Майкл Стэкпол – Крепость Дракона (страница 2)

Понятия не имею, что это такое, но это настоящее сокровище! В какое-то мгновение Уилл хотел положить его на место. Показалось даже, что грешно беспокоить лист. Мысль о том, что брать чужое — грех, ему до сих пор и в голову не приходила. С другой стороны, негоже этому листу лежать запертым в тесном тайнике. В душе Уилла что-то дрогнуло, внутренний голос словно бы шепнул ему, что сокровищем этим он обязан как-то распорядиться.

Снизу вдруг раздался дикий крик, что-то с размаху стукнуло в пол чердака. Сквозь щели выплеснулся эль. Вор был таким мокрым, что и не почувствовал, что его облили, зато в нос ему ударил запах пива. Уилл догадался: серебристый свет внизу заметили. Лестница, ведущая на чердак, затряслась под тяжелыми торопливыми шагами.

Ни секунды не раздумывая, действуя на основании инстинкта, выработанного за десятилетие воровской жизни, Уилл заткнул бархатный кошелек за пояс и рванулся к окну, свалив при этом за собой стул. В это мгновение дверь в комнату распахнулась. Веревка поползла за вором, словно живая. Он услышал отчаянную ругань эльфа: тот наткнулся на стул и растянулся на полу. Уилл выплыл в ночь, надеясь приземлиться на крышу.

Надежде этой не суждено было осуществиться: веревка натянулась, и он опустился к окну, у которого его поджидал улыбавшийся ворк. Уилл изо всей силы пнул ногой ставню, и она ударила Хищника по лицу, затолкнув того в комнату.

Быстро и осторожно подросток спустился вниз, на долю секунды опередив ворка, обрезавшего ножом веревку. Уилл нагнулся, схватил камень и швырнул в окно. Бледное лицо исчезло в темноте.

Уилл помчался по аллее, забирая вправо. Эта дорога уведет его в лабиринт Низины, и там воркам его не достать. Бежал он так быстро, как только мог, прямо по лужам, перепрыгивая через трупы животных. Ливень ему сейчас на руку: он смоет все следы.

В этом Уилл был прав: дождь моментально смывал следы и уничтожал запахи, зато в другом, в главном, он оказался предателем. И поначалу, пока вор сломя голову летел мимо закутанных в плащи прохожих и тявкающих вслед ему шавок, это до него не дошло. Тут нет дороги.

Название свое Низина получила именно потому, что этот район Ислина находился в котловине. Во время прилива некоторые места затапливало, и хотя самый высокий уровень воды несколько часов назад был пройден, дождь превратил улицы в бурные реки, полные зловонных отбросов.

Уиллу ничего не оставалось, как свернуть на север. За своей спиной он уже слышал дыхание преследователей и знал, что ему нужно избавиться от добычи. Отвязав кожаный кошелек с монетами, он бросил его за спину. Когда же пальцы его прикоснулись к бархатному мешочку и он ощутил сухое тепло, парень тут же осознал, что никто не посмеет забрать у него лист. Ни они, ни Маркус. Никто.

Уилл наклонил голову и побежал так, словно от этого зависела его жизнь. И тут дождь предал его во второй раз. В глубокой луже его подстерег скользкий булыжник. Подросток наступил на него правой ногой, споткнулся и упал на дорогу, разбив колено. Булыжники под дождем мягче не становятся: боль разлилась по всей ноге. Лодыжка подвернулась, и парень упал на спину, обхватив обеими руками колено.

Холодный дождь поливал его лицо, однако смех преследователей звучал в его ушах еще холоднее. Подле воришки остановилось несколько воркэльфов. Серебристый свет луны делал их похожими на привидения, да и выражения лиц, насколько он мог разглядеть, ничего хорошего ему не сулили. У одного из них кровоточила на лбу рана, и Уилл почувствовал некоторое удовлетворение от того, что брошенный им камень угодил в цель. У другого эльфа сильно распух нос.

Хищник склонился над ним и схватил Уилла за тунику.

— Ну так и есть. Никто, кроме тебя, на такую глупость не способен.

— Глуп не я, а вы, раз мне все так легко удалось.

Сапфировые глаза эльфа злобно вспыхнули. Он занес кулак:

— Теперь тебе мало не покажется, малыш Уилл. А ну отдай.

Странно, подумал Уилл, что Хищник не сдернул кошелек с пояса. Он же на виду. Правым бедром Уилл ощущал его тепло. Он уже собрался было сказать Хищнику, чтобы тот его взял, но намерение это исчезло с быстротой молнии.

— Ты его не найдешь. Он плывет сейчас к морю.

Хищник завопил и ударил вора по лицу тяжеленным кулаком.

Уилл схватился за правую щеку и увидел звезды. Затем он оказался на земле. Боль толчками стучала в голову.

Затем в сознание Уилла вошел насмешливый голос:

— Я говорил тебе еще давным-давно, что если ты тронешь одного из них, то пожалеешь об этом.

Хищник повернулся и увидел в лунном свете силуэт мужчины. Не успел он сообразить, что к чему, как получил удар кулаком. Нос Хищника хрустнул. Воркэльф попятился и упал в лужу. По тому, как подпрыгнуло его тело и раскинулись ноги и руки, Уилл понял, что Хищник потерял сознание еще до того, как свалился на землю.

Серые Господа схватились за рукоятки кинжалов и мечей. Дурачок, и зачем он вмешался не в свое дело? Уилл поднялся на четвереньки и начал пятиться назад, как вдруг голова его и плечи наткнулись на что-то твердое. Он поднял глаза, увидел подле себя огромного ворка и завопил.

Бандиты взглянули на него, а потом на высокого эльфа. И тут же один из воркэльфов поднял руки и поспешно сказал:

— Мы не замышляли ничего плохого, Резолют. Просто он умыкнул что-то у Хищника, и мы хотим, чтобы он вернул похищенное.

— Этот желторотый что-то у вас украл? — рассмеялся Резолют. От одного лишь звука этого голоса некоторые «господа» покачнулись. — Что он у вас украл?

«Господин» пожал плечами:

— Не знаю. Хищник говорил, что-то важное.

Резолют опустился на колено и снял с пояса Уилла бархатный кошелек. Вор схватил его за руку, но холодные мокрые пальцы оказались бессильны против могучего покрытого татуировкой предплечья воркэльфа.

— Это мое.

— Вот как? — Резолют встал и открыл кошелек.

Серебристый свет залил его лицо, осветив глаза и усмехающийся рот. Воркэльф быстро завязал кошелек, обошел Серых Господ и пнул ногой в ребра Хищника.

— Уберите его отсюда. Своей жадностью он ставит всех под удар. Уберите его, пока я не прибил его живот к позвоночнику. — Воркэльф повернулся и указал пальцем на Уилла. — А ты оставайся на месте.

Перепуганный Уилл, если бы даже и хотел, не смог бы сделать и шага. «Господа», взявшись кто за щиколотку, кто за запястье Хищника, унесли его прочь. Резолют брызгал на них при этом ногой из лужи и осыпал эльфийскими ругательствами. Первый незнакомец, вступившийся за Уилла, оказался седовласым и седобородым человеком. Он присел возле подростка.

— Как твое колено?

Уилл пожал плечами. Мужчина посмотрел на Резолюта.

— Ты полагаешь, это он? Уж больно молод.

Воркэльф кивнул. Копна белых волос намокла под дождем.

— Да, но кусок Воркеллина он все-таки вернул. Уилл озадаченно покачал головой:

— О чем это вы толкуете?

Резолют привязал бархатный кошелек к своему поясу.

— В свое время узнаешь.

— А если нет?

Воркэльф и седовласый мужчина поставили его на ноги.

— Узнаешь, если все пойдет так, как должно быть.

— А если не пойдет?

— О чем ты мечтаешь, мальчик? Хочешь небось стать вторым Азуром Пауком, князем Тьмы? Главным вором? — Резолют медленно покачал головой. — Жизнь твоя идет впустую, мальчик. Опомнись, пока не поздно.

ГЛАВА 2

Уиллу не понравилось то, что сказал Резолют. Он хотел было огрызнуться, однако его остановили два обстоятельства. Во-первых, он обратил внимание на то, как Резолют пнул ногой Хищника. Воркэльф, судя по всему, был в плохом настроении, и Уиллу не хотелось, чтобы он выместил свою злость на нем.

Вторым немаловажным обстоятельством было то, что ударил бы Резолют его сильнее, чем Хищник.

Уиллу очень хотелось возразить, сказать, что Резолют не прав, однако словечко «впустую» застряло в голове как гвоздь. Уилл Ловчила, король Низины. Его собственные слова казались ему сейчас насмешкой. Вот он стоит, мокрый; подбитый правый глаз распух и закрылся. Его и раньше били и смеялись над ним, говорили, что он ничтожество, но никогда еще ему не было так обидно.

Седовласый мужчина накинул Уиллу на плечи край своего плаща.

— Он дрожит и, наверное, голоден.

Резолют кивнул:

— Давай, мальчик, пойдем.

Уилл, прихрамывая, сделал несколько шагов — плащ слетел с него — и вдруг остановился. Воркэльф оглянулся:

— Ты все равно пойдешь с нами, по доброй воле или нет. Выбирай, мальчик.

Ноздри Уилла раздулись.

— Меня зовут Уилл.

— А меня — Резолют, а это — Ворон. Ну давай, шевелись.

Подросток нахмурился:

— Это еще не все.

— В чем дело?

Уилл протянул дрожащую руку: