Майн Рид – Сочинения в трех томах. Том 2 (страница 28)

Мы молча переглянулись: дело ясное, Рубби сорвался!

Движимые одним и тем же чувством, мы подползли к самому краю обрыва. Зияла черная пропасть.

Ни стона, ни крика. Вдали выл волк.

Неужели Рубби разбился? Хоть бы он застонал: мы бы знали, что он жив.

Прошло довольно много времени. Наконец мы услыхали голоса. Они доносились от подошвы скалы, на которой мы стояли. То были гверильясы.

Молния осветила двух всадников. Они объезжали мезу. Но ни мертвого, ни живого Рубби мы не увидели.

Гверильясы были вооружены копьями. Пленника с ними не было. К тому же, если только он не ранен насмерть, Рубби не сдался бы без отчаянного сопротивления, а мы не слыхали стрельбы.

Легкий ветерок донес до нас разговор мексиканцев.

— А все-таки, — воскликнул один из них, — вы ошибаетесь!

— Капитан, я твердо уверен, что то был человеческий крик.

— В таком случае это кричал кто-нибудь из негодяев-янки. Здесь никого нет. Довольно! Объедем мезу. Скорей.

Я узнал голос Ихурры.

Какое счастье, что Рубби не попал в плен к гверильясам! Но куда он скрылся?

Мы втянули наверх весь ремень. Он оборвался приблизительно на половине. К сожалению, мы забыли измерить длину ремня перед спуском траппера и теперь не могли установить глубину пропасти.

Хотя Рубби не подавал признаков жизни, мы надеялись, что он не разбился насмерть. Опасность, однако, еще не миновала: если траппер после падения отполз на несколько шагов в сторону прерии, гверильясы найдут его.

Мы решили проследить за действиями всадников.

Прислушиваясь к их голосам, мы поползли на коленях по краю обрыва. Всадники остановились в ожидании молнии.

— Посмотрим, нет ли следов? — сказал один из них.

Они находились на расстоянии выстрела от нас.

— Пристрелим их! — шепнул мне на ухо Билли.

Я колебался.

Горизонт снова озарился. В пятидесяти ярдах от нас чернели фигуры всадников. На такую дистанцию наши карабины бьют без промаха. Соблазн был велик.

Но в это мгновение мы заметили в прерии Рубби. Он лежал ничком, раскинув руки и уткнувшись носом в землю. С высоты он был похож на шкуру бизона, растянутую на колышках.

Пятьсот ярдов отделяло его от мезы. Гверильясы не заметили Рубби, потому что его скрывали высокие травы.

Как только воцарился мрак, мы с облегчением вздохнули, услыхав, что гверильясы двинулись дальше. Ихурра укорял спутников за ложную тревогу.

Для гверильясов было большой удачей, что они не заметили человека, притаившегося в траве. Это было удачей и для Рубби, и для нас всех.

Мы с Билли остались на месте, ожидая новой молнии.

Когда прерия осветилась, мы не нашли на прежнем месте своего приятеля, но гораздо дальше, приблизительно в миле от нас, мелькнула как будто черная фигура. Был ли то Рубби, мы наверное не знали. Одно ясно: траппер спасся.

Глава XXXIX

ПОДКРЕПЛЕНИЕ

Впервые с момента встречи с гверильясами появилась надежда на спасение. Нужно ли добавлять, что мы вернулись на старое место успокоенные и развеселившиеся.

Обрывок ремня был слишком короток для спуска, и поневоле мы приняли выжидательную тактику. Пока жизнь наша висела на волоске, я не думал о конях, но, почувствовав себя в безопасности, я вспомнил о Моро и Белом мустанге — первопричине всех осложнений. Как бы спасти его? Ведь в селении меня ждет награда за белого красавца.

Через несколько часов мы будем освобождены. Рубби доберется до поста и вернется с подкреплением.

А что будет, если он не застанет рейнджеров в полку? Быть может, армия двинулась в поход или аванпост получил приказание сняться? Наконец, Рубби мог быть схвачен по пути… Убит…

Нет, траппер, благодаря своей ловкости, несомненно, доберется до лагеря и, в случае необходимости, даже до штаб-квартиры. Он только что показал свою находчивость. Добыв по дороге лошадь, он к утру будет в штабе, хотя бы армия уже выступила в поход. Он постарается, конечно, найти рейнджеров, а Холлингсворт, не дожидаясь официального приказа, предоставит в его распоряжение несколько солдат. Шести человек достаточно, чтобы справиться с мексиканцами. Всегда найдутся охотники на такую экспедицию.

Возможно, что Рубби задержится до завтрашнего дня, но это нас не пугало, на мезе мы могли продержаться неделю, месяц, словом — сколько угодно времени.

Приступом нас не возьмут. Неприятель не посмеет приблизиться к «крепости», в которой мы засели. Мексиканцы — трусы. Двух карабинов вполне достаточно для защиты единственного подступа к нашему убежищу.

Ни жажда, ни голод нам не угрожали: на мезе в изобилии росли кактусы.

Гаррей достал нож, очистил самый крупный кактус от колючей оболочки, выдолбил из него нечто вроде чашки, и мы выдавили в нее сочную сердцевину растения.

Так утолили мы жажду, а щедрая природа снабдила нас и продовольствием. Еще будучи в прерии, мы заметили на склонах мезы светло-зеленую хвою сосны-аманды. В крупных шишках заключаются вкусные питательные зерна — орешки. Несколько пригоршней было достаточно, чтобы насытиться. Каленые орешки, конечно, вкуснее, но нам пришлось удовольствоваться сырыми.

С такими запасами провианта и с светлыми надеждами на будущее мы только посмеивались над бессильной яростью врагов.

Лежа на краю обрыва, мы наблюдали за гверильясами, чтобы обстреливать их в случае покушения на наших лошадей.

Гверильясы не покидали своих постов.

Диспозиция не изменилась. На одинаковом расстоянии друг от друга стояли всадники, а между ними непрерывно сновали пешие. Сторожили нас основательно. Даже под покровом темноты нам не удалось бы ускользнуть из их рук.

Гроза утихала. Молнии сверкали все реже. Внезапно раздался отдаленный топот. По сухому грунту прерий мчалось множество коней. Трапперы умеют различать стук копыт оседланной и неоседланной лошади. Гаррей заявил, что едут всадники. Гверильясы, стоявшие на страже, услыхали топот одновременно с нами. Двое из них поскакали галопом на разведку. Все это мы улавливали только слухом, с трудом различая в непроглядном мраке предметы на расстоянии шести шагов.

Звуки доносились все более отчетливо со стороны селения.

Каково же было наше разочарование, когда мы сообразили, что Рубби не мог еще добраться до поселка, и это подъехал Эль-Зорро со спутниками.

Всадники обменялись приветствиями с осаждающими. Лошади ржали, узнавая друг друга.

Вспышка молнии осветила Эль-Зорро и тридцать гверильясов, приведенных им на подмогу.

Значительное подкрепление, полученное неприятелем, вселило в нас тревогу. Враг мог теперь, не колеблясь, напасть на наше прежнее убежище и захватить лошадей.

Вскоре мы убедились, что наши опасения неосновательны. Враг не пытался перейти в наступление. Он усилил сторожевую цепь и принял ряд других мер для продолжения блокады.

Видно, гверильясы избегали открытой стычки. Нас брали измором.

Глава XL

РАЗВЕДЧИК

Наступила полночь. Молнии вспыхивали все реже, и наконец гроза прошла. Всходила луна. Свинцовые тучи медленно уплывали. Диск луны казался ярче по контрасту с темными тучами. Серебристые снопы лучей обливали прерию молочным светом. Туман рассеялся.

Гроза очистила воздух. Он стал ясным и прозрачным. Хотя луна шла на ущерб, было настолько светло, что прерия была открыта нашим взорам до самого горизонта. От тяжелых облаков ложились длинные тени. По временам тучи закрывали луну, и прерия погружалась в темноту.

Лунный свет падал на нас сзади. Гверильясы расположились у западного склона мезы. Тень от холма падала на равнину, а на ее ярко очерченной границе стояла частая цепь часовых. Они нас не видели, так как мы прятались в густом кустарнике. До нас доносились болтовня и песни гверильясов.

Билли сначала наблюдал за ними, затем он отправился на противоположную сторону мезы, чтобы посмотреть, не видно ли чего на востоке. В этом направлении находилось селение, оттуда мы ждали подмоги. Рейнджеров не приходилось тянуть за уши, чтобы заставить исполнить свой долг. Если их не перевели из ранчерии, они не замедлят явиться на выручку.

Не прошло и минуты после ухода Гаррея, как мое внимание привлек темный предмет на равнине. Как будто человек? Он лежал на животе в такой же позе, как Рубби, когда он спасался от гверильясов.

Мне не удалось рассмотреть таинственного пришельца, потому что он находился в шестистах шагах от мезы, непосредственно за цепью гверильясов.

Облако закрыло луну. Человек исчез во мраке.

Луна выплыла из-за облаков. Там, где только что чернела человеческая фигура, сейчас ничего не было. Приглядевшись, я обнаружил ее ближе к всадникам в той же самой позе.

Я смотрел сверху, и потому высокая трава не заслоняла от меня ползущего человека. Он попал в полосу света, и тут-то я заметил, что он по пояс обнажен. До этого момента я беспокоился, что незнакомец в прерии — Рубби. Мне совсем не хотелось, чтобы траппер вернулся таким образом.

Правда, он должен был прийти не один. К тому же он был знаком с расположением вражеского отряда, и ему незачем было предпринимать разведку.

Теперь я окончательно убедился, что это не Рубби. Кожа неизвестного была смуглой. У Рубби она была такой же. Он родился белым, но с течением времени цвет его кожи настолько изменился под влиянием солнца, пыли, грязи и, откровенно говоря, нечистоплотности, что приобрел оттенок меди. Сюда надо прибавить дым степных пожаров. Цветом кожи Рубби не отличался от чистокровного индейца. Но старый траппер не стал бы разгуливать голым: он никогда не снимал своей оленьей куртки. Маслянистый блеск кожи также доказывал, что в траве лежит не Рубби. Бронзовое тело охотника не могло блестеть при луне.