Майя Бессмертная – Контракт с Дьяволом (страница 38)

Закусываю губу и вся дрожу под пристальным взглядом Жана. Он, похоже, жутко ревнует меня к ювелиру. Лучше мне убраться подальше, и как можно скорее.

— Ну, как не надо? Ты беременна, у тебя скоро будет второй ребёнок. Как ты будешь растить его одна, без мужа и без денег?

— Выплыву, как-нибудь. Пожимаю плечами. — Не волнуйся!

Французу приходится подчиниться под моим натиском — он покупает нам три билета на самолёт, и провожает в аэропорт. Когда Ницца остаётся далеко внизу, я выдыхаю — пора возвращаться к реальной жизни.

Санкт-Петербург встречает нас метелью и мокрым снегом, заползающим под воротник. Я ёжусь, спускаясь по трапу самолёта. Бережно поддерживаю сынишку — он очень утомился за перелёт. Никак не думала, что вернусь в Питер так скоро, и почти без гроша в кармане.

Артёма укачивает в такси, и мальчик блаженно засыпает, положив голову мне на колени. Ольга Владимировна, вздохнув, осматривает меня, и, наконец, решается спросить.

— Вика, я слышала ваш разговор с французом. Прости. Я так понимаю, что свадьбы не будет? Ваш брак должен был быть фикцией? И ты беременна?

Киваю.

— От Вадима Сергеевича? А почему ты не расскажешь ему об этом?

Поспешно качаю головой — мне это и в голову не приходило. Да я даже и не знаю, где сейчас он находится. Может быть, в Питере, а может, вернулся к Ребеке?

— Не знаю. Он мне не поверит.

Свекровь закусывает губу, напряжённо смотря в запотевшее стекло автомобиля. Я решаю, что наш разговор на эту тему исчерпан, и закрываю глаза, тяжело вздыхая.

Что дальше?

У меня нет работы. Да, и кому нужна беременная, которая вскоре уйдёт в декрет? Денег тоже практически нет. Артёмку можно назад устроить в детский сад, но за него тоже нужно чем-то платить. В конце — концов, если будет очень туго, можно будет продать украшения Ярославцева, которые он мне дал в пользование.

Потом расплачусь как-нибудь.

В голове сразу всплывает мысль, каким образом этот тиран захочет, чтобы я расплатилась с ним за украшения, и в моей душе всё переворачивается. Нет, я слишком наивна. Вадим больше не вернётся — он обижен и унижен. Думаю, ещё ни одна женщина не отказывала ему так, как это сделала я.

Подъезжая к дому, сыночек просыпается, и смотрит на меня заспанными глазками.

— Мы дома, мама?

Киваю. Мы с ним выходим из такси, а свекровь решает ехать к себе в квартиру, ссылаясь на усталость.

Пусть так.

На следующее утро я встаю с гудящей головой. Мучаясь токсикозом, постепенно прихожу в себя. Оглядев себя в зеркало, вздрагиваю. События последних дней, напрочь выбили меня из колеи, и в зеркале я отражаюсь с бледным, синюшным лицом и кругами под глазами.

— О, Боже. Вот это красотка.

Решая наведаться в поликлинику, и встать на учёт по беременности, я прохожу на кухню. Если я мучаюсь тошнотой по утрам, это не значит, что Артём должен голодать.

— Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, как принимает гинеколог по второму участку?

Выслушав быстрый ответ сотрудника регистратуры, кладу трубку. Теперь я могу себе позволить только бесплатную медицину. После обеда наведаюсь ко врачу, нужно быть под присмотром.

Пожарив блинчики на кефире, отправляюсь будить мальчика. Наслаждаюсь обществом с сынишкой, просто сидя рядом за столом — есть категорически не хочу. Малыш уплетает завтрак за обе щеки, хитро поглядывая на меня. Как давно мы не сидели вот так, вдвоём, на кухне! А скоро, нас станет трое.

Как рассказать об этом Артёму?

— Мамочка, у тебя всё хорошо? — Макает блинчик в варенье, бесхитростно глядя на меня. — Ты какая-то грустная.

— Конечно, родной, всё хорошо.

— Ты переживаешь, что Стефан остался в Ницце, а не полетел с нами?

Вздыхаю. Надо аккуратно рассказать ему обо всём.

— Знаешь, мы со Стефаном расстались. Он больше не приедет. — Сердце больно сжимается внутри, заставляя меня сглотнуть.

— И ты не выйдешь за него замуж? — Глазки сына становятся грустными, а бровки удивлённо приподнимаются.

— Нет. Я его больше не люблю. Я люблю только тебя, и мы будем жить, как и раньше, вдвоём.

О беременности малодушно молчу. Не стоит вываливать на мальчика сразу столько информации.

— Мамочка, ты у меня самая красивая! Вот увидишь, ты ещё выйдешь замуж!

Улыбаюсь, и чмокаю сынишку в макушку.

Это вряд ли, конечно.

Глава 51

Виктория

Попросив свекровь приехать к полудню, я заваливаюсь с мальчиком на диван. Прижимая его к себе, углубляюсь в просмотр какого-то мультфильма.

Ольга Владимировна приезжает ровно в двенадцать, и, отпустив меня к врачу, просит Артёма одеваться быстрее.

— Вы куда-то собираетесь? — Цепляю с пуфика свою сумочку, смотря на суетящуюся свекровь. — Там прохладно.

— Мы недолго. — Она отмахивается. Повязывает внуку шарф. — Тут недалеко площадку детскую новую поставили, Артёму понравится.

— Ладно.

Спешу в поликлинику — на частного врача у меня совершенно нет денег. Хорошо, хоть деньги, уплаченные мсье Дюрану не были выброшены на ветер — перед отъездом я явилась к нему на приём, отказалась от его услуг и забрала результаты анализов.

Подходя к остановке городского транспорта, замечаю, как моя свекровь с сыном проезжают мимо меня на такси.

Хм. Очень странно. Они же собирались погулять.

Ладно, спрошу у мальчика вечером — где же они были. Подходит автобус, и я запрыгиваю в него, прижавшись к запотевшему стеклу своим горячим лбом. Можно немного остудиться и передохнуть.

В поликлинике обычной городской больницы, как всегда, куча народу. Пройдя мимо сильно кашляющей женщины, я задираю ворот пальто повыше и стараюсь не дышать — не хватало ещё подцепить заразу в этом рассаднике бактерий.

Протиснувшись мимо двух беременных, мирно болтающих на лавочке, я выдыхаю — перед дверью врача небольшая очередь — всего две девушки. Обе беременные, с симпатичными округлыми животиками. Я умиляюсь. Скоро и мой малыш подрастёт. Жаль только, что он никогда не увидит своего отца.

Ярославцев. Пусть живёт своей жизнью.

Смахиваю слезу, и покорно жду своей очереди — проходит примерно полчаса. Наконец, я стучу в дверь, смело заходя в кабинет гинеколога.

Да, всё-таки, частная клиника очень отличается от муниципальной. Абсолютно всем. Врач оказалась неприветливой и жутко занудной тёткой в бифокальных очках. Бегло просмотрев бумаги из частной французской клиники, она скривилась.

— Мне эти документы непонятны. Нужно переделать.

На кресле меня, слава Богу, осматривать не стали, и, измерив параметры, дали направление на сдачу анализов.

Получаю своё пальто в гардеробе и украдкой смотрю на часы — прошло уже почти полтора часа, как я вышла из дома. Интересно, вернулись ли с прогулки на такси моя свекровь с сыном?

Очень надеюсь, что они уже дома. Хочется завалиться на диван и ничего не делать.

Слишком я устала за последний месяц…

Через полчаса я наконец-то вхожу в квартиру. Бросаю сумочку на пуфик, нагибаясь к полу, и замечаю в углу пару дорогих мужских ботинок. Перемещаю взгляд, оценивающе глядя на серое пальто с меховым воротником. Ни у кого из моих знакомых нет столько денег, чтобы позволить себе подобную модель от известного кутюрье. Или всё-таки…

Радость моментально раскрывается в душе, словно оживший цветок. Стефан! Он приехал!

Быстро разуваюсь и прохожу на кухню, откуда доносятся приглушённые голоса, и громкий крик моего сына.

— Мамочка пришла! А мы в аэропорт ездили!

Понятно. Видно, свекровь связалась с французом, и попросила его прилететь. Недаром она вчера так загадочно выглядела и спрашивала у меня его номер домашнего телефона. Видимо, позвонила вечером во Францию.

Но, зачем? Она же прекрасно знает, что между нами с мужчиной, ничего нет — это всё фикция. Странно.