла.

Мужчина отстранился. Посмотрел на меня так испытывающее. С какой-то болью в глазах. Прищурился.

– Ты мне дашь.

– В смысле…

– Да-да, мисс колючка. Неужели ты думаешь, что всё будет так просто? Тебе нужно интервью – ты его получишь. Взамен я хочу получить твоё тело. Останься со мной на эту ночь и завтра уже сможешь бежать к своему главному редактору со счастливой улыбкой на губках.

– Да как вы…

– Подумай. Я не извращенец и не стану делать с тобой то, что ты не захочешь. Но я хочу тебя трахнуть. Горячо, страстно. Так, чтобы ты текла мне на руки как горячая сучка и умоляла сделать это ещё и ещё. Ты каким-то образом сумела залезть ко мне в подкорку, заставить думать о себе. И я хочу выкинуть тебя из головы.

Приблизил своё лицо к моему, обдув мятным обжигающим дыханием. Смял губы, ворвавшись внутрь своим языком, и тут же отпрянул от острой боли, схватившись ладонью за рот.

– Ты укусила меня, колючка…

– Идите вы на хрен со своими предложениями, мистер звезда!

Глава 33

Павел

*****

– А где Ванесса?

Бабушка с недовольством входит в столовую, оценивающе оглядывая меня с ног до головы. Я сдвигаю брови на переносице, отставляя в сторону огромную чашку с бодрящим кофе, третью по счёту и встречаюсь с её цепким взглядом.

– Уехала.

– Когда? Сейчас только семь утра! Ты что, выгнал бедняжку на мороз, ночью?

– Она сама так решила.

Пожал плечами.

Говорить бабуле про то, что эта рыжая бестия просто отказала мне в интиме и, состроив из себя настоящую праведницу, унеслась на заре, я не стану. В конце концов, я предложил колючке отличную сделку, а она отказалась.

Что ж. Обычно никого не приходилось долго уговаривать. А эта…

Если бы всё было так, как она говорила – про деньги и про больного брата, она бы согласилась. Когда речь идёт о болезни твоих ближайших родственников, там уж душу готов продать дьяволу, не то, что сексом заняться с нужным человеком.

Значит, опять солгала.

– Как ты мог её отпустить?

– Ба, кто я такой, чтобы её удерживать? Решила уехать – уехала. Это была твоя гостья, а не моя.

– Ты хотя бы вызвал такси?

– Вот ещё. Не маленькая.

Хмыкнул, делая глоток обжигающего напитка и отправляя следом миниатюрный кекс с изюмом, который с утра пораньше испёк Жан по очередному бабушкиному рецепту.

– Романовский Павел Александрович, что ты натворил?

Тонкие брови бабули взлетели в воздух, и я чуть не поперхнулся от этого стального металлического тона. Она злобно стрельнула неожиданно яркими, как летняя листва, глазами, словно прокалывая моё нутро раскалённым прутом.

– Ты о чём?

– Я уложила Ванессу спать в спальне, и мы с ней договорились, что утром поедем вместе в больницу, решать её проблемы. Так что такого произошло между вами ночью, что бедняжка убежала бегом, даже не вызвав такси?

– Ну… Мы не смогли договориться.

– О чём?

Взгляд бабушки пытливо вперился в моё лицо. Окатил меня ледяным холодом, как будто я внезапно оказался на берегу Северного Ледовитого Океана.

Поморщился, втянув голову в плечи совсем как тогда, когда я нечаянно разбил мячом любимую бабушкину напольную вазу. Ощутил себя подростком, которого вот-вот выпорют ремнём.

– Паша, ты что, посмел приставать к девочке?

– Ну, ба… Какая она девочка? Вполне себе половозрелая женщина.

– Ты что, сошёл с ума? Не можешь держать свои руки при себе? Ванессе и так нелегко! У неё брат в тяжёлом состоянии! Ей поддержка нужна, а не твои Шекспировские страсти!

Бабуля стукнула кулаком по столу.

Моя чашка с кофе, заполненная наполовину, тихонько звякнув, подпрыгнула.

Свёл брови на переносице, непонимающе глядя на Нину Петровну. Воздух в столовой раскалился до предела, мешая моему мыслительному процессу, и я закашлялся.

Какого чёрта?

Значит, эта малявка не лгала?

– Ну, что у нас на завтрак?

Цокая огромными каблучищами по паркету, распространяя сильный запах духов, в столовую вплыла Николь. Плюхнулась рядом со мной на стул и нежно прижалась щекой к моему плечу.

– Кофе сама нальёшь. Давай, завтракай, я отвезу тебя в аэропорт.

– Фу, как грубо. Мой рейс только в восемь вечера по Москве. Я думала, днём мы можем погулять по Красной Площади, сходить в ресторан.

– А я думал, мы с тобой всё выяснили. Днём я занят, у меня тренировка. Так что у меня нет времени на культурно-массовую программу.

Огрызнулся, допивая кофе.

Окатил бабушку осторожным взглядом. Она была сосредоточена на еде и, кажется, погружена в свои невесёлые мысли. Сердце предательски защемило, когда я вспомнил, что не поверил вчера всему тому, что сказала мне рыжая пигалица, дрожа в моих объятиях.

Я усомнился в её словах. Позволил себе вести себя с ней, как с очередной шлюхой.

Обидел.

Чёрт, да она, наверное, прокляла меня не один раз, пока бежала от ворот до автобусной остановки.