Майкл Скотт – Китайская невеста (страница 44)

Джонатан стиснул зубы.

— Мне кажется, — произнес он, — что мальчика, которого я знаю, слишком долго не потчевали ремнем по задней части.

Лайцзе-лу решительно покачала головой.

— Так ты только вызовешь большую ненависть, — сказала она, — я сама найду другой выход.

— Однако я отказываюсь терпеть…

— Нет, Джонатан, — она твердо стояла на своем. — Это моя проблема, и ты должен позволить мне самой с ней справиться.

— Можешь воспользоваться ремнем, — сказал он. Тем временем Джулиан, догадавшийся, что взрослые говорят о нем, не все понимал из их разговора и глядел на отца снизу вверх.

— Я не верю в подобное воспитание, — сказала Лайцзе-лу. — Я найду другой способ.

Несмотря на уверенный тон, она понятия не имела, что следует сделать, чтобы завоевать расположение этого маленького человечка, который, каковы бы ни были его ребячьи причины, так сильно невзлюбил ее.

Другие экипажи обогнали их, и когда они подъехали к дому, то увидели поджидавшую их Элизабет. Руфь и Чарльз уже недвусмысленно выразили ей свое мнение по поводу ее поведения, и теперь она стояла гордо вскинув голову, а щеки ее пылали.

— Я должна принести вам свои извинения, — напряженно проговорила она, обращаясь к Лайцзе-лу. — Моя грубость по отношению к вам — я действительно вела себя грубо — была не намеренной.

Появление Джеримайи, вышедшего из своего кабинета, избавило их от необходимости дальнейших объяснений.

Сара Эплгейт уже взяла на себя роль главной домоуправительницы, спокойно и эффективно управляясь с приездом такого количества гостей. Дэвиду и Джулиану разрешили пообедать вместе со взрослыми. Оба малыша с сомнением смотрели на главное блюдо — лепешки из трески.

— Попробуйте их, дети, — предложила Сара. — Это одно из моих любимейших блюд.

Джеримайя не проронил ни слова, но едва прикоснулся к еде на своей тарелке.

После обеда Сара отозвала Джонатана в сторону.

— Джеримайя заболел? Он почти ничего не ел.

— Это потому, что он терпеть не может лепешки из трески.

— Понимаю.

Сара дала себе слово, что никогда больше не подаст это блюдо. Сун Чжао всегда ел то, что она ставила перед ним на стол, но Джеримайя Рейкхелл был столь же упрям, сколь и силен, и она решила, что хотя он и пропустил отличное рыбное блюдо, тем не менее он имеет право, чтобы в собственном доме ему подавали то, что ему нравится.

Трое мужчин отправились на верфь поговорить о делах, а Руфь, устроив так, чтобы Лайцзе-лу пошла вместе с ней, повела малышей в детскую на послеобеденный сон.

— Я… я честно говоря понятия не имею, что нашло на Джулиана, — сказала она, когда они, уложив малышей, удалились в гостиную, чтобы познакомиться поближе. — Вполне естественно, он может быть чуть скованным, но я никогда не видела, чтобы он вел себя капризно.

— В моей стране, — сказала Лайцзе-лу с вымученной улыбкой, — рассказывают древнюю легенду. Богиня земли как-то увидела троих своих детей, игравших между собой, и очень рассердилась, когда те не сказали ей, что именно они шептали друг другу. Она приказала им немедленно рассказать ей, но тут выяснилось, что они не могут сделать этого, потому что уже забыли о чем шла речь. Однако богиня-мать этого не понимала и наказала каждого из них. После этого они так сильно перепугались, что вообще не знали, что сказать. Она наказала бы их снова, но бог грома и молнии оказался рядом и убедил ее ничего больше не делать. Затем он сжалился над ней и объяснил, что ни один взрослый не в состоянии постичь разум ребенка. Расплата за взросление — а все дети стремятся стать взрослыми — состоит в том, что человек теряет способность думать и чувствовать как ребенок.

— Как это мудро.

Руфь была вынуждена признаться самой себе, хотя и скрепя сердце, что теперь вполне могла понять, почему Джонатан влюбился именно в эту девушку. Она обладала совершенной красотой тела, большой силой характера, быстрым умом и трезвым мышлением.

— Что мы теперь будем делать?

— Джонатан хочет отшлепать его, но это лишь усугубит проблему, — сказала Лайцзе-лу. — Мой разум пуст, поэтому придется положиться на инстинкт.

В добавление к другим качествам, — подумала Руфь, — она к тому же еще и смелая женщина. Подозревая, что сама она все еще предпочла бы Джонатана Чарльзу, может быть лишь потому, что очень трудно ломать старые стереотипы, Руфь вынуждена была признать, что Джонатан нашел жену, достойную его.

В этот же вечер, прежде чем взрослые собрались в гостиной выпить по стаканчику вина, Руфь и Лайцзе-лу отправились в детскую посмотреть за детьми, пока они ужинали.

Джулиан ел с аппетитом, но продолжал игнорировать странную женщину, которая, как ему сказали, стала его новой мачехой.

— Я обычно рассказываю им какую-нибудь историю на ночь, — сказала Руфь.

Лайцзе-лу увидела в этом едва заметный свет, который забрезжил в конце длинного и темного тоннеля.

— Можно мне рассказать им сказку сегодня?

— Конечно.

Руфь понятия не имела, что замыслила Лайцзе-лу, но у нее хватило здравого смысла удалиться со сцены.

— Пойду вниз, — сказала она и быстро вышла.

Не зная как продолжить, Лайцзе-лу тем не менее последовала интуиции. Посадив Дэвида на колено, она не обратила ни малейшего внимания на Джулиана.

— Что бы ты хотел послушать? — спросила она. — Китайскую сказку, американскую сказку или английскую сказку?

Она не знала ни одной американской, ни одной английской сказки и надеялась только на свое воображение.

Дэвид сам пришел ей на помощь.

— Китайскую! — восторженно воскликнул он.

Джулиан молчал.

— Мне рассказать ее на мандаринском или по-английски? — спросила Лайцзе-лу.

— На мандаринском! — воскликнул Дэвид.

Впервые Джулиан заговорил с ней.

— Я не понимаю по-мандарински, — насупившись проговорил он.

— Придет день и ты научишься в совершенстве говорить на мандаринском наречии, Джулиан, — нежным голосом сказала Лайцзе-лу. — Но эта сказка и для тебя и для Дэвида, поэтому я расскажу ее по-английски.

Дэвид поудобнее устроился у нее на коленях.

— Однажды на белом свете жил страшный дракон, из пасти которого вылетали огонь и дым, — начала Лайцзе-лу. — Он жил глубоко в лесу. Два мальчика я думаю их звали Дэвид и Джулиан — решили посмотреть на дракона.

Дэвид захихикал. Джулиан, сам того не замечая, придвинулся ближе.

— Один старик, что жил в хижине на краю леса, стал отговаривать ребят от попыток найти дракона, потому что не сомневался, что тот сожжет их своим огнем. Как вы думаете, они испугались?

Не в силах сдержаться, Джулиан первым выпалил:

— Нет!

Дэвид эхом вторил ему:

— Нет!

— Вы правы. Ребята отправились в дремучий лес. Они искали, искали, искали, но никак не могли найти этого дракона. Потом они заблудились и очень проголодались. Они нашли кусты вао-цин. А плоды вао-цин необыкновенно вкусные, но их нужно поджаривать прежде чем есть. Когда они сырые, они очень горькие. Итак, мальчики никак не могли поджарить эти плоды, и несмотря на очень сильный голод, они уснули в лесу.

Дверь тихонько приоткрылась. Неслышно вошел Джонатан, заинтересованный, как поладят его жена и сын.

— Как вы думаете, что случилось дальше? — спросила Лайцзе-лу.

— Появился дракон! — воскликнул Джулиан.

— Верно, именно так и случилось. Из его пасти вырывалось пламя, клубами валил дым, и оба мальчика проснулись. Они очень испугались, но не хотели, чтобы дракон это заметил. Поэтому они поднялись на ноги и сказали: «Мы хотели бы подружиться с вами, мистер Дракон. Но если вы не хотите дружить с нами, мы готовы драться».

На Джулиана это произвело впечатление.

— Эти ребята очень смелые.

— Очень смелые, — повторил Дэвид.

Джонатан молча стоял у двери и улыбался.

— Так же подумал и дракон, — сказала Лайцзе-лу, — поэтому он решил стать их другом. Когда они сказали ему, что хотят есть, дракон расстроился. Он спросил, почему же они не едят плоды вао-цин. Они объяснили, что люди не могут есть сырые плоды вао-цин. Поэтому — вы уже, наверное, догадываетесь, что он сделал?