Майн Рид – Сочинения в трех томах. Том 3 (страница 139)
— Что угодно, полковник? — послышался бодрый голос преданного трубача, появившегося из передней, в которой он находился.
— Беги скорее в казармы и труби нашим людям сбор! — распоряжался сэр Ричард.
— Слушаю, полковник.
Схватив мимоходом в передней свою неизменную сигнальную трубу, Губерт в буквальном смысле слова бросился бежать к казармам. Он знал, что когда его полковник отдает приказание таким тоном, как сейчас, то нельзя медлить ни минуты.
— Тревор, — обратился сэр Ричард к своему капитану, — пошлите за Гарлеем и другими офицерами… Или, еще лучше, отправляйтесь сами за ними… Вы знаете, где они стоят?
— Знаю, полковник.
— Приведите их как можно скорее. Хорошо бы нам всем через полчаса быть уже в седлах.
Юстес вполне был с этим согласен и поспешил выйти из комнаты, а затем и из дому. Но лишь только он вышел на улицу, как тотчас столкнулся с мужчиной и женщиной. В мужчине он сразу узнал сержанта Уайльда, а в женщине — разносчицу Уинифреду.
Появление здесь разносчицы, служившей вместе с тем и тайной вестницей, поразило Тревора. Он понял, что она недаром явилась сюда в разлив и, вероятно, шла к сэру Ричарду с делом, так сильно волновавшим его и сэра Ричарда.
— А, здравствуйте, Уинифреда! — воскликнул молодой человек в ответ на ее поклон. — Я и не знал, что ты в Глостере.
— Да она всего с четверть часа и находится здесь, капитан, — ответил за девушку сержант. — Я только что впустил ее в ворота. У нее есть к полковнику весточка от барышень.
— Да? Ну, пусть идет… Впрочем, сначала идите сами к полковнику, сержант, и доложите ему о ней.
Это было в порядке вещей. По военному уставу, никакое постороннее лицо не может войти к начальствующему офицеру без его предварительного разрешения. Роб, как сам военный, не подходил под это правило. Но когда тот уже шагнул через порог в полковничью квартиру, Тревор по какому-то внутреннему побуждению последовал за ним.
— В чем дело, Уайльд? — осведомился сэр Ричард, увидев встревоженного сержанта. — Благополучно ли на вашем посту?
— Вполне благополучно, полковник.
— Так какие-нибудь новости?
— Так точно, полковник, только не из добрых.
— Что же случилось?., где?
— Вести из Руардина или, вернее, из Холлимида.
Полковник с капитаном навострили слух. Никакое место на всем земном шаре не имело для них такого значения, как Холлимид, и ниоткуда оба так жадно не ждали вестей, как именно из этого местечка.
— Говорите скорее, сержант, что вам известно оттуда! — последовал приказ Уольвейна.
— Туда забрался на стоянку отряд королевской конницы, полковник, — докладывал Уайльд.
— О, Господи, вот беда-то! — вскричал побледневший Тревор.
Сэр Ричард тоже казался сильно пораженным.
— Откуда вы это узнали? — спросил он сержанта.
— От Уинифреды, полковник.
— Разве она пришла оттуда?
— Так точно. Она перебралась вброд через разлив и находится здесь за дверями. У нее есть письмо от барышень.
— Приведите ее сюда скорее.
— Слушаю, полковник.
— Какое странное совпадение, Тревор! — обратился сэр Ричард к Юстесу, когда вышел сержант. — Роялисты уже в Холлимиде: случилось как раз то, чего мы боялись.
— Да, и я о том же сейчас думаю, — сказал Тревор. Тем больше основания поспешить нам туда.
— Чей это может быть отряд, как вы думаете, Тревор? Не Линджена ли?
— Роб говорит, что они там остановились. С какой же стати останавливаться Линджену так близко от его Гудрича? Вернее всего, это лорд Герберт или, быть может, даже…
— Да, Тревор, если это отряд не лорда Герберта, то кое-кого похуже… Ну, мы сейчас узнаем это от самой Уинифреды или из письма.
Дверь вновь отворилась, и в нее вошла вестница из Дин-Фореста в сопровождении сержанта. Промокшая насквозь одежда плотно облепила статную и классически очерченную фигуру великанши, а ее тяжело дышавшая грудь и горевшее румянцем лицо свидетельствовали о только что перенесенных ею затруднениях в поспешном пути.
— У тебя есть письмо ко мне, моя милая? — поспешил спросить Уольвейн, когда она, остановившись перед ним, почтительно поклонилась ему.
— Есть, ваша милость, из Холлимида.
С этими словами форестерка подняла руки к копне своих черных волос, вытащила спрятанную бумажную трубочку и вручила ее сэру Ричарду.
Последний не был удивлен таким видом записки. Он уже не в первый раз получал подобные записки из рук той же вестницы и таким же путем. Развернув записку, он поднес ее к свету лампы и быстро прочитал. Ее содержание еще более усилило его тревогу.
— Уайльд, — скомандовал он, — живо в казармы! Поднимите весь наш эскадрон, чтобы он немедленно готовился в путь. Губерт, вероятно, уже там и трубит сбор. А вы подгоняйте людей… Тревор, — обратился он затем к Юстесу, передавая ему записку, — прочтите-ка это письмо. В нем есть кое-что, касающееся и вас.
Затем он стал расспрашивать Уинифреду, что она видела и слышала в Холлимиде. Между тем Юстес пожирал глазами следующие строки:
«Сообщаю вам, дорогой Ричард, дурные вести. Явился принц Руперт с отрядом королевских кавалеристов, человек около двухсот. Прибыл только что сейчас, под вечер, и намерен остаться на ночь под предлогом дождаться нашего отца. Надеюсь, отец без вас не поедет домой. Боюсь, что в том случае, если он все-таки уехал сюда один, роялисты захватят его. В свите принца находятся ужасный Ленсфорд и Реджинальд Тревор. Посылаю к вам Уинифреду с этим письмом. Подробности она передаст вам изустно. Опасаюсь тратить лишнее время на писание… Дорогой Ричард, спешите к нам на помощь, если можете».
Внизу была приписка, сделанная другой рукой:
«Милый Юстес, мы в большой опасности!»
Подписей не было. Да в них и не нуждались те, кому были адресованы эти краткие, но многозначительные строки.
— Прочитали, Тревор? — спросил Уольвейн, видя, что глаза его молодого друга замерли на последних строчках, приписанных рукою Веги.
— Прочитал, сэр Ричард, — ответил молодой человек, проводя рукой по лбу и как бы отгоняя засевшее в мозгу тяжелое впечатление. — Да, чего мы боялись, то и случилось.
— Поспеем! — уверенно сказал сэр Ричард. — Одевайтесь скорее!
Немного спустя оба офицера, наскоро расспросив вестницу о самом важном, уже были в казармах, откуда во главе своего эскадрона направились к выезду из города.
Глава XXXI
ОПОЗДАЛИ
Поднявшаяся луна то и дело скрывалась за бежавшими по небу темными облаками, и тогда на земле вновь наступал полный мрак. Но в промежутках между затмениями было достаточно светло.
В один из таких светлых промежутков конница полковника Уольвейна, отличавшаяся зелеными мундирами и петушиными перьями на шляпах, быстро поднималась от Мичельдина в нагорную часть Дин-Фореста.
Благополучно переправившись через разлив, эскадрон галопом примчался в Мичельдин. Там, не слезая с лошадей, офицеры навели справки о мистере Поуэле и узнали, что он в послеобеденные часы проезжал через этот городок один верхом и, по-видимому, очень торопился.
— Ну, значит, он теперь в руках роялистов, — пробормотал себе под нос сэр Ричард и снова пустился в путь.
Пользуясь тем, что начинался крутой подъем на гору, по которому можно было ехать только шагом, сэр Ричард вступил в беседу с Юстесом, ехавшим рядом.
— Ах, как жаль, — начал он, — что в письме не указано точное число кавалеристов, нахлынувших в Холлимид. Сабрина пишет: «человек около двухсот». Это очень неопределенно…
— А что говорила о численности их разносчица? — спросил Юстес. — Ведь вы расспрашивали ее.
— Она тоже не могла сказать ничего, кроме того, что кавалеристы окружили и заняли всю усадьбу и что их много. Таким образом, мы только на месте можем узнать, со сколькими саблями нам придется иметь дело.
— Лишь бы было с кем скреститься шпагами, — заметил Юстес.
— Уж не думаете ли вы, что незваные гости успеют убраться до нас? — спросил не без тревоги сэр Ричард.
— Опасаюсь этого, — ответил Юстес. — Мистер Поуэль должен был вернуться домой под вечер. Наверное, роялисты захватили его в плен. После этого им незачем было и оставаться в Холлимиде.
— Но почему же? — возражал сэр Ричард, продолжая, однако, волноваться. — Если они явились из Бристоля, — а это ведь не так близко, — то должны порядком устать и пожелать провести ночь на отдыхе. Мне думается, они именно из Бристоля.
— А мне думается, что принц пожаловал из Монмаутса, — возражал в свою очередь Юстес. — Наверное, его привлек туда совершившийся переворот. И если он действительно явился в Холлимид из Монмаутса, то, забрав, кого нужно в плен, теперь мог уже вернуться и назад: Монмаутс не так далеко от Холлимида, как Бристоль.
— Если вы правы, друг мой, то нам предстоит большое разочарование и эта ночь будет для нас очень горькая! — заметил после некоторого размышления сэр Ричард. — Если принц уже покинул Холлимид, то, разумеется, в сопровождении не только самого мистера Поуэля, но и его дочерей… Гм!., да! Руперт, Ленсфорд да ваш милейший кузен — хорошая, нечего сказать, компания! Ни один из них не упустит случая «позабавиться», как они это называют, с беззащитными женщинами! Ваш кузен еще особенно рад будет возможности насолить вам почувствительнее. Вы во многих отношениях стали ему поперек горла.