Майкл (Майк) Резник – Кириньяга. Килиманджаро (страница 23)
– Ты уверен? – спросил я.
Он кивнул:
– Уверен.
– А почему у тебя все истории такие? – спросила девочка.
– Какие?
– Ты всегда рассказываешь про глупого слона, или про шакала и птичку-медоуказчика, или про леопарда и сорокопута, но, как только начинаешь пояснять, что имел в виду, всегда получается, что ты рассказывал про кикуйю.
– Это потому, – ответил я с улыбкой, – что я кикуйю и вы все тоже кикуйю. Были бы мы леопардами, то и все мои истории были бы про леопардов.
Я еще несколько минут посидел с ними в тенечке под деревом, а потом увидел, как через высокую траву к нам бежит Ндеми и лицо его пылает возбуждением.
– Ну? – спросил я, подождав, когда он приблизится.
– Масаи вернулся, – сообщил он.
– Убил он физи? – спросил я.
–
– И где он сейчас?
– Он у реки, с юношами, которые изъявили желание почистить его оружие и содрать шкуры со зверей.
– Думается, надо бы мне их проведать, – сказал я, осторожно поднимаясь, ибо у меня ноги затекли от слишком долгого сидения в неподвижной позе. – Ндеми, ты пойдешь со мной. Остальные возвращайтесь в шамба и поразмыслите над историей про глупого слона.
Ндеми выпятил грудь от гордости, словно петух, ведь я сам попросил его сопровождать меня, и вскоре мы уже шагали через бурлящую жизнью саванну.
– А что масаи делает у реки? – спросил я.
– Он нарезал своим
Я вгляделся в марево жаркого пыльного дня – нам навстречу двигалась небольшая процессия.
– Зато
Поскольку они двигались нам навстречу, я попросил Ндеми остановиться, и мы стали дожидаться их.
–
–
– Не хватает подушек, – сказал он. – Да и носильщики держат его не слишком ровно. Но в целом я доволен.
– Несчастный ты человек, – проговорил я, – которому недостает подушек и уверенных носильщиков. Как же получилось, что в них возникла недостача?
– Это потому, – ответил Самбеке с ухмылкой, – что здесь еще не построена Утопия. Однако мы к ней приближаемся.
– Ты мне, пожалуйста, сообщи, когда она наступит, – сказал я.
– Ты обязательно узнаешь, старик.
После этого он приказал носильщикам нести его дальше в деревню, а мы с Ндеми остались стоять, где были, пока он не исчез вдали.
Тем вечером в деревне устроили празднество по случаю убийства восьми гиен. Коиннаге самолично зарезал быка, люди плясали, пели и пили много помбе, а когда я вошел, танцовщики показывали засаду и убийство зверей своим новым спасителем. Охотник-масаи сидел на высоком стуле, даже выше трона Коиннаге. В одной руке он держал бурдюк с помбе, а на коленях аккуратно пристроил кожаный футляр с ружьем. Он облачился в красное одеяние своего народа, заплел волосы по племенному обычаю, а стройное мускулистое тело его блестело, натертое маслом. Две девушки, едва достигшие возраста обрезания, стояли за спинкой стула и внимали каждому его слову.
–
–
– Не зови меня этим именем, – сказал он.
– Да? А что, ты решил выбрать себе имя по обычаям кикуйю?
– Я решил взять себе имя, которое было бы понятно кикуйю, – объяснил он. – Отныне меня так следует называть в этой деревне.
– Ты что, не собираешься улетать? Ведь твоя охота окончена.
Он покачал головой:
– Нет, не собираюсь.
– Ты совершаешь ошибку, – сказал я.
– Не такую серьезную, как ты, решивший отвергнуть мою дружбу, – ответил он. Помолчав немного, улыбнулся и добавил: – Не желаешь ли ты узнать мое новое имя?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.