Майкл Коннелли – Страшила (страница 38)

Слова Рейчел лишний раз напомнили мне, какой въедливой и скрупулезной она может быть, когда дело касается работы. Она была одним из лучших специалистов по профилированию, каких я когда-либо знал. Неудивительно, что в свое время она вычислила Поэта. Временами я даже считал, что она обладает пророческим даром. Меня завораживала ее способность делать всеобъемлющие выводы на основании крохотных фрагментов информации и второстепенных, казалось бы, деталей. И вот теперь она снова занялась прежней работой. А я, как и прежде, находился рядом с ней.

— А у тебя были дела, сходные с этим?

— Да, нечто подобное произошло как-то в Луизиане. Мужчина похитил женщину с автобусной остановки и удерживал против ее воли в рыбацкой хижине на берегу залива. Ей удалось убежать и, преодолев болота, добраться до дома. Ей повезло, поскольку четверо других, похищенных преступником, убежать не смогли. Мы нашли фрагменты их останков в топях.

— Этот случай также относится к области басиофилии?

— Абасиофилии, — поправила она. — Да, спасшаяся женщина рассказала нам, что этот тип заставлял ее носить ножные ремни с продольными металлическими накладками, охватывавшие ноги от щиколоток до бедер.

— От твоих рассказов по коже мурашки ползут, — сказал ваш покорный слуга. — Я знал, конечно, что серийные убийцы и разного рода извращенцы отличаются изобретательностью, но ножные ремни? Как, интересно знать, развивается фиксация на подобном предмете?

— Неизвестно. Установлено, однако, что предпосылки парафилии закладываются в раннем детстве. Если разобраться, парафилия — склонность к особым, даже, я бы сказала, экзотическим способам достижения сексуального возбуждения и удовлетворения. Все это очень индивидуально, и никто тебе, к примеру, не ответит, почему тот или иной субъект испытывает возбуждение, надевая на себя ножные ремни и кандалы или видя их на своем партнере. Но все это пришло из детства. Это, так сказать, медицинский факт.

— Как думаешь, тот парень из Луизианы мог бы дать какие-нибудь разъяснения?..

— Нет. Потому что его казнили за несколько убийств. Я сама при этом присутствовала. Впрочем, этого парня болтливым не назовешь. Мы пытались поговорить с ним на эту тему, но он в буквальном смысле не сказал нам ни слова.

— Что ж, тот факт, что его казнили, дает ему стопроцентное алиби по нашему делу, — попытался пошутить я. Но Рейчел даже не улыбнулась, и я снова посерьезнел. — Все эти ножные ремни, железные браслеты и перетяжки… Их трудно достать?

— Такого рода причиндалы ежедневно покупаются и продаются через Интернет. Иногда они довольно дороги, так как представляют собой дизайнерскую работу и декорируются всевозможными пряжками, лямками и цепочками. Когда в следующий раз запустишь поисковик «Гугл», попробуй загрузить в него слово «абасиофилия» — увидишь, что будет. Мы говорим сейчас о темной стороне Интернета, Джек. А это своего рода место встреч для людей с самыми разными, скажем так, нестандартными интересами и увлечениями. Только представь: ты считаешь себя полным ублюдком, одиночкой и отверженным, но вдруг, забравшись в Интернет, обнаруживаешь, что таких, как ты, много и эти люди готовы оказать тебе теплый прием и рады общению с тобой.

По мере того как она все это говорила, у меня начала возникать мысль, что это неплохой задел для статьи, не имеющей ничего общего с трупами в багажнике. Возможно, на эту тему можно даже написать книгу. Обдумав все это, я отложил идею на будущее и вернулся к делу, которым мы занимались.

— И что же, по-твоему, этот убийца делает? Заставляет женщин надевать на ноги всю эту сбрую, а потом насилует? А удушение в данном случае несет какой-то смысл?

— Каждая деталь имеет определенный смысл, Джек. Важно научиться считывать эти смыслы. Преступник создает сцену, отражающую его вариант парафилии. Очень может быть, что убийство как таковое не играет в данном случае никакой роли. Для него главное создать психосексуальный образ, отвечающий его фантазиям. А убивает он их уже после того, как насытился ими, поскольку не хочет, чтобы они поведали о его, если так можно выразиться, чудачествах. Мне представляется, что он даже извиняется перед ними, прежде чем натянуть им на голову пластиковый пакет.

— Обе его жертвы были танцовщицами. Как ты думаешь, он заставлял их танцевать или проделывать какие-нибудь па такого рода?

— Тут мы опять вступаем в область предположений, но в принципе такое может иметь место. Однако я продолжаю настаивать на том, что для него главное — физический тип, тип тела. Как я уже говорила, он предпочитает жирафов. А танцовщицы в силу своей профессии имеют в большинстве своем длинные стройные мускулистые ноги. Если ему нужно именно это, мы сосредоточимся на танцовщицах.

Я подумал о том, что эти две женщины, учитывая время их похищения и смерти, находились в распоряжении убийцы несколько часов. Что произошло за это время? Впрочем, каким бы ни был ответ, совершенно понятно, что их ждал ужасный конец.

— Кажется, ты говорила, что тебе видится нечто знакомое в случае удушения пакетом с затягиванием шнурка вокруг шеи. Что ты имела в виду?

Прежде чем ответить, Рейчел с минуту размышляла.

— Мне вдруг подумалось, что кое-какие детали мне известны. Может, отложились в памяти из другого дела?

— А ты собираешься пропустить материалы этого дела через ПИПСОЖ?

— Как только у меня появится такая возможность.

Созданная ФБР Программа по изучению преступлений, совершенных с особой жестокостью, обладала огромной базой данных с деталями тысяч убийств и изнасилований. Ее регулярно использовали для обнаружения сходных преступлений, вводя в нее данные по новым случаям.

— Необходимо отметить еще одну вещь, характерную для нашего убийцы, — сказала Рейчел. — В обоих случаях он оставляет пакет и веревку на голове и шее жертвы, но снимает с нее ремни и прочую сбрую для ног.

— Совершенно верно. Но что это значит?

— Не знаю, но смыслов может быть несколько. Совершенно понятно, что жертва, образно говоря, страшно скована в момент совершения преступления. И морально, и физически — посредством всех этих ремней, шин, кандалов. Это не говоря уже о надетом на голову пакете. Но, сняв ножные скрепы, пакет у нее на голове он все-таки оставляет. Это может оказаться своего рода декларацией преступника, его, так сказать, факсимиле, и, вполне возможно, имеет совершенно конкретное смысловое наполнение, сути которого мы пока не понимаем.

Я согласно кивнул, пораженный ее скрупулезным подходом к делу. Она ничего не оставляла на волю случая.

— Как много ты всего знаешь! Сколько же лет ты проработала в поведенческой секции?

Рейчел улыбнулась, но я уже понял, что, стремясь сделать ей комплимент, невольно причинил боль.

— Несколько лет. Но давно уже там не работаю.

— Типичный бюрократический идиотизм, — сказал я. — Забрать из секции человека, который словно для нее создан, и засунуть в другое место — верх глупости и недальновидности.

Мне требовалось срочно вернуть ее к обсуждавшимся нами текущим проблемам, поскольку, если разобраться, именно наши взаимоотношения лишили ее возможности заниматься любимым делом.

— Ты думаешь, что если мы возьмем этого парня, то нам удастся узнать его подноготную?

— Узнать подноготную этих людей невозможно, Джек. В лучшем случае мы получаем разрозненные намеки относительно особенностей их душевной организации. К примеру, убийца из Луизианы был сиротой и воспитывался в пятидесятые годы. В его окружении встречались парни с полиомиелитом, носившие особые приспособления из металла и кожи для поддержания суставов и мышц ног. Но почему подобные ортопедические устройства стали со временем вызывать у него нездоровое возбуждение и фактически послужили побудительной причиной его трансформации в серийного убийцу, никто сказать не может. Множество мальчиков были сиротами и воспитывались в аналогичных условиях и окружении, но серийными убийцами не стали. Остается только догадываться, почему отдельные индивидуумы избирают подобный путь.

Я повернул голову и посмотрел в иллюминатор. Мы летели над пустыней между Лос-Анджелесом и Вегасом, и под крылом проплывало сплошное море тьмы.

— Тебя послушаешь, так в голову невольно лезут мысли, что мы живем в больном мире.

— Возможно, в определенном смысле так оно и есть, — сказала Рейчел.

Мы хранили молчание еще некоторое время, потом я повернулся к ней и спросил:

— Есть еще какие-нибудь связи между жертвами?

— Я составила список сходных черт, как, равным образом, и расхождений между этими двумя убийствами, и собираюсь все это основательно изучить. Но в данный момент скрепы и ремни на ногах представляются мне в плане аналогии наиболее существенными признаками. К этому можно добавить внешнее сходство жертв и способ их убийства посредством удушения пакетом. Но должно быть еще одно связующее звено между этими женщинами. Какое — я пока не знаю.

— Узнав это, мы поймаем преступника.

— Совершенно верно… Ну а теперь твоя очередь, Джек. Расскажи мне, к каким выводам ты пришел, изучая это дело.

Я согласно кивнул и быстро сообщил ей о результатах своих изысканий.

— Мой соавтор Анджела, исследовавшая этот вопрос посредством введения в поисковик «Гугл» слов «труп в багажнике», включила в свой список дело в Лас-Вегасе, которым мы сейчас занимаемся, и еще несколько старых дел, имевших место в Лос-Анджелесе. Так?