Майкл Суэнвик – Дочь железного дракона (страница 25)
— Дрянь! — воскликнула она. — Гнусный, подлый, отвратительный…
Он только засмеялся:
— Что, в точку попал, а, Сорока?
— Заткни пасть!
— Слушай, если вы захотите подключить мужика к своим забавам…
Джейн бросилась от него прочь не глядя и налетела на Питера, который как раз поднимался по лестнице.
— Эй, осторожнее! — Он не дал ей упасть, придержав обеими руками за плечи на расстоянии вытянутой руки. — Ты что такая расстроенная? Что случилось?
— Да просто… — Она оглянулась через плечо. Крысобоя, естественно, уже не было. — Просто так. — Она немного пришла в себя. — Ты куда идешь?
— В мастерскую. Вожусь там с одним конягой. Ради зачёта.
На завтра ей много задали. Кроме того, ей много чего надо было украсть. Работы по дому тоже хватало. А мастерскую просто страшно было себе представить. Кондиционеры ещё работали кое-как в главном здании школы, но в мастерской в это время дня воздух, наверное, был раскален как в печке.
— Можно я с тобой?
— Пошли!
Они молча шли по пустым извилистым коридорам. Питер не любил говорить о Гвен, когда её не было рядом, Джейн с этим уже смирилась. Поэтому обычно они с Питером беседовали о машинах.
— Что за коняга? — спросила она.
— Мятлик. Знаешь такого?
— Нет. А какой он?
— Матерщинник жуткий, крикун. Умом не блещет. Но вообще-то хороший.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Школьный учебный цех отличался от цехов, в которых выросла Джейн, отсутствием специализации. В нём было примерно столько же машин и инструментов, сколько и в небольшом заводском цеху, но они были гораздо разнообразнее: токарные, строгальные и шлифовальные станки, разнообразные пилы, паяльники, был даже сварочный агрегат. Желтые линии на безупречно чистом цементном полу разделяли рабочие зоны. В целом это напоминало лоскутное одеяло.
Из двух сборочных отсеков один был пуст, а в другом замысловатая система храповых колес и цепей удерживала на весу металлического жеребца. Его шкура была помята, краска облупилась. Грудная панель была снята, обнаруживая сложную электромеханическую начинку. Два черных проводка от свечей зажигания болтались у бока.
— Привет, старая жестянка! — поздоровался Питер. — Как висится?
Мятлик с усилием вскинул голову и одарил его широкой желтозубой улыбкой.
— Висеть — не работать! — весело ответил он.
Питер замечательно умел обращаться с машинами. Они доверяли ему и иногда даже любили. Вот и Мятлик явно привязался к нему.
— Рад, что ты доволен. — Питер сунул голову в его разверстую грудь. — Джейн, дай-ка мне фонарик, пожалуйста. И амперметр, вон там, на верстаке.
Джейн дала ему то, что он просил. Питер стал ковыряться в конских внутренностях.
— Ну что, не нашли они, где у тебя коротит?
— Хрен они когда найдут, говнюки безмозглые.
— Тише ты, здесь дама!
— Дак чего, девочка-то своя в доску! — Мятлик не мог повернуть голову. Он скосил на Джейн один глаз. Другой глаз безжизненно и слепо пялился вперёд. — Верно, подруга?
Джейн, прислонившись к верстаку, обмахивалась шляпкой. Вздрогнув, когда лошадь обратилась к ней, она сказала:
— Пожалуйста, пожалуйста.
— Так дело не пойдет! — сказал Питер. — Рога Цернунна! Что они сделали с твоим карбюратором! Это чудо, что ты вообще ещё жив, понимаешь, жестянка?
— Да, …ец полный, — уныло согласился Мятлик. — Двигатель ни к … Хоть ты …, а ни … Сплошное …
Джейн хихикнула.
— Я тебе сказал, чтоб ты не выражался! — Питер выпрямился и покачал головой. — Сдаюсь! Три дня я копался, не могу найти, где коротит. Единственно, что можно сделать, это вытащить всю проводку и начать заново.
— А ему больно не будет? — спросила с беспокойством Джейн.
— Вот, говорил я, она девчонка что надо! — обрадовался Мятлик. — Не то что эта вертлявая сучка, с которой ты …
Питер стукнул его гаечным ключом по загривку.
— Придержи язык, а то я тебя так отделаю!
— Слушаюсь, начальник! — Мятлик подмигнул Джейн. — Не заводись с пол-оборота!
Питер взял с верстака моток провода, раздвижной гаечный ключ и кусачки. Потом подкрутил колеса, поднимая Мятлика повыше. Болты в брюшной панели проржавели и держались намертво. Питер потер их графитом и стал обстукивать молотком, чтобы немного ослабить. Джейн помогала держать панель, чтобы она не перекосилась и не покоробилась, пока он её снимает.
— И кто только тебя проектировал? — ворчал Питер. — Навертели проводов за самой выхлопной трубой! Придется снимать глушитель, иначе до них не добраться. — Он помолчал, потом сказал: — Мятлик, у тебя выхлопная система в жутком состоянии.
— Да уж, как перну, так птицы на землю валятся.
— Кошмар! — Питер замолчал, сосредоточившись на том, что делает.
Потом заговорил с Джейн:
— Слушай, а почему тебя вдруг все стали называть Сорокой?
— Кры… Ребята меня так прозвали.
Кусок ржавой трубы со стуком упал на пол.
— Ты же лесовица?
— Ну да! Это просто прозвище. Понимаешь, сороки… ну они воруют все.
— А-а… — Питер не одобрял её воровства. Он считал, что рано или поздно она обязательно попадется. Но что хорошо было в Питере — он сказал это один раз и больше не повторял. — Я уж буду тебя по-прежнему звать Джейн, если не возражаешь.
Через пять минут глушитель был снят. Питер присвистнул и жестом подозвал Джейн.
— Глянь-ка сюда. — Он показал на почерневший проводок. — Пощупай изоляцию. Чувствуешь, какая липкая?
— И что?
— То, что мы нашли, в чём дело! Какой-то олух заменял этот проводок и не позаботился приварить лишнюю скобочку, видишь? Он просто протянул провод между выхлопной трубой и днищем и придавил вот этим. — Он подбросил в руке деревянный брусочек. — Когда двигатель нагревается, изоляция плавится и вся система вырубается. Но главная подлость ещё не в этом. Потом, когда двигатель остывает, изоляция снова наплывает на это место, застывает и коротать перестает. Потому я и не мог ничего найти. Поняла?
— Здорово! — На Джейн это произвело сильное впечатление. Она выросла среди машин, но только сейчас впервые почувствовала, как интересно с ними возиться. Оказывается, починка мотора может стать не менее захватывающей проблемой для ума, чем постановка сложного алхимического эксперимента.
— Питер, это просто потрясающе! Настоящее чудо!
— И всего-то три дня возжался! — добавил Мятлик. — Гений бесхвостый!
— Хорошая лошадка! — сказал Питер. — Хочешь кусочек сахару в бензобак?
— Иди ты!..
⠀⠀ ⠀⠀