Майкл Коннелли – Тропа воскрешения (страница 49)
— Вы просите отсрочку слушания, чтобы у вас было больше времени на изучение материалов? — уточнила Коэльо.
— Нет, Ваша честь, — ответил Моррис. — Сторона обвинения просит лишить заявителя права использовать эти материалы из‑за недобросовестного соблюдения даже элементарных требований к раскрытию информации.
— Это весьма жёсткая мера, — сказала Коэльо. — Уверена, у просителя есть что сказать. Господин Холлер?
— Ваша честь, здесь нет никакой недобросовестности, — сказал Холлер. — И мне уже надоело раз за разом оправдываться по поводу жалоб, которые господин Моррис поднимает, как заезженную пластинку. Правила раскрытия ясны. Я не был обязан передавать эти материалы ему и его команде до тех пор, пока не решил использовать их в суде. Я принял это решение в пятницу утром, когда мой следователь, господин Босх, закончил работу с данными. Учтите, Ваша честь, я работаю практически один: один младший адвокат, один штатный и один внештатный следователь. Господин Босх получил данные от «AT&T» во вторник днём и сообщил мне о своих выводах в пятницу утром. Он — один человек. А в распоряжении господина Морриса — весь аппарат генеральной прокуратуры. Он ещё и представляет в этом деле окружную прокуратуру Лос‑Анджелеса, а там, по последним данным, напротив, восемьсот прокуроров и двести следователей. И он не нашёл никого, кто помог бы ему за выходные просмотреть материалы?
— Ваша честь, недобросовестность — вот здесь, — продолжил он. — Господин Моррис исходил из того, что я сбрасываю на него бесполезную макулатуру, и решил, что не будет топтаться на месте, разбираясь в ней. Поэтому он проигнорировал её на выходных, а теперь обнаруживает, что, возможно, это не так уж бесполезно, что здесь есть оправдательные сведения, и возмущается. Повторю: это должно быть поиском истины, но господина Морриса истина не интересует. Его интересует лишь создание препятствий на пути к ней. И это, по‑моему, и есть недобросовестность в её самой отвратительной форме.
Моррис развёл руками, словно крыльями.
— Ваша честь, серьёзно? — спросил он. — Мистер Холлер удобно забывает факты. Суд одобрил повестку в «AT&T» более трёх недель назад. Он ждал до кануна слушания, чтобы её исполнить и собрать данные. Это была сознательная задержка, Ваша честь, и он не обманет ни меня, ни вас. Штат настаивает на своей жалобе и на предлагаемом решении.
— Ваша честь, могу ли я ответить? — спросил Холлер.
— Нет, думаю, в этом нет необходимости, господин Холлер, — сказала Коэльо. — Я довольно ясно представляю, что вы скажете. Я не собираюсь исключать этот материал из рассмотрения. Мы продолжим показания господина Босха. А когда прямой допрос будет окончен, я предоставлю господину Моррису время, если оно ему действительно понадобится, чтобы подготовиться к перекрёстному допросу. А сейчас давайте объявим десятиминутный перерыв, вернёмся в свои углы и немного остынем, а затем продолжим слушание.
Глава 33
Босх провёл большую часть десятиминутного перерыва, удерживая Холлера подальше от Морриса в коридоре перед залом. Холлер был явно подавлен провалом Арсланян — как, впрочем, и сама Арсланян. В тот вечер она должна была улететь ночным рейсом, но настояла на том, чтобы отложить вылет, посмотреть показания Босха и поучаствовать в обсуждении после слушаний.
В коридоре обошлось без оскорблений и рукоприкладства, и вскоре Босх вернулся на своё место, ожидая появления судьи и подсудимой. Люсинду привели первой, и, как только её поставили рядом с Холлером, он наклонился и принялся шептать ей на ухо. По его жестам Босх понял, что он пытается её утешить и убедить, что потеря показаний Арсланян и её реконструкций ещё не конец. Проблема была в том, что сам Босх не был уверен, что и сам Холлер в это верит.
Судья вернулась, заняла своё место на скамье и продолжила заседание, разрешив Холлеру продолжать допрос. Тот взял блокнот и подошёл к кафедре.
— Когда нас прервали, — напомнил он Босху, — вы собирались рассказать суду о сборе данных с вышек сотовой связи, полученных по повестке. Расскажите, пожалуйста, как вы их получили.
— Нас интересовало, где в день убийства находился Роберто Санс, — сказал Босх. — Мы знали, что у него был мобильный телефон, и номер получили из распечатки звонков Люсинды Санс. Она звонила ему несколько раз в тот вечер, когда его убили. Поэтому я зашёл на сайт, где вводишь номер мобильного, и он показывает, каким оператором он обслуживается.
— Для протокола: что это был за сайт? — спросил Холлер.
— «Фри‑Кэрриер‑Лукап‑Дот‑Ком». Я ввёл номер Роберто, и сайт показал, что его оператор — «AT&T». После этого вы подготовили повестку на получение данных со всех вышек «AT&T» в Долине Антилоп за день убийства.
Холлер присвистнул.
— Должно быть, это был огромный объём данных, — сказал он.
— Так и есть, — ответил Босх. — Распечатка заняла почти две тысячи страниц одинарным интервалом.
— Можете простыми словами объяснить, что это за данные?
— У каждого оператора есть свои вышки сотовой связи. В одних районах их больше, в других меньше — отсюда и реклама о «лучшем покрытии». Если у вас есть мобильный телефон, он постоянно находится на связи с несколькими вышками оператора, и по мере вашего перемещения связь «перепрыгивает» от одной вышки к другой.
— Как Тарзан, перепрыгивающий с лианы на лиану, — ваша связь перебирается от вышки к вышке?
— Никогда раньше не думал об этом таким образом, но да, примерно так.
— Значит, вы нашли номер Роберто Санса в этих двух тысячах страниц?
— Да. И у меня была карта расположения вышек «AT&T» по всей Долине Антилоп…
— Долине Антилоп?
— Простите, я сократил: это «Антилоуп Вэлли», Долина Антилоп.
— Ясно. И как это вам помогло?
— Как я уже говорил, телефон одновременно «видит» несколько вышек, но связь наиболее надёжна с ближайшей. Данные, которые передаются с телефона на вышку, включают уровень сигнала, вычисляемый с учётом расстояния и координат GPS. Именно поэтому, когда вы пользуетесь картами вроде «Вейза» или «Гугл‑карт», вы видите своё точное местоположение на экране.
— То есть данные, которые вы получили по повестке, позволяли точно установить, где находился Роберто Санс в день смерти?
— Да. И я смог нанести эти точки на карту.
— У вас эта карта с собой?
— Да.
Холлер обратился к судье и попросил разрешения, чтобы Босх покинул трибуну и показал карту на мольберте, чтобы нагляднее объяснить свои выводы. Моррис не возразил, и Коэльо удовлетворила просьбу. Секретарь суда достал из шкафчика мольберт. Через пять минут карта Босха была развёрнута и закреплена на мольберте. На ней шли три линии — красная, синяя и зелёная. Босх аккуратно нанёс их, разложив карту на обеденном столе. Он надеялся, что его выводы окажутся для судьи предельно ясными.
— Итак, детектив Босх, что мы здесь видим? — спросил Холлер.
Прежде чем Босх успел ответить, Моррис возразил:
— Он больше не сотрудник полиции и не детектив. Не следует называть его «детективом».
— Возражение принимается, — сказала Коэльо.
Холлер бросил на Морриса взгляд, ясно говоря, что считает это возражение пустяком, и вернулся к вопросам:
— Я вижу на вашей карте три линии, — сказал он. — Какая из них показывает маршрут Роберто Санса?
— Вот эта, — сказал Босх. — Зелёная.
— До остальных мы скоро доберёмся, но давайте пока сосредоточимся на зелёной. Что показалось вам примечательным в передвижениях Роберто Санса за несколько часов до его смерти?
Босх указал на точку на зелёной линии:
— Вот здесь, в Ланкастере, — сказал он. — Данные показывают, что он провёл здесь почти два часа.
— И что в этом примечательного?
— Во‑первых, это место — закусочная «Флипс», где Роберто Санс годом ранее вступил в перестрелку с четырьмя членами банды. Во‑вторых, в ходе первоначального расследования было установлено, что Роберто опоздал на два часа, возвращая сына домой к Люсинде, и сказал ей, что у него была рабочая встреча. Но не было найдено никаких подтверждений какой‑либо служебной встречи с его участием. Теперь же у нас появилась новая информация, указывающая на то, что эти два часа он находился именно в «Флипсе» — в заведении, где годом раньше участвовал в смертельной перестрелке.
— И теперь, глядя на вашу карту, я вижу, что красная линия пересекается с зелёной в этой точке. Я прав?
— Да. Эти два телефона находились там почти одно и то же время. Красный телефон приехал первым — за шесть минут до зелёного. Затем оба покинули это место через час сорок одну минуту.
— Какой вывод вы из этого сделали?
Моррис возразил, утверждая, что ответ Босха будет лишь предположением, а не фактом. Судья возражение удовлетворила, и Холлер выбрал другой путь, чтобы подвести свидетеля к нужному ответу.
— Как вы вышли на красную линию? — спросил он.
— Мне показалось, что Санс провёл в «Флипсе» слишком много времени, — сказал Босх. — Это заведение быстрого питания, а он был там час сорок одну минуту. Плюс то, что именно там год назад была перестрелка. Зачем возвращаться туда без веской причины? Я сделал вывод, что он с кем‑то встречается. Это подтолкнуло меня искать в массе данных другой мобильный телефон с теми же координатами в то же время.
Отвечая, Босх смотрел на судью, надеясь понять по её выражению, всё ли ясно. Та, однако, была сосредоточена на карте и не выдавала ни замешательства, ни непонимания.