Майкл Салливан – Elan I. Легенды Первой Империи (страница 27)

— Ха-ха! — крикнула Сури и помчалась прочь.

Рэйт последовал за ней, пытаясь не отставать от проворной девчонки. Сури и Минна неслись по ручью, вздымая брызги.

Персефона с Малькольмом стояли в пятне лунного света, глядя назад.

— Тут обрыв! — крикнула Персефона, указывая на край скалы, на которой они стояли. — О, Великая Праматерь всего сущего! Это же водопад!

— Прыгай! — велела Сури.

— Что?!

— Прыгай!

Поравнявшись с водопадом, Рэйт замедлил бег. А вот Сури нет. Мистик и волк спрыгнули вниз вместе. Исчезая за краем скалы, Сури испустила торжествующий вопль.

Волки никуда не делись. Лес наполнял лай, вой и тявканье. Персефона с Малькольмом посмотрели на Рэйта расширенными от ужаса глазами.

— Лучше спрыгнуть, чем быть съеденным, — вздохнул Малькольм и, как ни странно, сиганул первым.

— О, Великая Праматерь, не покинь меня! — взмолилась Персефона и тоже прыгнула.

Рэйт заглянул за край, но в надвигающейся тьме увидел лишь пронизанную лунным светом туманную дымку. Волки с рычанием окружали его. Они знали, что рядом обрыв, и не спешили. Шестеро зверей встали полукругом — пасти ощерены, с клыков капает слюна.

— Эх, Тэтлинская Ведьма! — Рэйт повернулся и последовал за остальными.

При падении Персефона едва не погибла. Ударилась она всего лишь о воду — ни острых камней, ни полусгнивших деревьев. Оттолкнувшись от дна, она с легкостью всплыла на поверхность, однако падение перенесла очень тяжело — полет в кромешной темноте напугал ее до полусмерти.

Двадцать лет она провела, разнося официальные сообщения по другим далям, и была одной из немногих, кому довелось посетить Алон-Рист. Рассказы о ее путешествиях поражали всех. И все же опыт двадцати лет мерк по сравнению с тем, что ей пришлось вынести в последние несколько часов. Персефона победила свой страх перед лесом, пережила покушение на убийство, получила загадочное послание от древнего дерева, сражалась с волками одним лишь щитом и прыгнула в темноту с вершины водопада. За один день ее собственная жизнь сорвалась со скалы, и что-то ей подсказывало: до дна еще далеко.

Когда все вынырнули, Сури приказала им плыть за завесу падающей воды, где обнаружилась глубокая впадина, явно свидетельствующая о том, что некогда мелкий ручеек был куда больше. Снег растаял не очень давно, и вода обжигала холодом. Впрочем, Персефона этого почти не замечала. Бухающее в груди сердце вырабатывало достаточно тепла.

Взяв плавающий на поверхности щит, Рэйт вышел из воды последним.

— Ух ты! — крикнула Сури, оттряхивая мокрые волосы. Волчица проделала то же самое, только без восторженного возгласа. — Вот это мы показали старому Огарку, правда, Минна? Оставили отметину, которую он не забудет. Теперь имя вполне ему походит! Ха! — Девочка усмехнулась, сияя от удовольствия. Она обняла волчицу обеими руками. — Минна, ты просто умница! Отлично приложила! На этот раз ты как следует ему показала. Минна, ты мой герой!

— Вам уже приходилось с ними драться? — спросил Рэйт.

Мокрые волосы липли к его лбу. С бороды капало на камни.

— Постоянно. Огарок — неприятный сосед. Они с Минной не ладят. Он ревнует, потому что меня Минна любит больше!

Шум водопада заглушал большую часть звуков ночного леса, но Персефона расслышала волчий вой.

— Они могут до нас добраться?

Сури кивнула.

— Будут здесь совсем скоро, — добавила она с радостной улыбкой. — Вечно они мешкают, пока обходят водопад. Я жду, когда они осмелятся спрыгнуть, и все никак. Огарок не слишком-то умен.

Персефона с тревогой посмотрела на погасшие факелы.

— Что будем делать?

— Исчезнем, — подмигнула Сури.

— Что?!

Девочка рассмеялась высоким, заливистым смехом. Персефону он отнюдь не утешил. Ведь на них надвигалась опасность в виде стаи волков, спешащих к ловушке позади водопада! Персефона посмотрела на Рэйта, однако настроения ей он тоже не поднял. Дьюриец напряженно оглядывался.

— Нам сюда, — сказала девочка-мистик, шагнув в трещину в скале.

Оказалось, что это не просто трещина, а широкая и невысокая расщелина. Пригнуться пришлось всем, кроме Минны.

Вой позади стал громче.

— Куда мы идем? — спросила Персефона, ковыляя между каменных стен.

Отрывистое тявканье волков больше не смягчали горы и деревья, теперь оно слышалось отчетливее. Потом раздался всплеск. Они рядом!

— Вон туда, — указала Сури.

В скале открылась дверь, и тьму пронзило призрачное зеленое свечение. Мистик махнула рукой, призывая последовать за собой, и снова шагнула вперед первой.

Плеск воды послышался совсем рядом, и никто уже не колебался. Не думая об опасностях, которые могли ее подстерегать, Персефона бросилась навстречу новому, полному зеленого света миру. Сури захлопнула дверь.

Четыре человека плюс Минна очутились в зале, ненамного больше круглых хижин в далле. Но вырубленное в скале помещение впечатляло куда сильнее, чем зал в чертоге вождя. Потолок надежно поддерживали массивные колонны, высеченные из камня. Тяжелые глыбы образовывали укрепленную залу, воплощавшую собой силу, точность и единообразие. Продуманное использование пространства, сходящие на конус квадратные колонны и сводчатые проходы обладали завораживающей грацией и красотой. Вокруг потолка, вниз по краям стен и вдоль пола были высечены узоры, образующие непрерывную цепочку. Все поверхности покрывали странные рисунки, изображавшие сражения коротышек с людьми повыше. В центре пола — там, где в хижинах далля устраивали очаг, — находился большой зеленый камень, светившийся ровным светом. Ярким он не был, зато его вполне хватало, чтобы заполнить помещение призрачным сиянием.

— Что это за мир? — спросил Рэйт, вертя головой по сторонам и сжимая меч.

— Очень старый, — ответил Малькольм.

— Ты здесь живешь? — спросила Персефона у Сури.

Лицо девочки отразило нелепость вопроса.

— Не-ет, — протянула она. — Каменные стены почти так же ужасны, как и деревянные. Я живу в Долине Боярышника, самом прелестном месте из всех, что только существуют.

— Значит, это дверь кримбалов, про которых ты рассказывала? Та, что ведет в Ногг?

Мистик снова покачала головой.

Вой и скрежет когтей по камню напугали всех, кроме Сури с Минной. Рэйт выхватил меч и набросил щит. Сури хихикнула.

— Внутрь им не попасть.

Рэйт подошел к декоративной рамке, обрамлявшей место, где они вошли. Кроме резьбы ничего не указывало, что здесь есть вход — в скале не было ни единой трещинки.

— Как ты ее открыла? — спросил Рэйт, возвращая меч за пояс. — И как она закрывается?

— Надо нажать на ромбовидную выемку в узоре. Снаружи узора нет, только камешек слегка выдается. Нужно потрудиться, чтобы его нащупать, а для стаи он слишком высоко.

Персефона огляделась по сторонам в поисках другого выхода.

— Значит, мы в ловушке.

Сури сдернула плащ и развесила его на горизонтальном шесте, вмонтированном в стену словно специально для этого. Минна спокойно обнюхивала зал. Ни та, ни другая ничуть не беспокоились.

— Рано или поздно стая потеряет терпение и уйдет. Но придется подождать. Огарок упрям. До утра мы точно останемся здесь.

Хотя царапанье и лай возле двери продолжались, стая вряд ли могла попасть внутрь. Персефона расслабилась и распрямила плечи. Ей стало холодно. Она сняла ли-мору, выжала ее и намокшие волосы. Потом женщина снова завернулась в одежду Рэйта, как в одеяло.

— Почему ты за нами вернулась? — спросила Персефона, придвигаясь к светящемуся камню в надежде, что он согреет ее как костер. Тщетно.

Сури развязала пояс с зубами оленя.

— Получила ваше послание.

Трое беглецов изумленно переглянулись.

— Мы ничего тебе не посылали! — воскликнул Рэйт, вытряхивая воду из волос и бороды.

Сури расстегнула рубашку и юбку, затем повесила их рядом с плащом, оставшись голышом. Персефона покосилась на Малькольма и Рэйта. Они благоразумно уставились на знаки, очерчивающие залу. Персефона жест оценила, хотя Сури было явно все равно.

Татуировки покрывали не только лицо мистика — похожие символы украшали все тело. Два завитка обвивали ключицы, еще два встречались в центре груди и уходили за спину. Руки от локтей до плеч обхватывали закрученные полосы, толстые как корни деревьев.

— Если вы никакого послания не отправляли, то наверно Воган проявил великодушие, — ответила Сури. — Я даже до сосен еще не дошла, как увидела белку. Она уронила желудь и кинулась вниз по стволу, чтобы его поднять. Поэтому мы с Минной помчались обратно так быстро, как могли.

Девочка оказалась вовсе не такой тощей, как ожидала Персефона. Тазовые кости выдавались вперед, ребра было легко сосчитать, зато мускулатура была развита отлично.