Майкл Ривз – Последний джедай (страница 60)

Ее гнев был быстрым и горячим. Она открыла рот, чтобы возразить, но ее замолчала огромная, нестареющая печаль, которая, казалось, открылась в глазах джедая - как будто он держал в себе смешанные печали всех прошлых джедаев.

Она вернулась к уроку, полученному с рождения. «Мужчины нашего клана не могут направить Силу».

«Вы позволили кому-нибудь из них попробовать? В любом случае, достаточно ли этой причины, чтобы поработить их? »

«Они немногим лучше зверей», - заявила она. «Наученные использовать Силу, они будут использовать ее только друг против друга - против нас».

«Использовал ли я свои способности против тебя?»

«Вы не из этого мира. Тебя обучали духовной дисциплине … »

"Отлично. Затем позвольте им научиться духовной дисциплине и мудрости, прежде чем вы научите их владеть Силой. Пусть учатся с детства. Вот так все джедаи taught- были преподаваться. Первое, что я узнал у ног своего Учителя, было то, каким человеком должен быть джедай, чтобы делать добро в жизни и избегать падения на темную сторону. Направление Силы пришло позже. Если джедаи могли этому научить, почему ведьмы Датомира? Что этому мешает? »

Он обошел ее и продолжил спуск по каменистому склону.

Она встала и посмотрела ему вслед, затем мимо него на безумную пустыню. Пар и дым поднимались через глубокие вентиляционные отверстия, открывшиеся в естественной скале в результате катаклизма, разрушившего Звездный Храм и Врата Бесконечности. Они плыли, как призраки, по выжженной земле и обвивали осколки камня и шлака, которые были всем, что осталось от ужасного оружия сестер ночи.

Внезапно Магашу уже не хотелось выходить туда с этим молодым-старым джедаем. Она сказала себе, что не боится призраков этого места, а только возмущена осуждением этого человека.

«Трус» , - назвала она себя она, - и последовала за ним по гладким, стеклянным чешуйкам обсидиана, превращающимся в пыль под ее ногами. Она добралась до него, когда он вышел на поле обломков, затем резко вскинула голову, услышав знакомый звук.

Злоба .

Теперь она могла их слышать. Один, может, два. Она повернула голову - там, на восток, с подветренной стороны большой горы.

«Злоба?» - спросил джедай. Он остановился и повернулся к ней.

Она кивнула. «Я пойду защищать их. Я бы не хотела, чтобы тебя съели, пока ты на моем попечении, - добавила она, сверкнув зубастой ухмылкой.

Лжец , называла она себя, пробираясь через шлак к опушке леса. Ранкорс никогда не появлялся на этой опустошенной равнине, но джедаи не должны были знать об этом.

Джакс направился к центру плато. Он подсчитал, что она была километров в дюжину в длину от края до края, возможно, пяти в поперечнике. На западе плато, казалось, уходило от края света; к востоку он переходил в лес дымчатых деревьев.

Туда направился его эскорт. Он мог видеть, как она легко перепрыгивает через препятствия, однажды выполнив потрясающее сальто, прежде чем мягко коснуться вершины валуна размером с голову ранкора.

Он задавался вопросом, почему она рассталась с ним. Здесь не было никаких следов ранкорей - никаких. В самом деле, не было причин для злопамятства - в конце концов, разумного зверя - рисковать на этот проклятый ландшафт. Он знал, что прогнал ее. Возможно, он сделал это инстинктивно, точно так же, как взял курс на Датомир.

Он снова перевел взгляд на центр высокого плато. Несколько осколков природного камня и искривленного металла - каждый длиной с Эфирспрайт и размером с кедр Топраван - выступали из истерзанной земли, их коронки наклонялись друг к другу, как острия сабли, приветствуя приближающуюся битву. Сразу за этой структурой и к востоку от нее была брешь в поверхности, в которой мог бесследно исчезнуть корабль, вдвое превышающий «Дельта-7». Каскад черных скал застыл, обрушившись на край, как водопад из стекла.

Джакс глубоко вздохнул и ударил по двум чертам лица, чувствуя приток энергий, контуры которых он мог лишь смутно различать.

Да, эта область была источником перемещения, которое он почувствовал в Силе. Но с чего ему начать? В самом деле, что ему делать, когда он нашел, с чего начать? Небо темнело, когда датомирское солнце целовало горные вершины. Облака неслись над головой по серебряному небу, и над затененными долинами начал подниматься наземный туман. Темнота наступит через два часа, а может, и меньше.

Джакс вытащил из кармана голокрон ситхов, надеясь использовать его как компас. Но хотя он явно реагировал на закручивающуюся вокруг этого места энергию, он не предлагал никаких указаний на то, какие особенности разрушенного храма ему следует исследовать.

Он только что закрыл глаза и послал первые ленты Чувства Силы, когда что-то дернуло его. Он открыл глаза и повернул их к скальным шпилям на западе, во многих метрах от него. Изящная фигура двигалась среди титанических наконечников сабли, останавливаясь, когда его взгляд коснулся ее.

Как она это сделала? Как мог Магаш добраться из последнего места, где он ее видел - почти в двух шагах - к разрушенному храму? Более того, зачем ей это? Может быть, демонстрируя свое мастерство перед низшим существом?

Его сердце забилось быстрее. Может, она что-то нашла. Может, она знала об этом месте больше, чем подозревала Мать Джо. Матриарх сказала, что сестры избегали руин, но Магаш очень хотел сопровождать его, и, наблюдая, как она перемещается по неровной земле, Джакс вполне мог поверить, что это не было ее первым походом сюда.

Все в порядке. Тогда он последует ее примеру. Он направился к шпилям, используя Силу, чтобы не упасть во все более тревожные трещины на поверхности равнины.

Он взглянул на строение, приближаясь. Женщина ждала его, почти не видная из-за поднимающегося с земли тумана, временами казалось, что она сама была частью пара. Он преодолел последние несколько метров в серии прыжков с помощью Силы и достиг того места, где она была.

Она ушла.

«Магаш?» Он сделал паузу, чтобы послушать. Холодный ветерок пробирался сквозь стеклянные шпили, безутешно плача.

Он колебался. Неужели он так разозлил Ведьму, что она устроила ему засаду? Она могла притвориться, что он упал в расселину или был съеден злобой. Он чувствовал ее гнев, но ничего более смертоносного, чем ненависть.

«Магаш!» он позвал снова.

Когда все еще не было ответа, он вытащил свой световой меч и шагнул в тень шпилей. Почти сразу его чувства были захвачены потоком теплого статического электричества. Он обнаружил, что задыхается, дезориентирован.

Он повернулся от прикосновения к плечу, но там никого не было.

И все же … все же за ту долю секунды до того, как он среагировал, он ожидал увидеть Ларанта, стоящую позади него. Стоя с ним. Теперь, не видя и не чувствуя ее, он был лишен.

Джакс громко застонал. Что было это место? Какие силы задержались здесь, чтобы разорвать его таким образом?

В его правой руке гудел его световой меч, омывая тени прохладной водой. Слева от него голокрон ситхов вспыхнул внезапным жаром и бросил расплавленный отблеск огня на гладкие поверхности наполовину упавших каменных копий, встретившихся над его головой.

Он медленно повернулся, наблюдая, как разбивающаяся волна сияния скользит по стеклянной скале. Он остановился, глядя на самый большой из массивных осколков, и увидел в нем себя. Увидев на мгновение отражение женщины, стоящей позади него.

Только не Забрак. Тви'лек.

Не Магаш. Ларант.

Он повернулся.

Пространство позади него было пустым. Ближайшее к нему - завиток наземного тумана.

Он снова повернулся к кривому зеркалу -

… И шагнул в носовой проход своего умирающего корабля. Световой меч все еще гудел, излучая сияние в полумрак; оранжевый свет исходил не от голокрона ситхов, а от огня, пожирающего кости и кровь Дальнего следопыта . И там, перед ним в мерцающей темноте, Ларант стояла под открытым оружейным отсеком, с Ден Дуром рядом с ней, борясь с лестницей.

Он сделал шаг вперед. Другой. И другой.

«Ларант! Ден! Сейчас! Все кончено! Пошли!"

Они посмотрели на него. Ден что-то сказал Ларанту и побежал на корму к Джаксу.

«Ларант! Сейчас!" Джакс вложил в слова всю энергию Силы. «Мы нужны Йиммону».

Она взглянула на оружейный отсек, посмотрела на Джакса … и спустилась на корму в безопасное место.

Отражения колебались, кружились, пересортировывались сами по себе. Ларант лежала на палубе, умирая, осколок металла пронзил ее шею.

Джакс издал невнятный рев от боли, полностью опустошая себя, пока не почувствовал, что его вывернули наизнанку. Прежде чем он смог снова вдохнуть, образы снова закружились, и Ларант стояла перед ним … и Ларант лежала мертвая у его ног.

Он втянул холодный вдох. Два пути. Два прошлого. Тот, который он создал нерешительностью и выбором; тот, который он мог бы создать, если бы не колебался. Он желал каждым последним атомом своего существа, чтобы он мог сделать еще один шаг и сделать этот выбор заново.

На долю секунды ему показалось, что он может, и в эту секунду он снова шагнул вперед, выкрикивая имя Ларанта.

Он споткнулся о каменистые обломки и упал на колени. Его световой меч отключился, голокрон выпал из его руки. Он протянул руку, чтобы остановить падение, и зашипел от боли, когда осколок обсидиана разрезал его ладонь.

Он качнулся на каблуках и посмотрел вверх. Он был полностью среди руин Звездного Храма. Все остатки прошлого исчезли. Ветер стонал сквозь шпили, тени удлинялись.