Майкл Миллер – Восходящий. Начало (страница 14)
Тот вечер в Крэге выдался тихим. И потом еще несколько дней в замке и в городе только и говорили, что о внезапной смерти короля Леофрика и о регентстве его дяди. Всадники собирались на бесконечные тайные встречи, даже после наступления темноты требуя, чтобы слуги приносили им еду. Измученные, выбивавшиеся из сил, Холт и его отец каждую ночь еле плелись домой на ноющих и опухших ногах. А когда отец засыпал, подросток сбегал из дома и спускался по уже знакомому маршруту к заброшенному складу у хижины Макеров.
Он кормил дракончика и играл с ним. Удивительно, как быстро малыш рос. Сначала Холт решил, что это сказываются усталость и постоянное беспокойство и ему это только кажется. Но нет, детеныш определенно стал крупнее. Теперь он был размером с большую кошку. И по-прежнему больше всего любил, свернувшись в клубок, прижаться к Холту.
Однажды ночью, там же на складе, вслушиваясь в ритмичное биение в такт собственному сердцу, Холт задремал.
Яркий утренний свет заставил его открыть глаза. Солнце уже взошло. Подросток заснул прямо на каменном полу, и у него ужасно болела голова, а детеныш дракона растянулся у него на груди.
Снаружи раздались голоса. Заржала лошадь.
– Спокойно, девочка, что на тебя нашло?
– Она такая уже несколько дней.
Холт стиснул зубы. Макеры уже вернулись к себе в хижину. Что, если отец тоже проснулся и гадает теперь, где же он?
Застонав, Холт приподнялся, подхватив детеныша, который чуть не свалился на землю. Малыш продолжал крепко спать, когда подросток устроил его на одеяле. Дракончику что-то снилось, и его маленький хвостик подергивался во сне.
Лошадь фыркнула и снова заржала. Пока Макеры пытались ее успокоить, Холт воспользовался этим и, выскользнув со склада, со всех ног помчался домой. Неужели лошадь почувствовала, что где-то рядом дракон? Сколько пройдет времени, прежде чем о том, что случилось, узнают другие драконы?
«Я так долго не продержусь».
Ему придется найти способ вывезти малыша из города. Хотя бы попытаться. И уж точно нужно бы больше узнать о детенышах драконов. Кто знает, какие неожиданности его подстерегают?
Но прошла целая неделя, и все оставалось по-прежнему. В голову Холту ничего не приходило.
Однажды Сайлас Сильверстрайк собрал самых опытных старших Всадников и покинул с ними Скалу. Пошли слухи, что они и Командор Денна направляются в столицу Сидастры, чтобы подготовить оборону. Мирк, находившийся в ранге Фаворита, был назначен временным главой резиденции Ордена.
Теперь в Крэге осталось всего десять старших Всадников, включая Броуда, и девять драконов. Детеныши были не в счет, а о дракончике Холта никто и не знал. Кстати, подросток все еще не выбрал для него имя – если вообще имел на это право. Остальные Всадники были Начинающими или, как принцесса Талия, находились в следующем ранге Восходящего. Их должны были призвать позже. Предстоящая битва с роем станет их первым великим испытанием.
Холт никогда не встречал ни одного из этих чудовищных насекомых. В историях, которые рассказывали детям, эти существа описывались очень подобно. И к тому же их можно было хорошо рассмотреть на великолепных фресках и картинах в замке Ордена, где были изображены кровопролитные сражения прошлых веков, в которых когда-либо участвовали предки нынешних войнов.
Теперь, когда в Крэге стало меньше Всадников, Холт, очередной раз балансируя со стопкой тарелок, задержался в зале, чтобы взглянуть на самую большую картину: огромные рогатые жуки, размером больше боевых коней; длинные с узкими телами насекомые с лезвиями вместо передних лап; исполинские деформированные скелеты, возвышающиеся над пехотинцами Скверны – наполовину людьми, наполовину насекомоподобными упырями. Гигантские существа, похожие на ос, затопили горизонт.
А в сердце роя был изображен худший из монстров. С узкой талией и с туловищем из закаленного панциря, он стоял на четырех огромных лапах. Множество огромных темных крыльев окутывало жука, как дорожный плащ. Такое сравнение было вполне объяснимо: лицо существа – если оно у него было – скрывалось под капюшоном из панциря, как прячут свои физиономии преступники. Под этим капюшоном виднелась только тьма. Тьма и глаза, похожие на кровоточащие звезды.
То была Королева роя.
– Разве ты не должен их вымыть?
Вздрогнув, Холт обнаружил за спиной Броуда. В его покрытой мозолями руке было ярко-красное яблоко, от которого он, подойдя ближе, с хрустом откусил.
– Конечно, лорд Броуд. Простите мою нерасторопность.
Холт уже собирался уходить, когда что-то в картине привлекло его внимание. Дракон, темно-красный, истекающий кровью, был окружен врагами. На его морде был запечатлен неподдельный ужас. Холту всегда казалось, что Всадники не способны испытывать страх, не говоря уже о драконах. В нем поднялась новая волна беспокойства о детеныше, на которую тот отозвался признательной волной.
Вопрос слетел с его губ еще до того, как Холт успел тщательно его сформулировать.
– Все драконы должны сражаться со Скверной?
Фыркнув, Броуд посмотрел на Холта и снова впился зубами в яблоко.
– Нет, – прожевав, ответил он.
Холт сглотнул, испугавшись, что случайно выдал свои тайные мысли. Но будь это любой другой Всадник, мальчик не рискнул бы напроситься на разговор.
– Драконы водятся и в дикой природе, верно? Они не являются частью Ордена?
– Да, бывают и дикие.
– И они не сражаются?
– При необходимости они будут защищаться, но должны ли они сражаться? Нет. Дикие драконы имеют право улететь, оставив разбираться с этим других. Так уже случалось. В этом суть Пакта. Для борьбы со Скверной существуют Всадники. Однако и люди, и драконы идут на это добровольно. – Взгляд Броуда упал на картину. – Как иначе можно смириться с такой судьбой? Но почему ты об этом спрашиваешь, мойщик горшков? – Старый Всадник внимательно посмотрел на мальчика.
– Извините, что побеспокоил вас с такими пустяками, лорд Броуд. Мне не о чем волноваться. Тем более что вместе с нами сражается Сайлас Сильверстрайк. Говорят, он один стоит десяти Фаворитов.
При упоминании о Сильверстрайке Броуд снова закатил глаза.
– Ты веришь каждой истории, которую слышишь?
Холт только сейчас осознал, как оплошал: Броуд был одним из старейших Всадников Феорлена, пусть об этом сейчас мало кто помнил.
– Это действительно так ужасно, как все говорят? – выдавил мальчик.
– Встретиться лицом к лицу со Скверной? – Броуд помрачнел. – Да, Холт, и словами этого описать нельзя. Картины, которыми ты восхищаешься, тоже изрядно все приукрашивают.
– Вы думаете, королевство готово к битве?
Броуд пожал плечами, возвращаясь к своему яблоку.
– Мне кажется, стань принцесса Талия королевой, – начал Холт, – Орден смог бы еще лучше руководить нашей армией.
Броуд выплюнул косточку. Холт посмотрел, как та упала на пол, думая о слуге, которому предстоит ее убрать.
– Ты веришь всему, что слышишь. Но мало что понимаешь. Талия никогда не сможет стать королевой.
– Почему?
– Потому что она Всадница, а их клятва держать нейтралитет – священна. По крайней мере, так было раньше. И, кстати, то, что Талия вообще является Всадником, довольно спорный факт. Если бы ты высовывал нос за пределы городских стен больше, чем на день, знал бы обо всем гораздо больше. – Помолчав, Броуд откашлялся. – Послушай, – понизив голос, быстро сказал он, – когда угрожает Скверна, всем нравятся Всадники. Но когда вокруг царят мир и спокойствие, люди начинают жаловаться на то, что приходится оплачивать наше содержание. К тому же они беспокоятся, как бы мы не стали претендовать на большее. Пусть у дворян и богатых торговцев есть замки и армия, чтобы их защитить, у нас есть драконы. При желании Всадники могли бы захватить власть. И кое-кто, уверен, будет совсем не прочь. Так что знатные дома королевства боятся нас так же сильно, как и зависят от нас.
– Но все Всадники из благородных семей, – возразил сбитый с толку Холт. Положение Всадника было выше всех остальных. В глазах некоторых они были равными королевской семье. – Как знатные роды могут бояться Всадников, если среди них тоже есть Всадники?
– Вот ты обнаружил единственное, чего они страшатся даже больше, чем лишиться своей власти. И это делает их еще более ничтожными. – Броуд махнул рукой куда-то в сторону, точно указывая на тех, к кому адресовал сейчас свои обвинения. – Если только представители благородных семей имеют право становиться Всадниками, семейные узы не допустят кровопролития. Иного пока мы не знаем. Существуют также клятвы Ордена: сохранять нейтралитет, никогда не вступать в брак и не иметь детей, всегда сосредотачивать все внимание на опасности, исходящей от Скверны. Если Талия станет королевой, это нарушит не только ее собственные клятвы, но и деликатные отношения Ордена с каждой нацией от Империи Скарлов до Свободного города Митры. Это расценят, как то, что Всадники захватили власть. Конечно, есть те, кто считает, будто королевская линия не должна прерваться, несмотря ни на что. Принцессе не следовало присоединяться к нам, – мрачно добавил напоследок старый Всадник.